Черный бриллиант Соньки Золотой Ручки - Анна Князева

Принимая из рук Эльвиры кружку с горячим чаем, Сергей попросил:

– Пожалуйста, расскажите подробнее.

– Ну, во-первых, оружие… – Она села напротив него.

– Кстати, из чего он стрелял?

– Карабин с самодельным оптическим прицелом. И, что характерно: сказать, что он бросил его на месте преступления, будет неправильным.

– Что это значит?

– Он бережно его положил. Знаете, так аккуратненько пристроил на двух кирпичах.

– Пули?

– Полуоболочечные.

– Пальчики есть?

– Конечно же нет.

– Ясно. Что еще?

– Много окурков, видимо, ждал и курил.

– Все одинаковые?

– Да, и манера курить и докуривать одна и та же. Криминалистическая лаборатория извлекает биологический материал. Его слюна с фильтров о многом расскажет. Есть также изжеванный комок жвачки, свеженький, точно – его. Сравнительная экспертиза покажет.

– Это все? – поинтересовался Сергей.

– Нет. Убийца выронил использованный билет на электричку. Знаете, на нем есть характерный разрыв, так делают контролеры, когда проверяют билеты.

– Откуда или куда он ехал?

– Со станции Шатура до Казанского вокзала.

– И что там по времени?

– Убийца приехал в Москву за три часа до убийства. То есть ему как раз хватило времени добраться до места и выждать удобный момент. По количеству окурков все совпадает. Ровно столько за два часа выкурит заядлый курильщик. Ну и, наконец, черная трикотажная шапка, которую потерял убийца, когда убегал. На ней, кстати, обнаружили несколько волосков. По крайней мере, теперь мы знаем, что убийца – жгучий брюнет с кудрявыми волосами. – Прервавшись, Эльвира на мгновение задумалась: – Что еще? Фантик от «Сникерса» – вещь бесполезная…

Сергей Дуло заметил:

– Даже если нет отпечатков или слюны убийцы, можно просто опросить продавцов окрестных киосков и магазинов. Возможно, кто-то вспомнит мужчину, который купил «Сникерс».

– Не отрицаю, – согласилась Эльвира. – Как раз на обертке пальчики есть. Правда, они еще не идентифицированы.

– Возможно, я прошу слишком многого… – начал Сергей.

– Просите, – по-доброму улыбнулась Эльвира.

– Можем осмотреть место, откуда стреляли?

– Поехать вместе с вами?

– Да, если вы не против. Я на машине.

– Я тоже, – улыбнулась она. – Если и поедем, то на моей.

– С вами – хоть на метле.

На метле лететь не пришлось. На место преступления поехали на «Лексусе» Эльвиры Калиулиной. В дороге они обсудили все достоинства этой славной машины ввиду отсутствия у нее недостатков.

Минут через сорок были на месте. Перелезли через ограждение и зашагали к пятиэтажке.

– Второй подъезд, – сказала Эльвира.

Когда подошли ближе, выяснилось, что подъездную дверь успели заколотить. Оглядевшись, Дуло нашел рессору и, всунув ее в щель, отжал трухлявую дверь вместе с торчащими из нее гвоздями.

Они поднялись на четвертый этаж и первым делом приблизились к окну, через которое стрелял убийца. Эльвира показала рукой:

– Видите, балкон на третьем этаже?

– Остекленный, а за ним светлые шторы?.. – уточнил Дуло.

– Да, все точно. Отсюда, из этой комнаты, его видно лучше всего. Кстати, в момент выстрела зазор между шторами составлял всего двадцать три сантиметра. Киллеру просто повезло, что не промахнулся.

– Куда он попал?

– В правый висок. Сразу – насмерть.

– Повезло, говорите? – Сергей обошел комнату, затем вышел и долго не возвращался. Было слышно, как он обходит помещения, поднимается и спускается на другие этажи здания.

Когда Дуло вернулся, Эльвира полюбопытствовала:

– Ну что? Можем возвращаться в отдел?

– Можем. – Он обошел комнату и остановился ровно посередине. – У меня есть уточнения.

– Относительно чего? – удивилась Калиулина.

– Вами было отмечено, что убийца не просто бросил оружие, а очень аккуратно его положил. Это наводит на мысль, что стрелок уважает оружие. И, возможно, провел с ним немало времени. Стало быть, простился, как с боевым товарищем. – Дуло отошел в угол комнаты и указал на ее центр. – Этот человек провел здесь много времени, взгляните, как утрамбована пыль. – Он предупредил ее возражение: – Даже если здесь потом толпились криминалисты и следователи.

– Кстати, по следам обуви установлено, что у стрелка сорок пятый размер. Здоровый, видать, мужик.

– Могу с вами поспорить.

Эльвира заинтересовалась:

– О чем вы?

– Размер его ноги не больше сорок третьего. Он просто надел большие ботинки.

– Ну-ну… Продолжайте.

– И приехал он сюда не за три часа до убийства, как утверждаете вы, а часов за двадцать или пятнадцать. Так что билет на электричку, скорее всего, липовый, а значит, подброшен нарочно, чтобы ввести вас в заблуждение. На шапке, кроме волос, криминалисты, скорее всего, обнаружат частички меда или варенья. На худой конец клея «Момент».

– Почему вы так в этом уверены?

– На него клеили волосы, чтобы они не отвалились до того, как будут обнаружены.

– То есть шапка тоже подброшена?

– Как и окурки, жвачка и обертка от «Сникерса». Обращаю ваше внимание: стрелок находился здесь очень долго. Но он ни разу не помочился.

– Откуда вы знаете?

– Я обошел близлежащие помещения. Санузлы заколочены. Никаких следов свежей мочи или испражнений нет. Окурков накидал, обертку оставил, но основных продуктов жизнедеятельности нет. О чем это говорит?

– О чем? – спросила Эльвира.

– О том, что он был в памперсе, и о том, что здесь побывал профессионал и очень умный субъект. О том же говорит тот факт, что через двадцатисантиметровый зазор он уложил жертву одним выстрелом, попав в висок. Кстати, выбрав полуоболочечную пулю, он рисковал.

– В чем же был риск?

– Она могла разбиться, не добравшись до цели. В окнах и остеклении балкона четыре стекла. Но ему была нужна гарантия, и он понадеялся на мощность заряда и инерцию пули. Такая пуля рвет тело в клочья, многократно повышая убойность.

– Но выстрелов, при необходимости, могло быть и несколько.

– В том-то и дело, что у него в запасе был только один.

– Почему же… – возразила Эльвира.

– А вы попробуйте попасть в человека, который мелькнул в узком просвете штор. Один промах, и все пропало. Другого шанса уже не представится. И вот что я вам скажу: поймать его будет трудно.