Чисто русское убийство - Марина Серова

Горожанинов бросил на меня быстрый взгляд, облизнул полные губы, нервно схватил со стола дорогую зажигалку и начал вертеть ее в руках.

– У вас ко мне есть еще какие-то вопросы, Татьяна? – спросил он, и я заметила, что руки у него дрожат.

Нет, загонять его сейчас в угол вовсе не входило в мои планы: я пришла сюда только для того, чтобы прощупать почву, а потом…

– Не стоит так нервничать, Василий Митрофанович, – поспешила я успокоить его. – Я пока просто пытаюсь проанализировать ситуацию, я никого не обвиняю, меня интересуют только факты.

С этими словами я подошла к подоконнику, уставленному цветами, – якобы для того, чтобы немного разрядить обстановку, чтобы наша беседа не выглядела как допрос.

– Какие у вас необычные растения, Василий Митрофанович, – заметила я, дотрагиваясь до крупного белого цветка с сиреневыми прожилками. – Как они называются?

На самом деле мне нужно было отвлечь его внимание, чтобы установить в кабинете «жучок». Раз он так разволновался от моих вопросов – значит, явно начнет названивать кому-то, как только за мной закроется дверь. Вот и послушаю, о чем и с кем он станет говорить!

Не успел Горожанинов ответить на мой вопрос о цветах, как у него зазвонил телефон. Он потянулся за ним, тревожно глядя на экран, и этого мгновения мне хватило, чтобы прилепить «жучок» позади цветочного вазона.

– Нет, я занят, – резко бросил Горожанинов в трубку и положил ее. Затем он поднял на меня вопросительный взгляд. – К сожалению, Татьяна, мне нужно ехать на важную встречу. У вас еще остались вопросы?

– Только один. Скажите, а вы знали любовницу Воскобойникова Олимпиаду Сидельникову?

Горожанинов заерзал в кресле, потом демонстративно посмотрел на часы.

– Все, все, ухожу, Василий Митрофанович. До свидания! – сказала я, открывая дверь из его кабинета.

В принципе, своим поведением он уже ответил на последний вопрос.

Я не торопясь вышла на улицу, села в машину и надела наушники, приготовившись слушать, что сейчас будет происходить в кабинете Горожанинова. Сначала слышен был только скрип кресла и тяжелое дыхание. Потом звякнул стакан и полилась какая-то жидкость. Кажется, Горожанинов решил промочить горло глотком воды, а то и коньяка, чтобы унять расходившиеся нервы. Через несколько минут в наушниках раздался голос Василия Митрофановича:

– Маргарита! Алло! Ты слышишь меня? У меня только что была Татьяна Иванова, частный детектив. Да. Как это что? Я и сам знаю. Помню прекрасно. Ты просила помочь, да, именно так. А я и не отказываюсь… А кто мне говорил, что такой шанс выпадает только раз в жизни? Ладно, встретимся. Да, в восемь вечера. Да, «Седьмое небо».

Вот и складывается пазл. Мотив один – деньги. Желающих избавиться от Воскобойникова двое – Маргарита и Горожанинов. Преступный сговор налицо. И Красноруцкий – третий в этой компании. Вот почему он, не таясь, появился в доме Воскобойниковых. Теперь я уже не сомневалась в том, что эти двое убрали Воскобойникова именно его руками.

Я уже собралась было ехать домой, как у меня зазвонил телефон. Даниил Растунцев!

– Привет, Даня! Что там у тебя?

– Привет, Таня! – возбужденно воскликнул Растунцев. – Представляешь, согласовал Кирьянов мой сюжет! Так что смотри в сегодняшнем выпуске «Новостей». Эфир в шесть вечера, не пропусти!

Отлично! Тогда нужно срочно сгонять к Кирьянову за телефоном, как мы договаривались.

Полковник встретил меня не очень ласково, а при упоминании о телесюжете Растунцева и вовсе сморщился, как от зубной боли:

– Ох, Танька, втянули вы меня! Сразу тебе говорю: ничего путного из этой затеи не выйдет. А журналюг этих я знаю как облупленных – им бы любой повод языками почесать!

– Но ты же согласовал, Володя? – с недоумением спросила я.

Кирьянов только рукой махнул и молча сунул мне телефон с номером, который должны были показать в сюжете Растунцева.

– Забирай и иди уже! – буркнул он, отворачиваясь и давая тем самым понять, что разговор окончен.

И я помчалась домой смотреть «Новости» – до эфира оставалось минут двадцать.

Впрочем, можно было так не торопиться – все равно в самом начале, как всегда, пустили набивший оскомину рекламный блок. Далее я просмотрела все официальные городские новости к этому часу, в том числе о новых стройках, транспортных проблемах, тарасовских новорожденных, озеленении городских парков и очередном конкурсе «Папа, мама, я – спортивная семья». Наконец началась криминальная хроника. Данька Растунцев постарался на славу: он сотворил полноценный репортаж, нагнал на зрителей жути, в красках расписав убийство бизнесмена (видеоряд получился просто шикарный, почти как в триллере!), емко и точно охарактеризовал убитого Воскобойникова, перечислив все его заслуги и отметив значительную роль в деловой жизни города. А скупые слова о прекрасной вдове и малолетнем сыне даже у меня чуть не выжали слезу. Впрочем, под конец Растунцев все-таки не удержался и выдал сразу все возможные версии, которые разрабатывало следствие. «Так что же послужило причиной убийства? – загадочно вопрошал он в конце своего ролика. – Может быть, убийца Воскобойникова был подослан конкурентами? Или здесь кроется чья-то личная неприязнь? А может быть, это была случайность? Именно это и предстоит выяснить следствию». Дальше, как я и просила, на экране появился номер телефона и за кадром прозвучал призыв: «Если кто-то из телезрителей может сообщить что-нибудь об обстоятельствах этого загадочного убийства – звоните по номеру, который вы видите на экране. Городской отдел полиции заранее благодарит вас за сотрудничество!»

Досмотрев ролик до конца, я поняла, почему так морщился Кирьянов. Рассказывать о версиях убийства Даньку никто не просил. Хотя, с другой стороны, все три версии были бы очевидны любому здравомыслящему человеку, который взялся бы размышлять об этом убийстве. Никакого эксклюзива в репортаже Растунцева не прозвучало. А вот о телохранителе Александре Красноруцком он сообщил ровно столько, сколько нужно было, чтобы тот встрепенулся и каким-то образом обнаружил себя. Надо бы поблагодарить Даниила за отличную работу!