Проклятие Пиковой дамы - Юлия Алейникова

— Старший лейтенант Игнатов? Проходите. Садитесь, — повелительно молвила хозяйка кабинета, и старший лейтенант испытал давно забытое им трепетное чувство робости, какое испытывал некогда, входя в кабинет директора школы для «беседы», в аудиторию для сдачи экзаменов и при знакомстве с Сонькиными родителями.

Нина Александровна снимала собственный небольшой офис в центре города. По сведениям капитана, она вела бухгалтерию восьми различных фирм и предпочитала делать это не дома, а в рабочей обстановке.

— Слушаю вас, — так же четко распорядилась Нина Александровна, когда Захар уселся возле стола.

— Да нет, — улыбнувшись, проговорил старший лейтенант, желая сбить даму с командного тона. — Это я вас слушаю.

— И что же вы хотите услышать?

— Все о финансовых делах фирмы Колесникова в целом и его личных финансовых делах в частности.

— У фирмы стабильное положение, она имеет регулярный доход, который позволяет покрывать полностью все расходы, включая зарплату сотрудников, и приносит небольшую, но стабильную прибыль учредителям.

— Нина Александровна, либо вы мне сейчас сделаете справку о ежемесячных доходах Ильи Колесникова и фирмы в целом за последние двенадцать месяцев и откровенно, без казенных формулировок, расскажете о Колесникове, либо я подготовлю официальный запрос и, возможно, инициирую тщательную налоговую проверку фирмы. Как мы с вами будем общаться, вам выбирать. — Дама своим менторским тоном его раздражала.

— Хорошо, — делая над собой видимое усилие, согласилась Нина Александровна, щелкая пальчиками по клавиатуре. — Личный ежемесячный доход Ильи составлял около ста тысяч, иногда выходило чуть меньше. Иногда чуть больше. По давней договоренности между учредителями ежемесячно фиксированная сумма откладывалась на развитие фирмы, порядка пятидесяти тысяч рублей, это был своего рода стабилизационный фонд, на случай непредвиденных обстоятельств. Закупка оборудования. Выплата зарплаты сотрудникам в критической ситуации, — неохотно объясняла Нина Александровна. — В последнее время Илья мало интересовался делами фирмы, но зато часто обращался ко мне с просьбой раньше срока перевести ему деньги, пытался взять в долг, требовал ликвидировать фонд. Я никогда не интересовалась его личными делами и не задавала вопросов, но со всей очевидностью могу сказать: в последнее время подобные просьбы участились. И хотя я регулярно отказывала ему, точнее, я соглашалась перевести ему его личные деньги раньше положенного расчетного срока. Но вот дать взаймы или ликвидировать фонд — никогда. На этой почве у них с братом в последнее время было несколько неприятных разговоров. Об этом мне сообщил брат, он был недоволен таким положением вещей и, как мне кажется, рассматривал возможности разделения бизнеса.

— А Колесников согласился бы на такое предложение?

— Во-первых, я не знаю, на какое, потому что брат мне конкретных предложений пока не озвучивал, а во-вторых, понятия не имею. В последнее время Илья очень изменился. Он и всегда был легкомысленным человеком, а в последнее время… я бы сказала, что у него появилась какая-то зависимость, требующая постоянных финансовых вливаний. Женщина. Наркотики, азартные игры. Не знаю. Но точно не алкоголь.

— Почему?

— Ну, во-первых, на выпивку ему бы с лихвой хватило, это раз, а во-вторых, он несколько раз заезжал ко мне, надеясь при личной встрече добиться желаемого, так вот выглядел он прилично, и запаха перегара я не почувствовала.

— Что ж, благодарю за информацию, — поднимаясь, поклонился Захар.

С Артемом Пылевым, школьным другом покойного Колесникова, капитан договорился встретиться в холле офисного центра, пропуск выписывать не стал, а подождал, когда Пылев к нему сам спустится.

— Про то, что Илья умер, знаю, тетя Наташа вчера звонила, мать его. Жуть. Я особо не лез с вопросами, но вроде она сказала, его прямо дома зарезали? Ограбить, что ли, хотели? — Доставая пачку сигарет и пристраиваясь поближе к пепельнице, сыпал вопросами Пылев.

Длинный, нескладный парень, в поношенных джинсах и несолидной толстовке с капюшоном. На вид Пылев имел мало общего с покойным Колесниковым, впрочем, школьная дружба дело особое.

— Да, прямо дома, — сухо ответил капитан. — Когда вы последний раз видели покойного?

— Илью, в смысле? — почесал озабоченно макушку Пылев. — Думаю, в его день рождения, в ноябре. Ну да. Точно. Он тогда в клубе праздновал, собрал кучу народа, проставился.

— И с тех пор вы не виделись? — скептически уточнил капитан.

— Нет. Некогда мне теперь с мужиками зависать. У нас с Катюхой четыре месяца назад двойня родилась, так что теперь не до того, — стараясь скрыть вылезающую наружу счастливую улыбку, объяснил Пылев. — Это у Илюхи жизнь сплошной праздник, забот никаких, а мне парней растить надо.

— Мальчики? — одобрительно переспросил капитан.

— Ага. Мишка и Гришка. Одного в честь моего отца назвали, другого — в честь Катькиного, — сияя от гордости, пояснил молодой отец. — Горластые, Катюха еле справляется. А сколько им всего надо? На одних памперсах разориться можно! За любую халтуру хвататься приходится. Одно хорошо: у Катюхи молока много, а то бы на детском питании совсем разорились, лопают, за уши от груди не оттащишь, щеки — во!

«Правильный мужик, — с симпатией глядя на Пылева, решил капитан, — но допросить его все же придется и алиби проверить».

— Четырнадцатого вечером я у знакомых на компе программное обеспечение устанавливал, потом домой поехал, а пятнадцатого с утра на работе был, как всегда. А кто мог Илью убить, понятия не имею. Но знаете, честно говоря, в последнее время мы мало общались, совсем почти не общались. Школьная дружба — это хорошо, но знаете, у него другой достаток. Другие проблемы, точнее, никаких, — с едва уловимой завистью проговорил Пылев, — когда в последний раз виделись, даже поговорить было не о чем. А его новых знакомых я вообще не знаю. Хотя, я же забыл совсем! Он же звонил мне около месяца назад, денег хотел занять, но откуда у меня? Объявился, ни с того ни с сего, нервный, поболтали о ерунде минуты две, а потом он сразу про деньги спросил.

— Много хотел занять?

— Ну да. Сто тысяч. Откуда у меня такие деньги, тем более лишние?

— Разумеется.

— Ну вот. А больше он не объявлялся. А вообще вы попробуйте с Колькой Рябовым поговорить или с Данилой, они с ним плотнее общались, — посоветовал счастливый отец и поспешил на рабочее место.

Парочку Рябова и Борисова капитан застал в спорт-баре за просмотром футбольного матча. Оба типа сидели, развалясь на диванах, с бокалами пива, тыкали пальцами в экран, время от времени что-то орали. Капитан понаблюдал за ними минут десять, прежде чем подойти. Ему так и виделся покойный Илья Колесников, сидящий рядом с приятелями.

Вот откуда люди берут бабки, чтобы так жить? Может, этих переростков родители содержат или жены? Да если бы он, капитан Ушаков, вот так проводил время, его бы в два счета с работы турнули, а семья по миру пошла, и так они с Ольгой еле-еле концы с концами сводят. Старший в футбол играет, одна экипировка во что обходится. Младший сын тхеквондо занимается, тоже форма нужна. А еще на поездку к морю надо отложить и на репетитора для Васи по-английскому.