Отравление в пряничном домике - Инна Балтийская

– Так я и думала, опять ты! – с досадой воскликнула она. – Значит, по-хорошему ты не понимаешь. Ничего, эти ребята поговорят с тобой по-другому.

– В смысле, убьют? – спокойно спросила я. – Не выйдет, дорогуша. И полиция, и мои друзья знают, что я пошла на встречу с тобой.

– Врешь, шантажистка!

– А вот и не вру! – торжествующе воскликнула я. – Вот и один из них.

Из кафе как раз выходил обезображенный Макс. Не увидев на улице меня, он начал очумело озираться.

– Ну и друзья у тебя! – подивилась Анжелика. – Открой секрет, где же такие красавцы водятся? А то я прямо обзавидовалась. И, кстати, этот урод такой же храбрый, как и прежний твой поклонник?

Вместо ответа я дернула на себя дверь машины и, прежде чем мои конвоиры успели среагировать, истошно заорала. Услыхав любимый голос, Макс понесся к машине. Один из стоящих парней бросился навстречу моему защитнику. На полпути они столкнулись, и, не выдержав двойного удара, кубарем покатились на грязный асфальт. Рыжий парик слетел с головы Макса и нахлобучился ему на лицо. Завизжав, как сирена пожарной машины, я выкатилась следом и бросилась к дерущимся. Из кафе тем временем выбежали несколько людей в штатском. Опередив меня, они подбежали к бойцам, мгновенно подняли их на ноги и заломили руки за спины.

– Эй, вот этого не трогайте, он меня спасал, – слегка сорвав от крика голос, попросила я. – Лучше задержите вон ту банду, она пыталась меня похитить.

Я обернулась, чтобы указать пальцем на машину Анжелики, но обнаружила, что на ее месте остались лишь грязные следы шин. Роскошного серебристого «Ауди» простыл и след.

Дальнейшая беседа происходила уже в кабинете следователя. Мы с Максом дружно твердили о попытке похищения, задержанный парень, нагло глядя нам в глаза, уверял, что никакого похищения не было и даже не планировалось. Меня всего вежливо попросили сесть в машину, поскольку одна девушка хотела со мной поговорить. Что, разве переговоры в автомобиле запрещены законом? Как насильно втолкнули? Да вы что, господин следователь, какой поклеп! Не было такого! К сожалению, подтвердить то, что в машину меня не пригласили, а именно впихнули, было некому. Макс вышел из кафе минутой позже, а полицейские в штатском выбежали вообще после Макса. Нападавшего после допроса отпустили, Макса вывели в коридор, а вот меня попросили задержаться.

– Ну как, госпожа Пинкертон, появились у вас дополнительные улики?

– Да все та же внутренняя уверенность, – вздохнула я. – Ваши полицейские, к сожалению, основное действие проворонили, подоспели аккурат ко второму акту. Теперь даже в попытке похишения ее не обвинишь.

– Скажите, Полина. – Следователь неожиданно перешел на отеческий тон. – А может быть, вы ей, немного, того… завидуете? И потому вам очень хочется засадить ее за решетку, по любому обвинению?

– Да, со стороны это может выглядеть и так. – После некоторого раздумья подытожила я. – Но, клянусь, я ей не завидую. И вообще, ничего против нее не имею. Если бы я не верила в свои обвинения, не нагружала бы вас.

– Да, об этом я и хотел попросить. Перестаньте нас нагружать. И оставьте это дело в покое. Сыщики-любители нам не нужны. Если вы в следующий раз вздумаете ставить кому-то ловушки, ко мне не обращайтесь.

Я уныло вышла в коридор. Макс терпеливо меня дожидался, но по его хмурому лицу я как-то сразу догадалась, что ничего приятного от него сегодня не услышу. На этот дар ясновидения меня не подвел.

– Ну что, горе-шантажистка? И чего ты добилась? Тебе следователь теперь никогда не поверит. Даже если ты своими глазами увидишь, как Анжелика наливает яд в стакан очередной жертве.

– Но меня затащили в машину силой. И Анжелика мне угрожала. Разве я виновата, что полицейские все прошляпили? Ты, между прочим, тоже мог пораньше появиться на сцене.

– Понятно. Теперь, значит, я во всем виноват. И поделом мне, дураку. Взрослый мужик, а соглашаюсь подыгрывать вздорной девчонке!

Мы еще не успели выйти из здания, как разругались в пух и прах – впервые за два месяца знакомства. Домой я поехала одна. Ну ладно, господа! Вы мне не верите – но я докажу вам свою правоту. Согласна, с анонимкой получилось глупо. Я почему-то была уверена, что, получив от неизвестного «Доброжелателя» письмо, где говорилось о том, что против нее имеются серьезные улики, Анжелика перепугается ни на шутку. И решит если не заплатить требуемую сумму – кстати, по ее меркам совсем небольшую, всего-то две тысячи баксов, – то хотя бы попытается прикончить неожиданного свидетеля. А для этого, опять же, надо явиться на свидание, чтобы узнать, кто он. Ее появление послужит хоть косвенным подтверждением ее виновности. И вдруг – такой облом.