Пассажир из Франкфурта - Агата Кристи

Интересно, сегодняшний обед – просто светская вечеринка или нечтоболее серьезное? Быстрый и все подмечающий взгляд сэра Стэффорда выхватил изсидящих за столом людей одного или двоих, на которых он прежде не обратилвнимания. Американский бизнесмен: приятный человек, в обществе не блистает.Профессор одного из университетов на Среднем Западе. Супружеская пара: муж –немец, жена – явная, почти агрессивная американка и очень красивая. Сексуальновесьма привлекательна, подумал сэр Стэффорд. Может быть, важная персона –кто-то из них? В памяти всплыли буквы: ФБР, ЦРУ. Этот бизнесмен может быть изЦРУ и присутствует здесь неспроста. Теперь это стало обычным делом, не то чтораньше. Как это там – «старший брат следит за тобой»? Ну что ж, теперь делозашло еще дальше. Трансатлантический кузен следит за тобой. Финансовый советЕвропы следит за тобой. Дипломатического баламута позвали сюда, чтобы ты за нимследил. О да, за очевидным теперь кроется многое. Но просто ли это другаяформула, другая мода? Может ли это означать нечто большее, действительно важноеи реальное? Как теперь говорят о событиях в Европе? Общий рынок. Что ж,задумано неплохо, это связано с торговлей, экономикой, взаимоотношениями междустранами.

«Так, но это – сцена, на которой происходит действие. А чтоза кулисами? Кто-то ждет нужной реплики и в случае чего готов подсказать? Чтопроисходит на мировой арене и за ее пределами?» – думал он.

Что-то он знал, о чем-то догадывался, а что-то оставалосьдля него совершенной тайной, и никто не хотел, чтобы он что-нибудь об этомузнал.

Его взгляд на мгновение задержался на женщине визави: головаее была высоко поднята, на губах – едва уловимая вежливая улыбка. Взгляды ихвстретились, но ее глаза и улыбка ничего ему не сказали. Что она здесь делает?Она в своей стихии, это ее мир. Да, она здесь у себя дома. Он подумал, чтоможно было бы без особого труда выяснить, какую роль она играет вдипломатическом мире, но узнает ли он при этом, где ее настоящее место?

У той незнакомки в брюках, которая неожиданно обратилась кнему во Франкфурте, было живое, умное лицо. Которая же из них настоящая: та, воФранкфурте, или же сегодняшняя случайная знакомая? Возможно, один из двух ееобразов – роль, которую она вынуждена играть. Тогда который из двух образов –истинный? Может, она способна предстать и в других ипостасях? Очень интересно.Впрочем, их сегодняшняя встреча может оказаться чистейшей случайностью.

Милли-Джин встала из-за стола, и вслед за нею сталиподниматься другие дамы. И вдруг с улицы донесся шум: крики, вопли, звонразбитого стекла, снова крики, какие-то щелчки, похожие на выстрелы. СиньораГаспаро схватила Стэффорда Ная за руку.

– Опять! – взволнованно воскликнула она. – Опять эти ужасныестуденты! И у нас в стране творится то же самое! Почему они нападают напосольства? Творят бесчинства, оказывают сопротивление полиции, маршируют поулицам, выкрикивают всякие глупости, ложатся на мостовые. Они есть у нас – вРиме, в Милане. Они, как паразиты, распространились по всей Европе. Почему этиюнцы всегда недовольны? Чего они хотят?

Потягивая бренди, Стэффорд Най слушал речь мистера ЧарльзаСтэггенхема, который важно вещал, в манере епископа и весьма пространно. Шум наулице стих: похоже, полиция увела нескольких отъявленных буянов. Когда-то такиепроисшествия считались чрезвычайными и даже вызывали у властей тревогу, нотеперь стали вполне обыденными.

– Усилить полицию, вот что нам нужно. Усилить полицию. Иначес этим нельзя справиться. Говорят, везде творится то же самое. Я на дняхбеседовал с герром Лурвицем. У них точно такие же проблемы, и у французов тоже.В скандинавских странах немного поспокойнее. Чего они все добиваются, простохулиганят? Говорю вам, если бы сделали, как предлагаю я…

Стэффорд Най думал о другом, делая при этом вид, чтовнимательно слушает Чарльза Стэггенхема, объяснявшего, что, по его мнению,нужно предпринять.

– Они кричат про Вьетнам и все такое. Что они могут знать оВьетнаме! Ведь никто из них там никогда не бывал, не так ли?

– Скорее всего, именно так, – подтвердил сэр Стэффорд Най.

– Мне сегодня сказали, что большие беспорядки имели место вуниверситетах в Калифорнии. Если бы у нас была разумная политика…

Мужчины устремились в гостиную, к дамам. Стэффорд Най сприсущей ему ленивой грацией и непринужденностью как бы невзначай оказалсярядом с рыжей болтушкой, с которой был довольно хорошо знаком. Он несомневался, что не услышит от нее ничего умного и тем более остроумного, но онаобладала чрезвычайно широкими сведениями о людях своего круга и, естественно,обо всех присутствующих. Стэффорд Най не задавал ей прямых вопросов, но такповел разговор, что дама как бы по собственной инициативе сама кое-что рассказалаему о графине Ренате Зерковски.

– Она все еще очень хороша, правда? Теперь она не так ужчасто здесь бывает, все больше в Нью-Йорке или на том чудном острове, вызнаете, о чем я… это не Менорка, нет, какой-то другой остров в Средиземномморе. Ее сестра вышла за того знаменитого мыльного короля, во всяком случае, ядумаю, что он мыльный король… нет, не грек, по-моему, он швед. Она простокупается в деньгах. И конечно же, много времени проводит в замке где-то вДоломитах или рядом с Мюнхеном. Она очень музыкальна, всегда была такой. Онаговорила, что вы с ней встречались однажды, не так ли?

– Да, кажется, год или два назад.

– О да, по-видимому, тогда, когда она в прошлый разприезжала в Англию. Говорят, она была замешана в чехословацких событиях. Или,может быть, в польских? О боже, это так сложно, не правда ли? Я хочу сказать,все эти названия. Сплошные «ч» и «к». Очень странно звучат и очень сложнопишутся. Ее считают литературно одаренной. Знаете, она составляет разныепетиции, чтобы потом собирать под ними подписи, – например, о предоставленииписателям политического убежища в нашей стране. Но вряд ли кто обращает на этовнимание. Сейчас все озабочены прежде всего тем, чтобы как-то ухитритьсязаплатить собственные налоги. Конечно, дорожные чеки немного упрощают дело, нотоже не очень-то: ведь прежде чем вывезти деньги за границу, их нужно сначалагде-то достать. Не знаю, как в наши дни людям удается добывать деньги, но ихповсюду полно. О да, их повсюду полно. – Она многозначительно взглянула на своюлевую руку, на которой красовались два кольца с крупными камнями – бриллиантоми изумрудом – убедительное свидетельство того, что по крайней мере на эту дамубыли потрачены значительные суммы.

Вечер продолжался. Он не узнал почти ничего нового о пассажиркеиз Франкфурта. Он видел ее фасад, если можно так выразиться, говоря о внешностиженщины, очень тщательно отшлифованный фасад. И только. Она интересуетсямузыкой. Что ж, недаром же он встречался с ней в «Фестиваль-Холле»! Она любитспортивные игры на свежем воздухе. У нее богатые родственники, владеющиеостровами в Средиземном море. Она занимается благотворительностью и организуетакции в поддержку писателей. Короче говоря, она – человек с обширными связями,богатыми родственниками, вхожа в высшее общество. В высоких политическихсферах, по-видимому, не вращается и все же, может быть, тайно связана с некоейгруппой. Постоянно разъезжает по свету, из страны в страну. Общается сбогатыми, знаменитыми и интересными людьми.