Чужая путеводная звезда - Людмила Мартова

Через десять минут в кают-компании начали собираться пассажиры, разбуженные по яхтенному радио. Трясущийся от тяжелого похмелья Репнин, кутающаяся в легкий халатик Тоня, отчего-то с синяками вокруг запавших глаз, бледная Оля, сердитая Елена Михайловна, безмятежная Ида, явно невыспавшийся Быковский, витающий в одному ему известных эмпиреях Григорий Ковалев, сосредоточенный Беседин, по-прежнему умопомрачительно стильный, в мятой льняной рубашке и затертых до белизны джинсах, старательно не смотрящая в его сторону Полина, взъерошенный Марк, немного помятый Китов, явно стесняющийся исходящего от него запаха перегара.

— Тоня, ты почему такая бледная? — строго спросила Елена Михайловна. — Артем, ты что, все-таки пил? Я же просила! Посмотри, ребенок не выспался из-за того, что всю ночь дышал перегаром! Ты же и храпел еще, поди. Господи, чем я думала, когда отпустила Тоню к тебе спать? Тебе же вообще нельзя доверять ребенка!

— Все нормально, мам. Я действительно плохо спала, но папа тут ни при чем, — встала на защиту отца Тоня. — Ему нужно было выпить, иначе бы он не уснул. Я и то не спала, только глаза закрывала, как тут же вспоминала, что тети Риты больше нет. И Ольку становилось жалко, и папу. — Девочка сморщила нос, собираясь заплакать.

Стоящая рядом Полина погладила ее по руке, и плакать Тоня передумала.

— Почему нас разбудили? — нервно спросил Быковский. Глаза его тревожно обежали собравшихся, словно он кого-то искал, затем остановились на стюарде, разливающем кофе. При виде кофе психолог как будто успокоился.

Капитан «Посейдона» спокойно и четко рассказал об исчезновении Ирины, сообщив, что сейчас экипаж осмотрит каюты, а затем технические помещения яхты. Пока осмотр не закончится, судно в порт не войдет.

— Куда она могла подеваться из замкнутого пространства? — изумленно спросила Елена. — Или она ночью упала за борт? Например, в состоянии опьянения?

Все, как по команде, повернули голову в сторону Димы. Стюард покачал головой:

— Она очень мало пила. Если только пару коктейлей за все путешествие. А вчера вообще ничего не просила, даже воду.

Марьяна подумала о том, что, пожалуй, была последней, кто видел Ирину в полдень накануне. После этого женщина ушла в свою каюту, пропустила обед, потому что спала, а затем не пришла на ужин, сославшись на головную боль. Вчера вечером она, по крайней мере, была цела и невредима и находилась в своей каюте. Что же случилось потом?

Начался осмотр. Пока пассажиры завтракали, Олег, Валентин и Илья обошли все пассажирские каюты главной палубы, где заглянули в ванные комнаты и даже стенные шкафы. Ирину никто из пассажиров там не прятал. Затем обход продолжился на нижней палубе, где также были осмотрены все каюты, включая пустующие, а затем технические помещения. Там Ирины тоже не обнаружилось. Под бдительным присмотром кока Юрия открыли даже большой морозильник с хранящимися там запасами, но, кроме продуктов, в нем тоже, к огромному облегчению Олега Веденеева, ничего не было.

Моторный отсек, кладовые со швабрами, кухня… Пусто. Команда снова вернулась в кают-компанию, где в полнейшей тишине пассажиры заканчивали завтрак. Есть почти никому не хотелось.

— Вы можете разойтись по своим каютам, — ровным голосом сообщил Олег. — Мы заводим мотор и через полчаса причалим в порту «Агиос Николаос». Там на борт зайдут представители страховой компании, чтобы забрать тело госпожи Репниной, а также представители полиции, которую я сейчас вызову. О пропаже одной из пассажирок я немедленно уведомлю береговые службы и спасателей. Уведомляю вас также, что я прерываю круиз. В Афины и на Мальту мы не пойдем. Стоянка в порту займет ровно столько времени, сколько будет необходимо для прохождения всех формальностей, после чего мы отправимся в обратный путь.

— В Барселону? — спросила Елена.

— Это будет зависеть от того, что скажут полицейские. Если они займутся нашими неприятностями, то мы останемся пока здесь, а после окончания расследования вернемся в Барселону. Если они отправят нас по месту приписки «Посейдона», то я намерен взять курс на Гибралтар.

— Но мы — граждане России и не подчиняемся юрисдикции ни Греции, ни Гибралтара, — мягко сказал Марк. — Я, как организатор тура, официально сообщаю, что никто не сможет задерживать никого из нас.

— Никто, кроме меня, — мрачно поправил Олег. — Еще раз напоминаю, что в данный момент являюсь единственным представителем официальной власти на корабле. Если кто-то требует вызова российского консула, то это можно устроить.

— Господи, да зачем нам консул, — фыркнула Ида. — Мы и сами прекрасно разберемся. Лично я хотела бы сойти в порту на берег, чтобы купить некоторые предметы интимной гигиены. Или мы — пленники этого судна?

Капитан чуть помолчал.

— Нет, вы не пленники, — сказал он. — И, конечно, сможете сойти на берег, если у вас будет такое желание. Прошу вернуться на корабль не позднее четырнадцати часов, после чего я сообщу вам наш дальнейший распорядок. Прошу вас только соблюдать осторожность. Надеюсь, вы понимаете, о чем я.

— Да уж, странные вещи происходят на «Посейдоне». — Марк с хрустом потянулся. — Признаться, затевая свой детектив, на такое развитие событий я не рассчитывал.

— Я тоже, — сухо заметил Олег.

— А что нам смотреть в этом самом «Агиосе Николаосе»? — спросила Тоня. — Это вообще что за дыра?

— Это отличный всепогодный порт, построенный по строгим европейским стандартам. Находится в восточной части острова Крит, способен принять больше двухсот пятидесяти судов, — тут же отрапортовал Марк. Нет, не зря он был потомственным экскурсоводом, хорошо знающим свое дело. — Порт располагается в центре города, поэтому можно пешком довольно легко добраться до всех достопримечательностей. Например, до археологического музея.

— Какая скука. — Тоня скривила свой очаровательный носик. — А можно остаться на яхте? Я ужасно хочу спать.

— Конечно, можно, тем более что я на экскурсию все равно не пойду. Я должна помочь папе. Поэтому, девочки, вы обе остаетесь на «Посейдоне». Гриша за вами присмотрит, — сказала Елена.