Проклятие Тунгусского метеорита - Евгения Грановская

– Вижу горе, беду вижу! Собака белая… Человека бьют, мальчик погибает! Ай, горе-горе, ай, беда-беда!

– Какая собака? – испугалась Женя. – Кого бьют?

– Не знаю, красавица. Это ведь твоя судьба, не моя.

Женя вздохнула. Вот и эти туда же. Мало ей тети Матильды с ее зловещими пророчествами. Цыганка еще что-то говорила, но Женя ее уже не слушала, думая о своем.

В конце концов цыганка оставила ее в покое и, взяв свою товарку под руку, направилась к метро.

Женя проводила их взглядом, затем рассеянно посмотрела на свою руку. И вдруг встрепенулась.

– Постойте! Подождите! – Женя вскочила со скамейки и бросилась за цыганками. – Мой перстень!

Женя нагнала гадалку и схватила ее за рукав.

– Вы забрали мой перстень! – крикнула она.

– Какой перстень? – небрежно огрызнулась та, вырвав руку из слабых от растерянности пальцев Жени. – Не знаю никакой перстень! Э, да ты пьяная? Нана, посмотри – она же пьяная!

Женя рассердилась.

– Это я-то пьяная? – грозно крикнула она. – Ну погоди! – И Женя завертела головой в поисках милиционера. – Товарищ милиционер! Товарищ милиционер!

От метро к ним двинулся мужчина в милицейской форме.

– Сержант Трофимов, – представился он, коснувшись пальцами козырька фуражки. – Что случилось?

Женя набрала полную грудь воздуха, но цыганка заговорила раньше:

– Вот, начальник, проститутку поймала! Она здесь каждый день стоит! По пятьдесят долларов берет!

Женя буквально задохнулась от возмущения.

– Да как вы смеете? – выдохнула она. – Как вам не стыдно врать?!

Цыганка слегка подмигнула милиционеру. Он так же едва заметно усмехнулся и теперь уже всем корпусом повернулся к Жене:

– А ну, шалава, пройдемся до отделения.

– Я не шалава! Я…

– Все так говорят. Топай, сказал!

Краем глаза Женя увидела, как цыганка что-то передала милиционеру, и это «что-то» было очень сильно похоже на купюру.

– Так вы вместе! – прозрела Женя. – Вот оно что! У вас с ней сговор!

– Что-о? – Милиционер побагровел. – Я тебе такой сговор покажу! А ну пошла! Расплодились, проститутки, проходу от вас нет. Пошла, сказал!

И он повел Женю по скверу, как какую-нибудь преступницу. Пройдя шагов двадцать, милиционер сказал:

– Слышь, путана, постой!

– Чего вам? – сердито спросила Женя.

Милиционер быстро глянул по сторонам и, понизив голос до шепота, произнес:

– Можем договориться.

– Как? – не поняла Женя.

Милиционер окинул ее фигуру оценивающим взглядом и облизнулся.

– А ты не понимаешь? Мужчина и женщина всегда могут договориться.

– На что это вы намекаете?

Мент небрежно дернул щекой.

– Слушай, не строй из себя целку. Я ж тебя насквозь вижу. Сделаешь мне приятно, и я тебя отпущу. Всего и работы на пять минут.

Женя побагровела от ярости.

– Ни за что! – отрезала она. – Даже если вы будете последним мужчиной на земле!

Последние слова Женя произнесла не без удовольствия. Она слышала их в каком-то фильме, и там они звучали просто уничтожающе.

Однако подлый мент лишь хихикнул:

– Да ладно тебе. Че ты ломаешься?

– Я вам сказала – нет! Ведите меня в вашу тюрьму.

– Ну, как знаешь. Топай к вокзалу!

Женя хотела пойти с гордым видом, но милиционер поддел ее ладонью под ягодицу и слегка подтолкнул вперед. И Женя, вместо того чтобы идти с гордо поднятой головой, отвратительно засеменила ногами. Сердце ее яростно забилось от гнева и обиды.

«Да как вы смеете!» – хотела крикнуть она. Но вместо этого лишь горько заплакала.