Чужая путеводная звезда - Людмила Мартова

Интересно, у Полины свидание? В Палермо? И кто этот человек? Местный житель? Тогда почему кажется, что она его уже где-то видела? В голове у Марьяны теснились вопросы, набегая один на другой, как морская волна на прибрежную гальку. Вообще-то она никогда не была любопытной и уж тем более охочей до чужих тайн и романов, однако то ли общая детективная обстановка, в которой она волей судьбы оказалась, то ли слова Галины Анатольевны, что вокруг происходит что-то необычное, то ли просто повышенная чувствительность ко всему, что было связано с взаимоотношениями мужчины и женщины, заставляли Марьяну придавать значение тому, чему она только что стала свидетелем.

Вернулась ее спутница, и Марьяна поспешила поделиться увиденным.

— Любопытно, — согласилась та. — Но не более того. Чужая личная жизнь (а в маленьком отеле вряд ли можно встречаться с мужчиной для деловой беседы) нас не касается. Мы люди приличные.

И тут же без всякой логики уточнила:

— Как ты считаешь, на кого он был похож? Из наших, из посейдоновских.

— Да на кого угодно, — немного подумав, признала Марьяна. — Точно не на Григория Петровича, тот статью не вышел. Ну и не стюард Дима, тот тоже маленький. А все остальные ростом подходят, а фигура была свободной одеждой скрыта, и лица не разглядеть. То есть это мог быть и Беседин, и Китов, и Артем, и Марк, и, пожалуй, Михаил Дмитриевич, и помощник капитана Валентин, и кок Юрий, и… — она запнулась.

— …и капитан, — мягко закончила за нее пожилая дама.

— И капитан, — была вынуждена согласиться Марьяна. — А также любой из местных жителей, с которым Полина давно знакома. А мимолетное сходство с кем-то мне просто почудилось.

— В общем, не забивай себе голову. — Галина Анатольевна решительно отодвинула свой стул и встала. — Пойдем гулять дальше. Мороженое мы съели, кофе выпили, нас ждет «Фонтан стыда».

— Звучит не очень. — Марьяна рассмеялась и шагнула на залитую солнцем улицу. Про Полину и ее загадочного спутника она тут же забыла.

На яхту дамы, вполне довольные как прогулкой по Палермо, так и друг другом, возвращались около пяти часов вечера. Ноги немного гудели от долгой ходьбы, Марьяне хотелось принять душ и полежать перед ужином. Сегодня голова немного болела у нее. Марьяна покопалась в сумочке, чтобы принять таблетку, однако ее походная коробочка, в которой хранились лекарства, куда-то запропастилась. Скорее всего, вчера, когда Марьяна доставала корвалол для Елены Михайловны, она в волнении засунула коробочку в карман, а не положила в сумку.

«Вот растяпа», — ругнулась она про себя, потому что без лекарств под руками чувствовала себя безоружной перед обстоятельствами. Впрочем, голова болела не сильно, и с приемом лекарства вполне можно было потерпеть до возвращения на корабль.

До порта, где стоял «Посейдон», оставалось квартала два, не больше. С боковой улочки вывернула какая-то женщина, не обращая ни малейшего внимания на двух спутниц, затрусила впереди, примерно в их же темпе. Машинально Марьяна оглядела ее — высокая, довольно полная, одетая в свободные белые брюки и белую майку, плотно облегающую пышное тело, с короткой черной стрижкой и свободной холщовой сумкой через плечо. Чужая, совершенно незнакомая женщина никакого интереса у Марьяны не вызвала, и взгляд ее скользнул дальше, на других прохожих, которых в этот час на улице было довольно много.

Впрочем, через несколько десятков шагов женщина вновь оказалась в поле ее зрения, и на этот раз Марьяна стала смотреть внимательно, потому что та вела себя довольно странно. На ходу сняла с головы черный парик, тряхнула светлыми, какими-то бесцветными волосами, тут же рассыпавшимися по спине, затем вытащила из холщовой сумки кожаный рюкзачок, а сумку убрала в него вместе с париком, вытащила еще какую-то яркую тряпку, развернула ее, ловко надела через голову. Перед Марьяной и ее спутницей теперь шла их попутчица Ирина в тунике с яркими ромашками, щедро рассыпанными по голубому полю ткани. Марьяна не верила собственным глазам.

— Вы видели? — шепотом спросила она, схватив свою попутчицу за руку и указывая на деловито и безмятежно идущую впереди Ирину.

— Да. — Пожилая женщина была абсолютно спокойна. — Я сразу ее узнала, как только увидела. У меня хорошая зрительная память. Хотя, должна признать, что эти ромашки — гениальный способ конспирации. Без них шансы узнать эту даму стремятся к нулю.

— От кого она прячется? — воскликнула Марьяна, чуть понизив голос, чтобы Ирина их не услышала. Отчего-то признаваться в том, что они стали свидетелями ее манипуляций с одеждой, не хотелось.

— Думаю, что она не прячется, а как раз наоборот, — заметила Галина Анатольевна и, видя, что Марьяна смотрит непонимающе, объяснила: — Следит.

— Следит?

— Ну да. Неужели ты не заметила, что троица с нашей яхты — Беседин, Китов и эта рыжая красотка Ида — вызывают болезненное внимание этой самой Ирины. Мне кажется, что она следит за ними, но принимает меры предосторожности, чтобы они про это не узнали.

— Но зачем?

— Не знаю. Хотя объяснение ее поведению, конечно же, есть, просто нам оно неведомо. Вот увидишь, мы сейчас подойдем к яхте, и эта троица появится практически одновременно с нами.

— Господи, просто голова кругом. — Марьяна потерла виски — головная боль становилась сильнее, вгрызалась в надбровные дуги, стреляла в височные кости. Черт, ну как же она вышла на улицу без таблеток! — Такое чувство, что в этом проклятом путешествии каждый что-то скрывает.

— Так оно и есть. — Галина Анатольевна философски пожала плечами. — Девочка моя, каждый человек что-то скрывает. Зачастую даже от самого себя. Но ты права в том, что во всем этом действительно есть что-то тревожное. Наверное, я вечером постараюсь поговорить с Аркадием.

— Аркадием?

— Ну да. Бесединым. Я же говорила тебе, что он не то чтобы дружен, но бывает в доме моего зятя. Я знаю, он серьезный бизнесмен и порядочный человек. Да-да, это редкость для большого бизнеса, но тем не менее. В том, что он путешествует в нашей компании, кроется какая-то загадка. Вряд ли ему угрожает потенциальная опасность, он достаточно предусмотрителен, чтобы этого избежать, но в том, что Ирина следит за ним, я, пожалуй, не сомневаюсь.

— Почему вы так думаете?

— Была какая-то мутная история. Беседин расстался со своей очередной пассией. Некрасиво расстался. Со скандалом. Уж извини, подробностей я не знаю. Вполне возможно, что слежка связана именно с желанием его бывшей возлюбленной как-то ему отомстить.

— Это Ирина — бывшая возлюбленная? — с сомнением в голосе спросила Марьяна. — В ее-то годы и с ее… простите… внешностью и комплекцией?

— Ирина может быть матерью этой возлюбленной, старшей сестрой, подругой или даже наемным детективом. Смотри, как она мастерски маскируется. За четыре дня все так привыкли к ее ромашкам, что, сними она их, никто ее и не узнает. Этим она и пользуется.

За разговором они пришли в порт и теперь шли по пирсу, «Посейдон» был уже виден, а вместе с ним и стоящая перед сходнями группа — капитан, Марк, Беседин, Китов и Ида.