Попробуйте позвонить позднее - Наталья Андреева

Этот особый мужской взгляд Инне был незнаком. Она была, что называется, не секси. Красивая, но пресная. Женщина, слишком уж закомплексованная, чтобы ночи с ней запомнились, а утро было полно яркого света в любую погоду, даже когда на улице дождь. Мужчины, которые это чувствуют, никогда и не просили у нее глазами ласки или хотя бы поощрения. Ответного взгляда, который подскажет, что можно идти дальше. Приобнять, погладить по плечу, по руке, начать ругать жену или любовницу, потом перейти к комплиментам на грани фола. И в конце концов, просто себя предложить. Всего этого с Инной Козловой никогда не случалось.

Но сегодня она была без дочери, одна, и удачно одета, и плавала прекрасно, а он только что подал на развод, о чем и сказал. Ему нужна была компенсация за этот развод, и нужен был повод. Вот этот-то взгляд, одновременно и требовательный и виноватый, ее напугал. У Инны было чувство, что она уже изменила мужу. Она ведь позволила так на себя посмотреть.

Инна вспыхнула, тут же впомнила про какие-то дела. Не дома, нет. Куда-то заехать, что-то купить. Он с готовностью вызвался ее отвезти. Но в ответ она закричала:

— Нет-нет! Зачем же так себя утруждать!

И позорно сбежала. Не увернулась с милой улыбкой, не поставила многозначительное многоточие, как это полагается сделать, если ты истинная женщина. Она показала себя полной невеждой в вопросах любви и секса, где-то на уровне подростка в период полового созревания. А потом, краснея, попросила сменить тренера. Ей, постоянной клиентке, пошли навстречу. И они с Дашей поменяли время посещения бассейна. Дочь капризничала, она была просто в недоумении. Инна и сама себя не понимала. Что, собственно, случилось? Встречаясь с ней, тренер делал вид, что никакого ресторана не было, и флирта тоже. Да его и в самом деле не было. Ничего такого, за что ей могло бы быть стыдно.

Тем не менее, когда она вспоминала об этом, краска бросалась ей в лицо. Эпизод с тренером отравил все последующие посещения этого милого уютного ресторанчика, где она себя чувствовала так комфортно. Вот и сейчас, сидя за чашечкой кофе в ожидании Дюшки, она думала об этом почти свидании, а никак не о том, что непременно должна выведать у жены президента банка. Банка, в котором работал ее исчезнувший муж.

Дюшка опоздала на пятнадцать минут. Она сразу увидела Инну, которая намеренно и села так, чтобы, войдя в зал, ее не пропустили бы взглядом. Жена Морозова махнула рукой и направилась к ней. Шла, покачивая бедрами, профессиональной походкой манекенщицы, и все взгляды были устремлены на нее. На Дюшке был ультракороткий сарафан травяного цвета, очень эффектный, и неизменные украшения с изумрудами.

— Жара-то какая, а? — сказала Дюшка. Ее необыкновенные кошачьи глаза сверкали ярче, чем камни в ушах и на шее. — А не пойти ли нам на веранду?

— Там пыльно.

— Зато ветерок.

Инна предпочитала помещения, где работал кондиционер, но спорить не стала. Они перешли на веранду, к окну. Вечером этот ресторанчик был забит до отказа, но сейчас, в воскресенье, в огненный полдень, свободные места были даже на веранде. Тут же появился официант. Инна, вздохнув, заказала салат и сок фрэш из двух апельсинов. Со льдом.

— И в самом деле жара, — сказала она.

— Что дальше-то будет?

— Лето. Дальше будет лето. Вы когда уезжаете?

— Куда?

— Отдыхать, разумеется.

— Не знаю. А ты?

— Тоже не знаю.

Обе подумали об одном и том же. О мужьях. У обеих женщин была полная неопределенность. Дюшка Морозову не изменяла. Она и не думала, что это случится так скоро, развод. «Запасного» мужчины у нее не было, а ехать одной… Получается, что ты напрашиваешься на знакомство. Если ты за этим и едешь, развлечься, то все в порядке. А если хочешь забыться, отдохнуть, привести в порядок мысли, а тебя при этом атакуют поклонники, это раздражает невыносимо. Причем все уверены, что ты ломаешься, цену себе набиваешь.

Слухи о разводе пойдут. И где бы ни появилась Евдокия Морозова, на ней тут же поставят клеймо: «Сдается в аренду». Желающие взять ее на содержание найдутся, секонд-хенд от Морозова всегда в цене, его предыдущие жены все неплохо устроились. Дюшка почувствовала растущее раздражение. Неужели же нет выхода из этого замкнутого круга?

Принесли заказ.

— Я со среды места себе не нахожу, — начала Инна.

— Он утром уехал? В среду? — уточнила Дюшка.

— Да. И с этого момента — никаких вестей. А что говорит твой муж?

— Он послал Козлова в командировку.

— По делам банка?

— Да.

— Веня ему звонил?

— Звонил. Утром.

— Утром когда? В среду? — уточнила она.

— Да. — Дюшка через соломинку потягивала сок. Ее огромные зеленые глаза были полуприкрыты тяжелыми веками, с ресницами, похожими на стрелы. Она словно мышь сторожила, вся затаилась, подобралась.

— И — все? Больше не звонил? — просительно сказала Инна.

— Нет, не звонил.

— А в Саратове? Там, куда он поехал? Там что говорят?

— Видишь ли… Он туда не приезжал.

— Как так — не приезжал? — ахнула Инна.

— Его там не было. Так что туда можешь не звонить. Бесполезно.

— Выходит, он… Выходит, не доехал? Пропал по дороге? Но где? Еще в среду… — сказала она упавшим голосом. — Он пропал еще в среду. А я сижу сложа руки.

— Успокойся. Ты уже хоть что-то предприняла?

— Да, — кивнула Инна. — Я ходила в милицию.

— И что?

— Мне сказали прийти в понедельник. С документами.

— С какими документами? — вздрогнула Дюшка.

— С документами на квартиру. С его паспортом. О, господи! Мне же нужен номер его машины! То ли три-семь-семь, то ли, пять-семь.

— Три-пять-семь, — спокойно сказала Дюшка.

— А ты откуда знаешь?

— Он же часто к нам приезжал. Мне нравится «Легенда». Я к ней какое-то время присматривалась.

— Выходит, ты знаешь больше, чем я.

— Я же жена президента, а ты только вице-президента, — со странной улыбкой пошутила Дюшка. — Значит, ты еще не писала заявление?

— Нет. Мне посоветовали обратиться в Службу безопасности банка.

— Ах, это… Это разумно. А к кому?

— Не знаю. Я приду, запишусь на прием к Морозову, — неуверенно сказала Инна.

— Вот этого делать не надо.

— Я знаю, но…

— В милицию иди сама. А в банке будешь действовать через меня.

— Там что, какие-то проблемы?

— А ты вообще знаешь, чем занимались наши мужья? — нацелила на нее ресницы-стрелы красавица Дюшка.