Коллекция дамских соблазнов - Ирина Хрусталева

– Эй, вы кто такие? – услышали братья хриплый голос и, повернувшись, увидели мужика неопределенного возраста, заросшего бородой по самые глаза. На нем была не совсем чистая, но вполне добротная куртка, брюки, заправленные в кирзовые сапоги, и кепка, надвинутая на лоб. Из-под ее козырька смотрели внимательные глаза, совсем не похожие на глаза забулдыги. Он стоял, широко расставив ноги, засунув руки в карманы брюк. – Кого ищем?

– Никого, – пожал плечами Кирилл. – Вот, бутылки собираем, – он тряхнул полиэтиленовым пакетом у себя в руках, где зазвенела пустая посуда.

– А кто вам разрешил наши бутылки собирать? – недобро прищурился мужик. – Тут чужая территория, своих сборщиков хватает.

– А нужно у кого-то разрешение спрашивать?

– А как же, мил человек? К тебе домой тоже без разрешения ходят все кому не лень?

– Это ж свалка, она вроде общая, – возразил Данила. – Мы думали, у вас вход свободный…

– Общий и свободный вход – на кладбище, – усмехнулся мужик. – А тут свои законы. Идите отсюда подобру-поздорову, пока никто вас не видел, а я, уж так и быть, никому не скажу.

– А если увидят? – поинтересовался Кирилл, задиристо посмотрев на бородача.

– Тогда и узнаешь. Вам обратную дорогу показать или сами найдете?

– Чего ж сразу обратную-то? Мы же не с плохими намерениями, браток, – дружелюбно проговорил Данила. – Мы такие же, как и вы, бездомные. Неужели местечка не найдется еще для двоих? Вон какие просторы, гуляй – не хочу. У нас и литровочка водочки есть, можно распить за знакомство…

– Только закуски никакой, – добавил Кирилл. – Мы для этого и хотели бутылок набрать, чтобы хоть хлеба с колбаской купить.

– Такие здоровые, молодые – и бутылки на закуску собираете? – подозрительно спросил мужик. – Неужели работу не можете найти? Что-то не верится, ребятки!

– Работу найти – не проблема. Только кто же нас без документов возьмет? – пожал плечами Данила. – Кинули нас с братом риэлторы, бомжами сделали, ни дна им, ни покрышки! Без квартиры оставили, ничего поделать нельзя, темная история, вспоминать неохота, – безнадежно махнул он рукой. – Хорошо, сами живы остались. Чтобы нас не грохнули на родине, мы в Москву и приехали. Думали, как-нибудь пристроимся, руки, ноги целы, силушкой тоже бог не обидел. А как сюда приехали, увидали столицу – разгулялись немного. Это ж святое дело, новую жизнь обмыть, правда? Не рассчитали маленько, по пьяни документы потеряли и все деньги, что еще оставались. А может, их украли? Да, скорее всего. Теперь ни туда, ни сюда. Без бумажки мы – букашки.

– А вы откуда будете? – поинтересовался мужик.

– Из Саратова, – ответил Кирилл. – Там работы никакой, все предприятия закрыты. Мы хотели большую квартиру на меньшую поменять, с доплатой, и на те деньги свой бизнес начать. А в результате вообще без бабок остались, еще и документов лишились.

– Документы – дело наживное, их восстановить можно, если вы на родину вернетесь, – подсказал мужик.

– Так деньги и на дорогу нужны! Опять же… чтобы паспорта новые сделали, отстегнуть придется. А где их взять-то, деньги, они ведь на дороге не валяются? Не воровать же нам? – возразил Данила. – Подрабатываем, конечно, чтобы совсем с голоду не помереть… где-то разгрузим, что-то поднесем… Еле-еле на жратву набираем, да и выпить охота. При такой невезухе без этого никак не обойтись. Выпьешь, и хоть на время жизнь не такой никчемной кажется.

– Это верно, – согласился мужик, внимательно вглядываясь в неухоженные лица братьев. – Ладно, топайте к нашему шалашу, на ночь вас пристрою, а потом посмотрим, – смилостивился он, и братья облегченно вздохнули.

– Вот спасибо, добрый человек, – радостно поблагодарил Данила. – Куда идти-то?

– Шагайте за мной.

Данила с Кириллом молча переглянулись и пошли следом за мужиком.

– Вас как звать? – спросил вдруг он.

– Я Кирилл, а брата Данилой зовут. А к тебе как прикажешь обращаться?

– Иваном кличут.

– Иваном? – радостно переспросил Данила. – А фа… – продолжил было он, намереваясь упомянуть фамилию – Колотушин, но вовремя был остановлен Кириллом. Тот так резко наступил брату на ногу, что Даня подавился на второй букве. – Уйй, мать твою, больно! – заорал он, но, увидев, как резко обернулся волосатый мужик, кисло улыбнулся. – О какую-то железяку споткнулся, черт возьми.

– За мной идите, по тропке, никуда не сворачивайте, иначе в такую яму угодишь, что не выберешься. Не смотрите на мусор, здесь полно пустот образуется, когда его жгут, – объяснял мужик, уверенно шагая вперед. – Пришлому человеку сгинуть – как нечего делать.

«Однако как все запущено, – подумал Данила, с опаской глядя на горы мусора и морща нос от неприятных запахов. – И какой только дурак меня дернул за язык – предложить Кириллу разыскать этого Ивана? Нашел, где поселиться, черти бы его побрали! Чердаков и подвалов, что ли, мало в Москве, обязательно нужно было на помойку забираться? Хотя, наверное, нет худа без добра, если бы он обитал в подвале или на чердаке, мы бы его никогда не нашли. Вот жизнь у сыщиков, нарочно не придумаешь. Куда только не занесет нелегкая!»

Кирилл шел рядом с братом и беспокойно оглядывался. Место ему, как и Даниле, совсем не нравилось, на душе было муторно и противно, словно в предчувствии беды…

«Поскорее бы найти этого Колотушина и свалить отсюда, – думал он. – Иначе так провоняешь, что потом год придется отмываться, да и вообще…»

– Пришли, – проговорил Иван, показывая на расчищенную поляну, застроенную какими-то немыслимыми сооружениями. В одном месте была натянута брезентовая палатка, стоял сарайчик, сколоченный из деревянных ящиков, сгрудились в кучу большие картонные коробки.

– Беверли-Хиллз, твою налево, – проворчал Данила, разглядывая «городок».

Посреди городка пылал яркий костер, вокруг сидели обитатели свалки и о чем-то горячо спорили. Как только они увидели, что кто-то пришел, спор резко прекратился, и все, как один, уставились на незваных гостей.

– С кем это ты, Иван? – крикнул один из них.

– Свои, не дергайся, – ворчливо ответил тот. – Проходите, ребята, располагайтесь у костра, погода не жаркая, грейтесь, – обратился он к братьям. Сам он первым подал пример и, взяв деревянный ящик, поставил его поближе к костру. Протянул руки к огню и потер их, согревая. Кирилл обратил внимание на запястье Ивана, где красовалась наколка.