Чужая путеводная звезда - Людмила Мартова

Она вернула Марьяне таблетницу и снова прикрыла глаза. Лицо ее было немного бледным, под глазами выступили круги, и Марьяна подумала, что пожилой даме действительно плохо. Гораздо хуже, чем она показывает. Под мерную качку автобуса она даже задремала и проснулась лишь тогда, когда они остановились на пристани.

Уставшие туристы, разморенные от переезда и обилия впечатлений, гуськом потянулись по трапу, чтобы разойтись по своим каютам.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Марьяна у Галины Анатольевны.

— Спасибо, деточка, уже лучше. Твоя таблетка помогла. Но все-таки пойду прилягу до ужина, — сказала та и скрылась на нижней палубе.

Марьяна проводила ее глазами и собралась было идти к себе, как внимание ее привлек набиравший обороты скандал на причале. Обвешанная пакетами Рита волокла совершенно пьяного Артема и ругалась на чем свет стоит:

— Говорила я тебе, не пей! Так нет, нажрался, скотина! Господи, да когда же ты уже упьешься так, чтобы из ушей полилось? Тебя же ни на минуту одного оставить нельзя.

— Тетя Рита, что случилось? — Через ограждение борта перевесилась Тоня, с состраданием во взгляде посмотрела на мычавшего что-то нечленораздельное отца.

— Да я в торговый центр зашла, его в кафе оставила. «Пива попить», — зло передразнила она. — Меня и не было-то всего часа полтора. Выхожу, а он уже лыка не вяжет. Три пива приговорил и бутылку виски.

— Да, «всего полтора часа» для вас не рекорд. — Тоня повела точеным плечиком. — Паааап, ты чего напился-то?

— Поттомму что мужик… Имею ппправо… — Рита с отвращением скинула со своего плеча его руку, и Репнин, потеряв точку опоры, чуть не упал.

— Зараза, — с трудом выпрямившись, пробормотал он ей вслед. — Убил бы гадюку.

Случайно увиденная картина была такой неприятной, что даже во рту у Марьяны появился какой-то противный привкус. Неужели любые отношения, даже самые романтичные, неизбежно приходят к такому финалу? Впрочем, поднимающуюся сейчас по трапу Риту менее всего можно было заподозрить в романтичности. Казалось, что она прямо так и родилась — железобетонной и непробиваемой.

Впрочем, думать про Риту было неинтересно. Марьяна повернулась, чтобы войти в коридор, ведущий к каютам, но не успела. Дверь распахнулась, чуть не ударив ее по носу, и на палубу выскочила чем-то крайне взволнованная Елена. Она уже успела переодеться к ужину, но блузка ее была криво застегнута не на ту пуговицу, волосы взлохмачены, как будто их пытались выдрать от отчаяния, зрачки расширены.

— Где капитан? — глухо закричала она. — Мне нужно срочно поговорить с капитаном.

— Мама. — Тоня перестала следить за неловкими попытками отца подняться по трапу и подскочила к матери. — Что случилось?

— Случилось, доченька, — в голосе Елены послышались близкие слезы, грозящие перерасти в неминуемую истерику. — У меня пропало кольцо.

Тоня смотрела с легким непониманием, и Елена повысила голос:

— Кольцо, понимаешь? То самое, бабушкино.

Видимо, уточнение все меняло, потому что девочка отступила на шаг, ойкнула, прижала руку ко рту.

— Да ты что? — потрясенно спросила она. — Этого не может быть. Ты уверена?

— Абсолютно. Вчера вечером, отправляясь в бассейн, я сняла его и спрятала в сумочку. Сегодня утром я не стала его доставать перед экскурсией. Боялась потерять. И вот сейчас полезла, а его нет. Украли…

И на этих словах она не выдержала и отчаянно разрыдалась.

Ненавижу детективы. Они всегда вызывали у меня только ненависть. Я участвую в этом безумии не по своей доброй воле, а потому обязательно постараюсь сорвать вам игру. Обожаю нарушать чужие правила. Это единственное, что имеет смысл и возвращает вкус жизни.

* * *

Олег Веденеев был в ярости. Нет, он решительно сошел с ума, когда давал согласие на эту авантюру. На палубе они остались втроем — он, организатор круиза Марк и одна из пассажирок, Марьяна. Остальные участники и зрители шоу с пропажей кольца разошлись уже по своим каютам. Торжествующая Рита, мало что соображающий Артем, встревоженная Тоня, рыдающая Елена, любопытная Ирина, похоже, не снимавшая свой блузон с ромашками даже на ночь…

Когда скандал только начал разгораться, именно она сбегала за капитаном и позвала Марка, и именно она потом увела ослабевшую от слез Елену, обняв ее за плечи.

Наверное, уже в десятый раз Олег спросил у стоящего с несчастным лицом Марка:

— Это точно не твои заморочки? Точно не в твоем долбаном сценарии прописано, что для начала нужно что-то украсть у пассажиров?

— Да говорю же, нет. — По телу Марка прошла дрожь. — Я ж не вчера родился, понимаю, что пассажиров нужно расслаблять, а не будоражить. Даже если бы мне пришло в голову ради интриги имитировать кражу, так я договорился бы с кем-нибудь, чтобы это разыграть. Красть по-настоящему — это как-то слишком.

— А ты точно не договорился с Еленой этой? — Олег вспомнил заплаканное лицо Ковалевой и решил, что его подозрения беспочвенны. Женщина расстраивалась и страдала по-настоящему. Ей даже пришлось дать таблетки, которые, к счастью, нашлись у Марьяны.

— У вас с собой что, походная аптечка на все случаи жизни? — спросила у нее Ирина.

— Ну да. — Марьяна подняла голову, посмотрела серьезно, Веденеев против воли отметил, что глаза у нее красивые, серые, глубокие, словно омут в холодном, начинающем замерзать октябрьском озере. — Мало ли кому вокруг может стать плохо. Я всегда ношу с собой набор «скорой помощи» на всякий случай. Несколько раз очень пригождалось.

Елена проглотила таблетку, подышала открытым ртом, распространяя вокруг запах корвалола, сказала «спасибо» и снова заплакала. Нет, не могла бы она так сыграть, ну, не актриса же она, на самом деле. Вот после этого она и ушла, поддерживаемая с двух сторон Ириной и Тоней.

— Да ни с кем я не договаривался, — огрызнулся сейчас Марк, — у меня сценарий давно готов, и мне совершенно не нужно, чтобы в него кто-то влезал со своими коррективами, хотя все так и норовят сунуть свой нос.

— Подождите, — вмешалась в разговор Марьяна. — В одной из записок, ну, тех самых, что вы нам подбрасываете, было что-то про бриллианты. Совершенно точно было. Сейчас я вспомню. В записке было написано что-то типа «бриллианты — лучший повод для убийства». А еще про огромный нож.

— Да, была такая записка, — кивнул Марк. — Ну и что? Вы думаете, что тот, кто ее написал, тот и украл кольцо?

— Могло быть и так. — Олег смотрел задумчиво, но при этом одобрительно. Одобрение касалось Марьяны. Молодец, девчонка, вспомнила про записку. — Хотя, может, автор записки и не стал бы так подставляться. Скорее всего, кражу совершил кто-то из тех, кто эту записку получил. Прочел про бриллианты и решил, что все решат, что это часть сценария.

— Но для этого нужно было знать, что у Елены есть эти бриллианты. — Теперь задумчивой выглядела Марьяна. — Честно говоря, я не обратила на ее кольцо никакого внимания.