Завтра началось вчера - Марина Серова

Тайком от своих преследователей Игорь купил в хозяйственном магазине гидравлические ножницы по металлу, перекусывающие стальные пруты до десяти миллиметров в диаметре. В магазин он зашел под видом приобретения прокладки на протекающий кран. Гоблины ничего не заподозрили и не догадались проверить его покупки.

Возвращаясь домой, пока бритоголовые бросали жребий, Беляков поднялся на этаж выше и перерезал навесной замок на люке, закрывавший чердак, затем склеил его пластилином, припасенным заранее. Со стороны было похоже, будто до замка и не дотрагивались вовсе. Игорь спокойно спустился на свой этаж — никто ничего не заподозрил.

Вечером того же дня он вышел на улицу с небольшим рюкзаком за плечами, в который собрал кое-какие вещи. Несколько часов он прогуливался по улицам, прощаясь с Самарой — если ему удастся скрыться, или с жизнью — если сделать это не получится. Для отвода глаз Беляков зашел к знакомым, будто бы взять денег взаймы.

Вернувшись в подъезд, он закинул рюкзак на чердак и спустился к себе в квартиру.

С утра следующего дня он вышел в магазин за хлебом, затем еще немного прогулялся и отправился обратно домой.

Игорь открыл дверь, бросил хлеб в коридор и громко, чтобы слышали гоблины, стоявшие внизу, хлопнул дверью, чтобы они подумали, будто он зашел в свою квартиру. На самом деле Беляков очень тихо и быстро поднялся на чердак, где быстро переоделся. Через чердак он прошел к первому подъезду, который тоже был закрыт на замок. Гидравлическими кусачками он срезал петли люка, осторожно отставив его в сторону, и выбрался в подъезд. Перед выходом из него он надел бейсболку, черные солнцезащитные очки и искусственную бороду на резинке, которую забыл как-то у него племянник, занимающийся в школьном театре.

Беляков вышел из первого подъезда и глянул в сторону третьего, где на лавочке сидели два бритоголовых молодца, игравших в нарды. Они посмотрели на человека со смешной рыжей бородой, ухмыльнулись и, не заметив для себя ничего интересного, продолжили игру. Игорь повернулся к ним спиной и пошел прочь.

На вокзале Беляков купил себе билет на первый попавшийся поезд, который должен был отправиться в ближайшее время. Таким образом, он оказался в Москве. Из Москвы Беляков поехал в Ленинград, оттуда в Новгород, затем снова в Москву и только потом, считая, что уже достаточно замел следы, отправился в Тарасов.

Впереди его ждал новый город, новые люди, новая работа, как он думал; в Тарасове его ожидала новая жизнь.

* * *

Хоть на один вопрос я получила сегодня ответ, и это грело душу. Теперь было ясно, что дядю Степу отравили, чтобы он не смог опознать покупателя прибора ночного видения. Прибор могла найти милиция и через оружейника добраться до киллера. Убийца был парень не промах и быстро соображал.

Вдруг на ум мне пришла отвратительная мысль, которая подсказала мне, что меня могут тоже убрать как нежелательного свидетеля. Неожиданно я вспомнила сон, приснившийся мне в больнице. В этом сне меня убил человек в кожаном плаще и мощных ботинках. Что, если это был вещий сон? Что, если меня действительно убьют? Мне стало страшно: ведь единственным свидетелем, видевшим убийцу, теперь была только я. Киллер вполне мог узнать мое имя и адрес и поджидать меня у моей квартиры.

В родной же квартире появляться было опасно, так что жить эти два дня я буду исключительно на конспиративной, а рядом с обжитой и близко появляться не буду.

Я ехала, не обращая внимания ни на знаки, ни на скорость своей машины, и, как это ни прискорбно, меня снова остановил милиционер.

Бывает же такое невезение, второй раз за день останавливают, так и разориться недолго. Наверное, у них сегодня что-то вроде субботника — «Все трудовые резервы бросим на поддержание порядка на проезжей части улиц родного города!». Может быть, такой лозунг сподвиг служителей жезла и свистка ринуться на улицы в таких количествах в воскресный день? Сие явление навсегда осталось для меня загадкой.

Этот милиционер отличался от предыдущего кардинально: маленький, пухленький, с большими пышными усами, на вид лет сорока.

— Добрый день, — он отдал честь, наклонившись к окну, — вы нарушили правила дорожного движения.

— Превышение?

— Вы превысили скорость на шестьдесят километров.

— Знак сорок?

— Да. — Он покачал головой.

— Бывает, — матерясь про себя на чем свет стоит, как можно спокойнее произнесла я.

— Также у вас разбита правая фара и не работает один стоп-сигнал.

— Я знаю.

— Почему же не исправите?

— Некогда, да и денег нет.

— Это не причина.

— Кому как.

— Вы представляете себе опасность движения на дорогах нашего города? Из-за вас могут пострадать многие автолюбители. Ваши права, пожалуйста.

Я отдала ему права, в которые заблаговременно были вложены двести рублей.

Милиционер внимательно рассмотрел права, выложил оттуда деньги и вернул мне две сотенные купюры.

— Это ваше, — спокойно произнес он.

— Вы извините, забыла выложить, — не понимая, что происходит, машинально извинилась я.

— А насчет прав приезжайте завтра в милицию. — Он назвал адрес, куда мне нужно было приехать. — Всего доброго. — Милиционер отдал честь и пошел обратно к своей машине.

Несколько минут я сидела с открытым ртом, так и не поняв, что же все-таки произошло. Мент не принял взятку — событие никак не укладывалось в голове. Сколько раз меня останавливали, такого еще ни разу не было. Фантастика просто! Честный постовой ГИБДД! Кому расскажешь, в жизни не поверят.

Я вспомнила слова капитана Ермилова, содравшего с меня сегодня триста рублей, который предупреждал меня о честных постовых, а я ведь ему не поверила.

Черт! Теперь придется в общественном транспорте ездить. Ужас!

* * *

Я вернулась на конспиративную квартиру часов в шесть вечера, когда Сергей готовил себе ужин. Я зашла на кухню и со злостью посмотрела на него.

— Что случилось? — спросил он.

— Дай мне сигарету, не то я сейчас лопну от злости, — истерическим голосом произнесла я.

Он дал мне сигарету и поднес зажженную спичку. Я прикурила и уселась на табуретку, прислонившись в изнеможении к стене. Сергей тоже прикурил. Он молча смотрел на меня, не решаясь спросить о происшедшем. Собственно говоря, я не курю, но, когда меня доводят до белого каления, мне просто необходимо всадить в себя немного никотина. Докурив сигарету, я почувствовала, что злость развеялась вместе с табачным дымом.

— Что случилось? — вкрадчиво повторил свой вопрос Сергей, почувствовав, что теперь со мной можно общаться без последствий.

— Мусора достали.

— Мусора? Чем же они умудрились тебя достать?