Колесо крутится. Кто-то должен поберечься - Этель Лина Уайт

– Возможно, дело в каком-то недоразумении, – забеспокоился профессор. – Мое знание языка…

– Ваше знание вполне на уровне, – оборвал его Хэйр. – Вы оказались классным переводчиком. Ни разу не споткнулись.

Айрис оценила широту характера молодого человека, поспешившего успокоить профессора, – она была уверена, что в душе Хэйр считает его надутым ослом.

– Помните старую добрую игру «Маска, я тебя знаю»? Ставлю на то, что мисс Фрой прикинулась доктором. Правда, тут она недоработала, черная борода уж слишком бросается в глаза… А может, она переоделась паровозом и тянет за собой состав?

Айрис даже не улыбнулась.

– Ничего смешного! Вы забыли, что она не просто реально существует, но еще и пропала. Нам надо что-то делать!

– Верно, – согласился профессор. – Однако ситуация очень серьезная, и я предпочел бы сперва хорошенько все взвесить.

– Что в переводе означает – профессор хочет покурить, – объяснил Хэйр. – Валяйте, профессор. Я пригляжу за мисс Карр, а вы тем временем дадите мозгам остыть.

Профессор удалился.

– Если я правильно понимаю, мисс Фрой для вас совершенно чужой человек? – серьезно спросил Хэйр.

– Естественно!

– И тем не менее вы из-за ее отсутствия чуть не рехнулись… Похоже, вы альтруист, каких свет не видывал!

– Никакой я не альтруист, а вовсе даже наоборот, – честно призналась Айрис. – Сама удивляюсь и совершенно себя не понимаю.

– Попробуйте рассказать с самого начала.

– Она была ко мне очень внимательна, предложила помощь. А окружающие хором уверяли, что мисс Фрой мне приснилась… Это был полный кошмар! Все равно что доказывать, что все, кроме меня, идут не в ногу.

– Но почему вам вообще приспичило доказывать, что мисс Фрой вам не приснилась?

– Как вы не поймете? Иначе я бы никогда больше не была уверена, что другие вещи или люди вокруг действительно существуют!

– Это вовсе не повод слетать с нарезки, – пожал плечами Хэйр. – Я бы на вашем месте сказал себе, что случившееся – последствия солнечного удара, совершенно невинное и логичное объяснение.

– Но ваш собственный опыт нельзя сравнивать с моим, – запротестовала Айрис. – Вы-то видели реального человека, которого спутали с принцем Уэльским. А я, выходит, вела беседы с пустым местом, да еще и внимательно выслушивала ответы… Вы не представляете, как мне полегчало, когда миссис Барнс ее вспомнила!

Айрис бросила взгляд за окно и блаженно улыбнулась. Теперь, когда головокружительные фантазии рассеялись и она вновь обрела опору в реальном мире, мрачные пейзажи за окном больше не портили ей настроение. Сумерки окрасили городок, через который сейчас неторопливо пыхтел поезд, в печальные тона. За окном медленно проплывали убогие лавки с жалкими товарами, а в просвет между домами иной раз удавалось разглядеть взбухшую, пенистую речушку. Сами дома, цепляющиеся к склону холма подобно облепившему скат крыши лишайнику, казались полустертыми, так над ними потрудилось время. Давным-давно доски и штукатурку выкрасили серым; с тех пор их столько времени поливал дождь и палило солнце, что стены приобрели грязно-белый оттенок. Все вокруг свидетельствовало о бедности и запустении.

– Какое жуткое место, – содрогнулась Айрис, когда поезд миновал ржавые железные ворота, за которыми угадывался заросший бурьяном сад. – Неужели кто-то мог бы здесь жить – и не покончить с собой?

– Да запросто! Например, мисс Фрой? – сорвалось у Хэйра с языка.

Он уже приготовился к разносу, но Айрис его не услышала.

– В котором часу мы будем в Триесте?

– В двадцать два десять.

– А сейчас без пяти шесть! Нельзя терять ни минуты, мы обязаны ее найти. Я знаю, это напоминает сценарий дешевого фильма, но дома ее ждут несчастные старики-родители. А глупый пес выбегает встречать каждый поезд.

У Айрис неожиданно перехватило горло. К ее изумлению, мысль о родителях, не ведающих, что случилось с дочерью, что-то затронула в душе.

– Похоже, мне все-таки надо выпить, – объявила она, сморгнув, чтобы глаза очистились от влаги. – Меня потянуло на романтику, а с какой стати? Молодежь куда несчастней стариков. У них-то невзгоды давно позади, а у нас все только начинается.

– Выпить вам действительно не помешает, – согласился Хэйр. – Попробую-ка я отловить официанта.

Он уже почти поднялся, но Айрис поймала его за рукав и прошептала:

– Не бросайте меня – этот ужасный человек снова здесь.

Похоже, чернобородый доктор кого-то искал, и как только стекла его очков сверкнули в сторону молодых людей, поиски завершились. Доктор направился прямиком к их столу и слегка поклонился Айрис.

– Ваша спутница вернулась в купе.

– Мисс Фрой! – От радости Айрис даже забыла об отвращении, которое испытывала к доктору. – Как замечательно! Где же она была?

Доктор развел руками:

– Буквально в двух шагах. Все это время она беседовала с моими медсестрами.

– Ну конечно, – расхохоталась Айрис, – где же ей еще быть? Самое очевидное место я как раз и забыла проверить!

Хэйр с сомнением поскреб подбородок:

– Хм. Как-то это подозрительно. Вы уверены, что говорите об одном и том же человеке?

– Та самая женщина, с которой мадемуазель была в вагоне-ресторане, – заверил его доктор. – Низенькая, не молодая, но и не слишком старая, в шляпке с голубым пером.

– Конечно, это мисс Фрой! – воскликнула Айрис.

– Мы просто недопоняли мадемуазель, – с некоторым пренебрежением добавил доктор. – Она так быстро тараторила и все время упоминала англичанку. А эта дама – немка, или, может быть, австрийка, я не уточнял.

Айрис утвердительно закивала:

– Сначала и я ошиблась. Она знает кучу языков, и по виду сразу не скажешь, что англичанка. Пойдемте же, вы сейчас сами убедитесь!

Путешествие через весь состав стало настолько привычным делом, что Айрис могла бы проделать его с завязанными глазами. Проходя мимо купе Барнсов, она заглянула внутрь. Викарий, скрестив руки на груди, имел вид мрачно-героический, а вот на лице его жены отчетливо читались признаки усталости. Вокруг глаз миссис Барнс виднелись темные круги, однако она мужественно улыбнулась и спросила:

– Все еще ищете?

– Нет, она нашлась, – обрадовала ее Айрис.

– О, хвала Господу!

– Раньше благочестивость жены викария действовала мне на нервы, – призналась Айрис Хэйру, когда они возобновили свой нелегкий путь, – но теперь она сильно выросла в моих глазах. Какая все-таки добрая женщина!

Проходя через вагон люкс, Айрис позвала профессора, которому и поведала хорошие новости.

– Я бы хотела, чтобы вы с ней познакомились. Когда мисс Фрой узнает, какой из-за нее поднялся переполох, она будет в полном восторге.