Я стану ночным кошмаром - Екатерина Островская

— Если ты такая прозорливая, то почему тебя из следователей поперли? — обиделся заместитель начальника по уголовному розыску.

Мужчина повернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился. Снова посмотрел на Веру.

— Ты, я знаю, не замужем, детей нет, домой спешить не надо. Может, пивка после работы попьем?

— Я не пью пиво.

— Теперь понятно, почему не сработалась с коллективом, — догадался зам по уголовному розыску. А чтобы Вера не обиделась, улыбнулся и подмигнул ей, оборачивая свое предположение в шутку.

Она как раз спешила домой. Потому что каждый вечер встречалась с Владимиром, который приходил к ней. Беседовали о разном. Конечно, больше — о своей работе. Даже не о ней, а об убийстве Минусевича и врача из поликлиники. Выдвигали версии, пытались определить мотивы обоих преступлений, найти что-то общее. Но общего было только одно — почтовый ящик Веры, в который убийца что-то подбрасывал. Конечно, разговаривать целый вечер о вещах, неприятных большей части населения, тяжело даже профессионалам, но Вера со своим новым знакомым старательно обсуждали каждую деталь, как будто других интересных тем, а следовательно, и повода для встреч у них нет.

Сегодня Вера решила еще и ужин приготовить. Вышла из отделения, села в автомобиль, и тут позвонила Цигалова.

— Я у метро, — сообщила она, — домой еду. А так не хочется! Давай к тебе сейчас заскочу, поболтаем немного. Не возражаешь?

Вера, конечно, возражала, но не успела ничего придумать, чтобы отговориться. Сказала только, что сейчас подъедет к метро и подберет там Инну.

— Ты купила машину? — догадалась Цигалова.

Вера уже пожалела, что не отказалась от этой встречи сразу. Но потом решила, что покатает немного Инну по району, а потом высадит возле ее дома.

Но не получилось.

Цигалова стояла возле вестибюля станции метро и вертела головой, оглядываясь на каждый проезжающий мимо автомобиль. Когда Вера остановилась рядом с ней, Инна даже рукой махнула: проезжайте, мол. Потом увидела за рулем подругу и остолбенела. Впрочем, очень быстро пришла в себя и скоренько забралась на переднее пассажирское кресло. Стала оглядывать салон и восхитилась:

— Супер!

Потом до нее дошло главное.

— Верка, колись, откуда деньги?

— Поклонник подарил, — пошутила Вера.

И, видимо, зря именно так пошутила, потому что Цигалова поверила.

— Мне бы кто подарил такую тачку… — расстроилась она. — Вкалываю как проклятая, а денег ни на что не хватает. Илья тоже копейки получает. Да ему и не нужна машина, у него и прав-то нет.

— А у тебя есть?

— И у меня нет, — призналась Инна. — Но я-то их быстро получила бы, а вот Илья никогда экзамена на вождение не сдаст: он по природе своей пешеход, ему противопоказано за руль садиться. Да и потом, не по его средствам хорошую тачку иметь. Вроде допоздна на своей работе, дома еще трудится, а результат нулевой. Зарабатывает только на еду, на шмотки дешевые и на отдых раз в году в Турции, где только бедняки отдыхают…

— Там вполне обеспеченные попадаются, — вспомнила Вера.

Но Инна не слушала ее, смотрела в окно на пролетающие мимо дома.

— У меня в сумочке бутылочка «Бейлиса», — сообщила она, — сейчас мы ее у тебя под кофеек…

Вера хотела ответить, что занята, что у нее работа, а ликер можно как-нибудь в другой раз выпить, но промолчала.

Выйдя из машины, Цигалова потрогала ладошкой полировку корпуса и вздохнула.

— Сказка, а не машина.

И спросила:

— А что хоть за поклонник?

— Я пошутила, — ответила Вера, — авто мне от Бережного перепало.

— А-а-а… — вздохнула Инна, несколько расстроенная.

Придя домой, Вера начала готовить ужин. Цигалова сидела там же, на кухне, подливая в свою рюмочку принесенный ликер, курила и рассуждала, словно продолжала начатый в машине разговор.

— Вообще-то тачка мне и не нужна. Мне вполне комфортно, когда меня возят на служебной. В метро, как сегодня, я не часто бываю. Ой, ненавижу метро! Стоишь, а на тебя все пялятся. А когда в роскошном автомобиле разъезжаешь и на тебя смотрят — совсем другое дело. В общественном транспорте тебя нагло рассматривают, а когда ты в дорогой машине, то восхищаются. А это, согласись, не одно и то же. Надо бы, конечно, купить машину. Но ведь потом на мне же техосмотры всякие, сервис, если сломается что-то, и все прочее висеть будет. Если автомобиль брать, то параллельно надо завести любовника, который всем этим займется. Не так ли?

— Не знаю, — ответила Вера, особенно не вслушиваясь в то, что говорила подруга.

А та продолжала:

— Сейчас у меня и муж, и любовник. И от обоих никакого толка. Хотя от любовника все же польза есть: что ни говори, а мой начальник. Но у нас с ним крайне редко, потому что он очень осторожный — жена, дети, репутация… Представляешь, я попросила его из средств фирмы дать кредит на что-нибудь, так ведь отказал. А вдруг кто-то догадается о наших отношениях? А какие отношения? В последний раз он номер в отеле снял, — типа мы с ним на переговоры поехали. В полдень ровно в номер зашли, а в шесть вечера освободили. Время пролетело, как одна секунда. И то он больше по телефону беседовал, чем со мной делом занимался… А у тебя с твоим начальником уже все закончилось?

— И слава богу, — кивнула Вера.

Она заканчивала готовить ужин, ждала Владимира и надеялась, что тот немного задержится. А за это время можно будет успеть спровадить Инну. Но он никогда не опаздывал и позвонил в дверь ровно в назначенное время.

— Ты кого-нибудь ждешь? — встрепенулась Инна и поправила прическу.

— Вообще-то у меня было назначено свидание на вечер, — намекнула ей Вера, направляясь к двери.

Владимир зашел, увидел гостью и поздоровался. А Вера специально громко произнесла, дабы подруга догадалась, что на нее не рассчитывали:

— Я ужин приготовила. Сейчас мы с тобой отдохнем.

И спросила Инну уже другим, усталым, голосом:

— С нами поешь или тебе надо фигуру беречь?

Как ни странно, Цигалова сделала вид, будто размышляет, что для нее важнее.

Владимир пошел в ванную. Инна налила себе еще рюмочку, потянулась за сигаретой. Подумала немного, посмотрела на плиту и все-таки закурила. В кухню вошел Владимир и опустился за стол.

— Домой, что ли, пойти? — вздохнула Инна, всем видом показывая, что не собирается этого делать, ожидая, что ее начнут удерживать хотя бы из приличия. — Только там ничего хорошего. Дом — это болото, которое засасывает так, что потом не выбраться.

Цигалова посмотрела на Веру.

— Я бы не отказалась заниматься только домом, — ответила Вера, стараясь не встречаться взглядом с Владимиром.