Диагноз под прикрытием - Марина Серова

Мы не дождались возвращения дочери старичка — взяли сумку с приборами и спустились вниз, стараясь добраться до машины как можно скорее.

Диспетчер позвонила Наталье по мобильному, передала новый адрес, поэтому мы сели в «Газель» и отправились на следующий вызов.

Близилось только два часа дня, а за прошедшее время мы успели посетить столько больных, что наверняка историй хватило бы на целую книжку.

Если бы я была личным биографом Натальи, то материалом я была бы обеспечена на добрые пять глав, а то и больше.

Конечно, я не писатель, да и не скажу, что случаи были настолько интересными, чтобы о них повествовать.

В основном врачей «Скорой помощи» жаждали повидать старушки с высоким давлением, которые постоянно твердили о бренности своей жизни и вопрошали нас, когда же их приберет к рукам своим Господь, чтобы не мучиться больше.

На это у меня возникал законный вопрос: раз пациентки так жаждут собственной кончины, зачем тогда обращаются к помощи врачей? Не лучше ли спокойно лечь в постельку да дожидаться пришествия старухи с косой?

Конечно, это цинично с моей стороны, я прекрасно понимала, что любой человек, как бы плохо ему ни было, всячески цепляется за жизнь и боится смерти. Хотя бы потому, что неизвестно, будет ли на том свете лучше, нежели на этом, и стоит ли вообще стремиться туда попасть?..

На подстанцию мы даже не заезжали по той простой причине, что вызовов было слишком много, а, по словам Натальи, работало только пять бригад в смену.

Не всех больных удавалось обслуживать так же быстро, как нашего первого пациента: некоторым требовалась перевозка в больницу, а на это уходило порядком много времени.

Несколько раз мы сталкивались со сломанными лифтами, и, как назло, больные в таких домах жили на пятом, а то и на седьмом или восьмом этаже.

Я видела, как тяжело давались Наталье такие изматывающие подъемы, и сожалела, что могу помочь женщине разве что переносом тяжелой сумки.

Однако за все время я не услышала от врача ни одного злобного слова по отношению к пациентам.

Хотя поведение некоторых больных, скажу честно, попросту выводило меня из себя.

Ладно, простительно старикам и старушкам просить у врача «чудодейственные таблетки» и желать непременной доставки своей персоны в больницу.

Старые люди чем-то напоминают детей — они такие же простые, наивные, иногда не шибко блещут умом.

Но слышать грубые высказывания в адрес нашей бригады от молодой мамаши, которая считает, что к ее ребенку должны спешить со всех ног врачи, волшебным образом минуя пробки и наплевав на остальных пациентов, — это было совершенно неприятно.

Вызов, про который я говорю, едва ли не вывел меня из состояния равновесия.

Женщина лет тридцати пяти, ребенок которой подхватил обычную вирусную инфекцию (поди гулял в холодную погоду без шапки или ел на улице мороженое), угрожала написать на нас жалобу, потому что ей пришлось ждать врачей в течение часа.

На вопрос Натальи, почему не вызвали участкового врача из поликлиники, дама с пафосом заявила, что «Скорая помощь» обязана выезжать на подобные вызовы.

— У моего сына высокая температура, 37,4! — восклицала женщина озлобленно.

Она чем-то напоминала яростную волчицу, готовую растерзать любого, кто усомнится в крайне тяжелом состоянии ее чада.

Но когда Наталья заставила сына гневной мамаши померить температуру, градусник показал 36,9.

На это женщина возразила, что у нас неправильный градусник, пришлось температуру мерить снова, на сей раз другим.

Однако и в этот раз показания прибора отказывались подниматься выше предыдущих 36,9.

Я прекрасно видела, что скандалистка пытается изо всех сил придумать повод, дабы обвинить нас во всех бедах.

Не найдя ничего лучше, кроме как угрожать нам написать жалобу в вышестоящие инстанции, женщина обругала нас, после чего поспешила к своему драгоценному ребенку, который, видя, что мать злится, устроил истерику.

— И как только вы все это терпите! — с восхищением спросила я Наталью, когда мы спускались вниз по лестнице. — Я бы, наверное, послала эту гадину к чертям собачьим…

— Танюш, это не самое худшее, с чем приходится сталкиваться! — заверила меня врач. — За годы работы я настолько привыкла к неадекватному поведению больных, что стараюсь попросту не обращать на это внимания. Хотя и мне не всегда удается держать ситуацию под контролем. На больных, естественно, не срываюсь, но после «сложных» адресов, как я их называю, меня попросту трясет. Иногда нервная система не выдерживает, обостряются болячки всякие. Вроде занимаешься хорошим делом, пытаешься помочь людям, а в ответ получаешь всплеск агрессии и ярости. Порой хочется плюнуть на все и уволиться, особенно если сутки тяжелые. Но приходится брать себя в руки и работать дальше…

Где-то в четыре дня нам удалось попасть на подстанцию, чтобы поесть. И то требовать законный обед пришлось едва ли не со скандалом.

Наталья по телефону строго заявила диспетчеру, что если та снова пошлет их на вызов, то это будет высшей степенью наглости.

— Мы что, должны тут от голода помереть, что ли? — рассерженно говорила в трубку врач. — У меня фельдшер молоденькая, водитель без обеда. Мы вам не роботы, в конце концов, тоже понимать должны!

— Она-то на подстанции весь день сидит, спокойно может поесть, когда захочет! — сказала мне после телефонного разговора Наталья. — А мы тут должны мотаться, выслушивать гадости разные…

Признаться, и у меня подводило в животе от голода.

Да и Игорь Николаевич казался сейчас сердитым и злым — наверное, тоже не привык работать на пустой желудок.

Наталья сказала мне, чтобы я не торопилась: больные, в конце концов, подождут десять минут, ничего не случится.

В крайнем случае можно послать и другую бригаду, врачи которой уже пообедали.

— Ольга Ивановна любит посылать меня вне очереди! — пояснила Наталья. — Уж не знаю почему, но мою бригаду гоняет без передыха, в то время как другие врачи даже телевизор успевают посмотреть…

На кухне, кроме нас, никого не было.

Наталья достала из холодильника контейнер со своим обедом, я включила чайник, намереваясь заварить «доширак».

Врач посмотрела на мою провизию с оттенком осуждения.

— Танюш, ты этой гадостью лучше бы не травилась! — сказала мне врач. — Там же химия одна, желудок себе посадишь и язву заработаешь! Лучше бы дома макароны себе бы сварила, и то полезнее.

— Да я не успела! — виновато пояснила я. — Все стихийно так получилось, времени не было на готовку. Зато у меня бутерброды есть, хотите?

Наталья взяла один кусок хлеба с колбасой, взамен угостила меня домашней котлетой. Я оценила приятный вкус еды — мои-то котлеты оставляли желать лучшего.