Проклятие Митридата - Сергей Богачев

134—63 до н. э.

— Наступил час мести! Этот самоуверенный наглец Диофант возомнил, что у него достаточно ума и сил победить нас!

Толпа загудела в ответ на призыв своего вождя.

Одетые во все серое, подпоясанные кожаными ремнями, косматые бородачи, вернувшиеся по зову своего царя с пастбищ, редко собирались вместе. Как правило, это происходило в преддверии большой войны.

Палак собрал своих воинов в городе-крепости Неаполе, столице Скифского царства. Отсюда скифы чаще всего совершали набеги на близлежащие земли, опустошая поселения, которые едва успевали накопить богатства и провизию после предыдущего нашествия. Но заветной целью Палака был Херсонес.

Здесь складировали богатейшие запасы пшеницы для отправки в Грецию, и, когда зерновые ямы были загружены до самых краев, у городских стен появились скифские всадники. До победы Палаку оставалось совсем немного. Однако на этот раз на помощь херсонеситам пришли, вернее приплыли морем, понтийские воины во главе с Диофантом.

Численный перевес оказался на стороне осажденного города и его союзников, которые перешли в решительную контратаку. Орда кочевников отступила, оставляя в степи сотни убитых и раненых.

Степь всегда помогала скифам, она была их домом. Как только кочевники чувствовали, что проигрывают битву, они тут же отступали вглубь полуострова, в те места, где паслись их стада и стояла неприступная крепость Неаполь. Ни один полис не посылал за ними отряды преследования, боясь оставить свой город незащищенным, да и скифы передвигались с такой скоростью, что за ними трудно было угнаться. Эти люди с младенчества становились наездниками, и у них были самые резвые и выносливые кони.

Когда понтийцы обратили захватчиков в бегство, Диофант также не стал рисковать своими отрядами. Опытный полководец знал, что в степи его воины станут уязвимыми и могут получить болезненный удар с тыла.

— Херсонес падет под нашим натиском! — вещал с каменной трибуны Палак, обращаясь к скифам. — Воины Диофанта отправились через море домой, в Синоп. Они не вернутся в Херсонес до мая, пока не успокоится море, а значит, город останется без поддержки. С наступлением ветров мы пойдем на запад и разрушим Херсонес до последнего камня!

— Да-а-а! — разнеслось по площади.

Воинственные скифы желали мести и крови.

— До начала ветров осталось несколько недель. Всем подготовиться к походу. Откормить лошадей, проверить снаряжение и оружие и быть начеку. Со мной пойдут все! Эллины узнают, что такое скифский меч, и на этот раз им не помогут никакие каменные стены!

— Да-а-а! — эхом ответило ему войско.

Бородатые коневоды, пастухи-одиночки, в предвкушении битвы превращалась в агрессивную массу. В конце ноября скифская конница двинулась вслед заходящему солнцу. Воины Палака шли убивать и грабить.

Когда на горизонте появились паруса понтийской эскадры, жители измученного осадой Херсонеса возликовали. Еще бы! Отрезав доступ к продовольствию и каменоломням, скифы уже несколько месяцев осаждали их город, и он защищался из последних сил. Для укрепления крепостных стен осажденные разобрали все мостовые и сняли даже могильные плиты.

Гонцы, посланные месяц назад в Понтийское царство, не вернулись, и горожанам оставалось лишь верить в то, что они доберутся до Синопа и передадут Митридату Евпатору послание с просьбой о помощи.

Таких гонцов было четверо. Все они выходили из города порознь под покровом ночи. Никто из них не знал о существовании других посланников. Двое должны были добраться до Ольвии и оттуда под видом торговцев отправиться на судах в Понтийское царство. Остальные двинулись по побережью на лошадях. Их путь был длиннее и опаснее.