Особый прием Гурова - Алексей Макеев

– Ну а ты, Володя, что скажешь? – спросил Гуров.

– Я, Лев Иванович, по съемкам хорошо помню, где именно Багров и Королев стояли, так что мне бы метра на полтора, которые обвалились, вперед выдвинуться надо, – задумчиво ответил Никитин.

– Ну, и как ты себе это представляешь?

– Да я тут уже придумал. Если вот те мостки снять и вот здесь положить, то мне хватило бы. А вы бы с Константином как противовес стояли, – начал объяснять Владимир. – Во мне восемьдесят пять килограммов, а уж в вас двоих точно намного больше.

– Ты обалдел? – тихо спросил Гуров, чувствуя, как у него внутри все сжимается.

– Лев Иванович! Да никакого риска нет! – принялся убеждать его Никитин. – Я тут трос видел, я им обвяжусь, а второй конец можно вон за тот проем закрепить. Так что, даже если я и свалюсь, то просто повисну, а вы меня тихонько вниз стравите, а может, наверх вытащите. Хотя вниз будет, конечно, удобнее.

– Простите, что вмешиваюсь, господин полковник, только если на наш край мостков еще и вон ту бадью с застывшим раствором поставить, то с Владимиром точно уже ничего не случится, – сказал Константин. – А если мы еще и сторожа позовем, то вытащить его и вовсе как нечего делать.

Вообще-то, план был дельный и не такой уж завиральный, но при мысли о том, что с Володей может что-то случиться, у Гурова замирало сердце. Наконец, взвесив все «за» и «против», он согласился, предупредив, однако, что они будут все сами таскать. Кооптировав сторожа, Володя с Костей быстро справились, причем Константин тихонько шепнул Никитину:

– А шеф-то за тебя волнуется!

– Ха! – только и ответил на это Володя. – За себя! Ему же за меня отвечать придется!

И вот уже Никитин стоял, обвязанный тросом и вооруженный биноклем, на самом краю мостков и смотрел по сторонам.

– Вот оглашенный! – бурчал себе под нос сторож, стоявший вместе с Гуровым, Костей и бадьей цемента на другом крае мостков. – Внизу, можно сказать, еще кровь не высохла. Так еще и этот своей башкой рискует. А ведь, случись чего, мне самому голову оторвут.

– Не каркай! – рявкнул на него Гуров и спросил: – Володя! Ну, что там?

– Если исключить заказник, то единственное место, откуда этот козырек просматривается, вон там, – показал налево Никитин. – Только я не пойму, что это.

– Костя, что там находится? – тут же спросил Лев.

– Надо посмотреть, – отозвался парень.

– Еще и вы туда полезете? – взорвался Гуров.

– Господин полковник! Да вы же сами видели, что риска никакого нет, – возразил Константин, и Гурову ничего не оставалось, как махнуть рукой.

Теперь уже Костя пошел на самый край мостков, и, едва он посмотрел туда, куда раньше показывал Володя, как тут же воскликнул:

– Я знаю, что это! Это старая телевышка! Ее только частично разобрали, поэтому посторонний человек и не поймет, что это.

– Возвращайтесь немедленно! – приказал Гуров. – Не хватало мне еще с вашим дядей объясняться по поводу ваших травм!

Константин послушно вернулся к ним, от него отцепили трос и, строго-настрого предупредив сторожа, чтобы никто не смел эти мостки трогать или хотя бы сдвинуть с места, они, все четверо, спустились вниз. Там вернули сторожу каски, а Лев сунул еще и сто рублей за хлопоты. Сторож дико на него посмотрел, но Костя махнул ему рукой, давая понять, что люди это чужие, здешних обычаев не знают, так что пусть берет.

– Ну, тогда, спасибо, конечно, – пробурчал сторож и скрылся в своем вагончике.

Замерзший наверху под ветерком Гуров залез в машину отогреваться и отпиваться налитым ему Никитиным горячим чаем. Причем дрожь его пробирала не только и не столько внешняя, сколько внутренняя, потому что зрелище стоявшего на самом краю мостков Никитина продолжало маячить у него перед глазами. И в этот миг Лев подумал, что, как только они вернутся в Москву, что бы ему Крячко ни говорил, он переведет Володю к кому-нибудь другому – в конце концов, уже не мальчик, чтобы вот так себе нервы мотать. Но потом сообразил, что этот кто-то другой вряд ли будет так заботиться о парне, как они со Стасом, и вполне может сунуть его в такое пекло, куда сам лезть не решится. «Делать нечего! – смирился со своей участью Гуров. – Будем воспитывать дальше, потому что возвращать Володьку в район – преступление! Голова у парня светлая, а там он до пенсии будет в мелкой бытовухе ковыряться», – и вздохнул.

– Господин полковник! Мы передохнем немного? – спросил Костя.

Получив в ответ невнятное бормотание, которое при желании можно было расшифровать и как «Черт с вами!», Костя поманил Володю к багажнику и, открыв его, налил тому полную крышку от термоса кофе, а потом они отошли подальше, чтобы сигаретный дым не доходил до машины и, присев на какую-то железобетонную балку, закурили.

– Чего ж ты в термос чай налил, если сам кофе пьешь? – тихонько спросил Константин у Никитина.

– Гуров кофе не пьет – нельзя ему, – шепотом ответил тот.

– Ну, блин, и жизнь у тебя, – сочувственно произнес Костя. – Ни кофе выпить, ни покурить!

– Предлагаешь мне в район вернуться? – хмыкнул Володя. – Так Гурову только мигнуть, и меня в главке уже не будет.

– Да нет! Раз уж повезло на такое место попасть, то за него нужно всем, чем возможно, держаться. Но перспективы хоть есть?

– Да я там всего чуть больше года, о чем сейчас говорить можно? – удивился Никитин.

– А моему дядьке ты здорово понравился! Он мне вчера весь вечер тыкал: вон, мол, каким надо быть!

– Ну, извини, если подвел, – пожал плечами Володя. – Только он не прав! Вон, как ты мигом все схватываешь! И про бинокль, и про то, куда мы поедем, – утешил его Никитин. – Ладно, пошли! А кофе у тебя очень хороший!

– Пей на здоровье! Натуральный, зерновой! Сам заваривал!

Они вернулись в машину, и Константин спросил:

– К бывшей телевышке поедем, господин полковник?

– Именно туда, – подтвердил Гуров. – Что это за место?

– Она на нашем берегу стоит. После того как новую построили и оттуда все убрали, там очень неспокойно было – бандюганы любили «стрелки» друг другу забивать, тем более что и трупы прятать легко – овраг рядом. Там еще постройки разные были, где, в случае чего, отсидеться можно. Вот и решили все это разобрать. Со зданиями оказалось легко, а вот саму вышку так до конца и не демонтировали, тем более что к власти Королев пришел и навел в области порядок. Дорога туда за эти годы окончательно сдохла, вот теперь там никто и не бывает: бандюганы вывелись, влюбленным парочкам туда тоже хлопотно добираться – и поближе укромные места есть, а грибов-ягод сроду не водилось. Так что пусто там.

– Вот мы сейчас это и проверим, – пробормотал Гуров и задремал.

– А как-то иначе сюда можно добраться? – спросил Володя.