Сделай одолжение - сдохни! - Джеймс Хедли Чейз

Он с интересом взглянул на меня:

– Как она выглядит?

Я не стал ему говорить, что без одежды она выглядит потрясающе. Вместо этого я сказал, что судить пока рано, но за рулем она выглядит довольно бледно.

– Не расстраивайся. Зато деньги хорошие. – Он принялся открывать свою почту. – Кейт, ты подумал о моем предложении?

О его предложении? Я недоуменно посмотрел на Райдера и тут вспомнил, что он предлагал мне стать его партнером.

– Еще нет, Берт. То одно навалится, то другое…

Он печально поглядел на меня, потом пожал плечами:

– Это не срочно. Просто я надеялся, что ты уже подумал.

– Извини, Берт. Я подумаю.

– Том вернется завтра.

Том? Я постарался собраться с мыслями. Из-за Маршалла с его деньгами и из-за Бет у меня все вылетело из головы.

Том Лукас, вспомнил я, был у Берта инструктором по вождению до того, как появился я.

– Значит, он возвращается?

– Именно так, Кейт. Он уже выздоровел и поможет нам разгрести этот завал с заказами.

Заглянула Мэйзи и сообщила, что пришел первый ученик.

Хотя я был очень занят, день тянулся медленно. В обед я подошел к телефонной будке, отыскал номер Маршалла и позвонил.

– Он остается на ночь во Фриско. – Помолчав, Бет добавила:

– Это миссис Маршалл.

– Я не смогу приехать раньше пяти. Когда он вернется?

– Он остается на ночь во Фриско, – повторила она и спросила:

– Хочешь провести ночь со мной?

Хочу ли я? Хочу ли я заграбастать миллион Маршалла? Но красный свет снова предупреждающе вспыхнул, и на этот раз я обратил на него внимание.

– Поговорим позже, Бет. – И я повесил трубку.

Направляясь к бару Джо за своими сандвичами и кока-колой, я решил, что, как бы мне ни хотелось провести ночь с Бет, это будет слишком опасно. Как мне потом объяснить миссис Хансен, почему я не ночевал в своей комнате? Я уже побеседовал с ней, рассказал, что миссис Бет Маршалл выглядит немного странной, что она необщительна и почти не раскрывает рта. Миссис Хансен с явным разочарованием покачала головой и сказала:

– И слышать о ней не хочу.

Я нехотя принял решение отказаться от мысли провести ночь с Бет. Устный телеграф работал слишком быстро. Небольшое расследование, а потом – au revoir «До свидания (фр.).».

Примерно в 16.45 я подъехал по грунтовке к гаражу Маршалла. Поставив машину, я закрыл дверь гаража, поднялся по лестнице и хотел уже позвонить в звонок, как входная дверь распахнулась.

Бет встречала меня во всеоружии. На ней не было ничего, кроме прозрачной белой шали. Схватившись за мое запястье, она увлекла меня по широкой лестнице в спальню; кажется, это была спальня для гостей. Не успел я захлопнуть дверь, как ее пальцы побежали по пуговицам моей рубашки.

Мы повторили наше первое свидание. Только на этот раз Бет была у себя дома. Ее ничто не сдерживало. Когда мы достигли вершины, она издала страстный крик, эхом прокатившийся по просторному и пустынному дому.

В этот раз мы спускались к подножию медленнее, но ощущение, что я побывал в бетономешалке, у меня сохранилось.

Мы задремали, как дремлют все удовлетворенные любовники. Комната была прохладной, свет – неярким. Через открытое окно доносился только шелест листьев на ветру.

Через некоторое время мы очнулись. Я нашел свою пачку сигарет, дал одну ей, одну взял себе и прикурил обе.

– Ты великолепный любовник, – сонно проговорила Бет.

– А ты еще лучше.

Лежа с закрытыми глазами в кровати и выдыхая дым, я размышлял, сколько раз эти банальные слова произносились другими влюбленными парами.

– Кейт; ты останешься на ночь? Именно этого мне и хотелось. Она подцепила меня на крючок. Что касается секса, Бет была самой восхитительной женщиной, какую я когда-либо встречал, а в прошлом я знал немало женщин. Она так зацепила меня, что я долго колебался, прежде чем сказать:

– Нет. Я очень этого хочу. Бет, но это слишком опасно. Ты, наверно, не знаешь, но за мной следит весь этот богомерзкий городишко. Я для них первый, кто познакомился с тобой…, с самой важной персоной в этом городе после твоего мужа. С меня все глаз не спускают. Ты это знала?

Бет потянулась на скомканных простынях всем своим длинным телом.

– Я могу быть важной персоной номер один, а не номер два, – сказала она так тихо, что я мог бы и не услышать, но я услышал. Я внимательно посмотрел на нее. Бет лежала нагая, закрыв глаза и зажав сигарету меж длинных тонких пальцев, с лицом невыразительным, словно безжизненная маска.

– Повтори. – Я приподнялся и смотрел на нее сверху.

– Так, ничего. – Она должна была почувствовать, что я склонился над ней, но не открыла глаз. – Женская болтовня…, ничего. – Она шевельнула рукой. Горячий пепел упал на меня. – Кейт, когда я снова тебя увижу?

Я стряхнул с себя пепел.

– А знаешь ли ты, что после смерти своей тетки он будет стоить миллион долларов?

Она вытянула длинные ноги, раскинула их, потом свела вместе.

– Знаю ли я? А для чего я, по-твоему, вышла за него замуж?

Я вспомнил Маршалла: толстый, да еще и пьяница; потом посмотрел на нее: высокая, гибкая – настоящая львица.

– Понятно. Другой причины быть не могло.

– А ты? – Она слегка повернула голову, чтобы лучше рассмотреть меня своими отчужденными черными глазами. – Ты тоже интересуешься его деньгами, ведь правда, Кейт?

Это меня задело, но я сохранил бесстрастное выражение лица и сказал:

– Да, я интересуюсь деньгами…, любыми деньгами.

Она иронически усмехнулась:

– Ладно, он их еще не получил. Так что никому, в том числе и нам с тобой, интересоваться особенно нечем.

– Вот здесь ты ошибаешься.

И я рассказал ей о городском комитете по планированию, о своем участии в его делах, о том, как я подыгрываю его членам и должен с ними встретиться в пятницу после работы.

Она слушала меня, глядя в потолок.

– Подыгрывая им, – продолжал я, – я получаю законное оправдание на тот случай, если нас увидят вместе. Здесь повсюду глаза, Бет.

– Хм-м. – Она снова потянулась. – Ты можешь объявить им, что Фрэнк не даст им ни цента. Он ненавидит Викстед. Если он умрет, я тоже не дам им ни цента.

– Этого я им не скажу. Это была бы не самая удачная линия поведения, если мы хотим встречаться и дальше.

Она пожала обнаженными плечами.

– Можешь сказать им что хочешь, но ты теперь знаешь, что ни единого цента из денег миссис Фремлин не будет вложено в этот вонючий городишко…, и это окончательно – ни цента ни от Фрэнка, ни от меня. – Она перекатилась на живот, чтобы потушить сигарету. Ее очаровательная продолговатая спина кончалась расщелиной между ягодицами. – Кейт, не вздумай недооценивать Фрэнка. Никто, повторяю, никто ничего от него не получит. Он может быть пьяницей, но он прекрасно все соображает. Не строй никаких планов, Я уставился на нее и застыл: