Смерть из консервной банки - Дарья Калинина

— В конце концов, это мне их подарили, значит, это мой подарок! Что хочу, то с ним и сделаю!

И работа закипела. Катя азартно вязала узлы, стремясь, чтобы они получились максимально крепкими. Каждый узел она несколько раз обматывала капроновой леской, которая нашлась в тумбочке у мужа. И в итоге получилась веревка не веревка, а такой вполне из себя толстенький канат. Снабженный многочисленными узлами, он был идеален как для спуска по нему вниз, так и подъема наверх. Впрочем, подниматься обратно Катя не собиралась. Если уж она удерет из дома, то на сей раз Гавриле придется здорово попотеть, чтобы вернуть жену домой.

— Я ему не шиншилла, чтобы меня в клетку сажать!

Катя была довольна своей работой. Хотя, если бы вместо сатина свекровь подарила ей бязь, было бы лучше. Может, и не так шикарно звучит, зато бязь, в отличие от сатина, не скользит. Узлы получились бы более прочными. И снова Катю пронзила трусливая мысль, как бы не сверзиться вниз во время спуска.

— М-м-м… Зато рукам не больно будет вниз скользить, — попыталась утешить она саму себя.

Но судьба, казалось, благоволит Кате. И стоило молодой женщине сесть на подоконник и свесить ноги, чтобы начать спуск, как возле дома послышался шум подъехавшей машины. Катя насторожилась. Кто-то парковался возле их дома. Кто же это? Катя вглядывалась в темноту, и внезапно ей показалось, что она узнала этого человека.

— Ваня! — воскликнула она, замахав руками. — Иван Сергеевич! Я — тут!

И в ту же минуту она почувствовала, как предательский сатин скользит под ее пятой точкой. Катя изо всех сил пыталась уцепиться хоть за что-нибудь, но сумела ухватить лишь за все ту же скользкую ткань простыни и поехала по ней вниз. Она доехала до ближайшего узла и тут затормозила. Чтобы спуститься ниже, ей нужно было передвинуть руки. Но пальцы свело, они не желали расцепляться. Так Катя и застряла на половине пути между небом и землей.

Из подъехавшего джипа вышел начальник охраны Дубочков. Открыв калитку, он вошел во двор. И сразу же с изумлением задрал голову, уставившись на хозяйку дома, раскачивающуюся где-то посредине между первым и вторым этажом, уцепившись за что-то пестрое в цветочках.

— Катерина? — настороженно спросил он. — А что это вы там делаете? Спортом занимаетесь?

— Иван Сергеевич, у меня ЧП!

— Вы что же это, окна на ночь глядя решили помыть?

— Меня муж запер!

И не успев сказать, Катя ощутила раскаяние. Прав был Гаврила, она самая настоящая стукачка и есть! Не успели они с мужем повздорить, она тут же на него нажаловалась. Но с другой стороны, запирать ее тоже никому не позволено. Даже если Гаврила ей и муж, держать ее взаперти он не имеет права!

— Помогите мне! — взмолилась она.

— Прыгайте, — тут же раздался голос снизу.

И Катя запаниковала еще больше. Что значит, прыгайте? Как это — прыгайте? Она же разобьется.

— Тут высоко, я боюсь.

— Тогда спускайтесь.

— Руки затекли, не слушаются.

— И долго вы так собираетесь провисеть?

— Не знаю. Наверное, пока не свалюсь.

— Так падайте прямо сейчас, — весело предложил ей Ваня. — Я вас поймаю!

— Точно?

— Клянусь!

Эх, была не была! И, разжав руки, Катя камнем полетела вниз. Она приготовилась удариться о плитку, но неожиданно почувствовала, как ее кто-то схватил, а потом ощутила под своими ногами твердую землю. Подняв голову, Катя обнаружила, что лететь ей пришлось от силы метра два. Нечего было и паниковать. Но с другой стороны, теперь она может хвастаться, что побывала в объятиях самого завидного жениха в Дубочках.

— А что у вас с мужем-то произошло?

— Иван Сергеевич, у него чемодан есть.

— Какой чемодан?

— Мне кажется, что это чемодан убитой Лиды Ревнивцевой. Муж говорит, что чемодан он нашел возле нашего дома. Но в полицию понести его отказался. И меня в спальне запер.

— Так вы из окошка по канату не по своей воле полезли?

— Нет, конечно. Что я — сумасшедшая, по-вашему?

— Вы — женщина.

И, отпустив ей этот в высшей степени сомнительный комплимент, в один момент Ваня сделался вдруг крайне собран и деловит.

— Где ваш муж?

— Не знаю. Ушел, должно быть. А куда, я не знаю.

— Ничего. Далеко не уйдет. Удачно это я вас проведать заехал, ничего не скажешь. А вы зашли бы в дом, продрогли ведь.

Однако зайти в дом оказалось не так-то просто. Уходя, Гаврила дверь запер.

— Посидите у меня в машине, — предложил Ваня спасенной им женщине. — А мы пока что вашего мужа поищем.

— И чемодан! — добавила Катя, решив, что если уж закладывать мужа, то по полной. — Гаврила с чемоданом ушел.

— Ага.

Ваня позвонил своим людям, которые примчались буквально через пять минут. А еще через десять Гаврила был обнаружен вместе с чемоданом, от которого он так и не успел избавиться. Мужчина тащил чемодан к небольшому водоему, находящемуся в километре от его дома, видимо надеясь его там утопить.

До конца своих дней Катя будет помнить тот взгляд, который метнул на нее Гаврила, когда увидел жену, сидящую в машине начальника охраны. Дальнейшие события как-то смешались в голове у Катерины. Вокруг суетились какие-то люди, они обсуждали причастность ее мужа к случившейся трагедии. Катя должна была бы проявить побольше сочувствия и внимания, но ее охватила какая-то странная апатия. Она ни о чем не могла думать и лишь понимала, что остаться одной в большом и внезапно опустевшем доме для нее будет мучительно и страшно.

Видимо, Ваня тоже это понял, потому что сказал:

— Пока мы не узнаем, причастен ли ваш супруг к смерти Лиды Ревнивцевой, полагаю, вам лучше будет пожить у кого-нибудь из знакомых.

— Но у меня тут никого нет, — развела руками Катя. — Только воспитательницы из садика. Но мне кажется, они не захотят принять меня у себя.

— Они не захотят, я знаю, кто захочет.

— И кто же? Вы?

— Нет, у меня вам вряд ли будет удобно. Но я знаю одно местечко получше. Отвезти вас туда?

Катя кивнула головой. Она сгорала от любопытства, пытаясь предугадать, куда же отвезет ее Ваня. Но сколько ни гадала, так и не смогла додуматься, что жить ей отныне предстоит не где-нибудь, а в самой главной усадьбе их поселка. Именно к дому Василия Петровича и его жены Алены и привез свою спутницу бдительный Ваня.

На крыльце их уже ждали хозяева Дубочков. Алена приветливо улыбалась, а Василий Петрович даже обнял Катю, когда девушка поднялась к ним.

— Добро пожаловать. Проходите и располагайтесь. Ваша комната на втором этаже. Вас туда проводят.