Коронованный череп - Фергюс Хьюм

В этот миг сэр Тревик и в самом деле подумал, что лучше всего сделать так, как говорит его гостья. Позорное бегство уязвляло его гордость, но давало шанс, оказавшись под защитой закона, доказать свою невиновность. Баронет поспешно поцеловал Энн и, надев пальто и шляпу, направился в заднюю часть дома, где собрались испуганные слуги. Несколько успокаивающих слов, и он выскочил на проселочную дорогу, где уже стояла коляска. В любое мгновение аристократ ожидал услышать из дома звуки бьющегося стекла или увидеть, как разъяренная толпа выворачивает из-за угла, чтобы убить его. Он ждал, наверное, минут пятнадцать.

Однако Энн Стреттон оказалась на высоте. Она смело шагнула на террасу через разбитое окно и посмотрела на толпу рассерженных рабочих. Те уставились на нее в удивлении. Многие закричали, что к ним должен выйти сам сэр Ганнибал.

— Сэра Ганнибала здесь нет, — совершенно равнодушным голосом объявила девушка, уверенная, что находится в полной безопасности. — Он уехал в Грандж.

— Мы как раз пришли с той стороны, мисс, — заметил один из рабочих. — И его не встретили.

— Он отправился по другой дороге, так как хотел повидаться с Морганом Боурингом.

Толпа остановилась. Это могло оказаться правдой, и если так оно и было, то явно не стоило бы рисковать оказаться в тюрьме, вломившись в пустой дом. Но один здоровяк, гигантского роста — тот самый, который заговорил первым — вышел вперед.

— Вы хорошо знаете сэра Ганнибала, мисс, — хриплым голосом проговорил он. — Скажите нам, он и в самом деле убил господина Боуринга?

— Конечно, нет, — ответил художница, держа голову высоко поднятой и говоря с полной уверенностью. — Можете мне поверить. Но с чего вы взяли, что я хорошо знакома с сэром Тревиком?

— Так ведь вы ж из его дома вышли, — сказал великан с усмешкой. — Да и я вас помню. Неужто забыли, как я нашел альбом, который вы потеряли на пустошах?

Мисс Энн Стреттон внимательно посмотрела на гиганта.

— Анак^[7]? — сказала она, вспомнив прозвище великана. — Да, я помню вас. Мы говорили о сэре Ганнибале… А вы бригадир рабочих, которых он нанял?

— Нас нанял господин Боуринг, мисс, — с нажимом сказал Анак. — Сэр Ганнибал сдавал карьер господину Боурингу.

— Помню. А вы говорите лучше, чем ваши молодцы, потому что учились в школе, и…

Здесь ее речь прервало рычание толпы, которая устала от ожидания. Анак был их предводителем, поэтому мисс Энн Стретгон, видя, что времени катастрофически не хватает, чтобы сбежать или попытаться спасти дом сэра Ганнибала от разрушения, торопливо продолжила:

— Уведи этих людей подальше, Анак.

— Они хотят встретиться с сэром Ганнибалом, — возразил тот.

— Вы найдете его в Грандже.

Анак посмотрел на Энн странным взглядом и, казалось, поверил ей. Он резко отвернулся и обратился к своим приятелям-рабочим. Ему вполне хватило нескольких слов. Он сказал, что полиция вскоре может оказаться тут и что хозяин дома, скорее всего, находится в своем родовом поместье. Речь великана возымела хороший эффект, потому что в несколько мгновений большая толпа работяг отступила по аллее, оставив особняк нетронутым, за исключением одного разбитого окна. Энн же поспешила к коляске Пенрифа, где сидел лакей.

— Передайте Пенрифу, что я верну коляску в отель к двум часам, — бросила она.

— А мне что же, остаться здесь? — нерешительно ответил тот.

Энн хлестнула лошадей вожжами.

— Ваша помощь не потребуется. Я сама управлюсь с лошадьми, а к двум часам вернусь. — Ей хватило осторожности не раскрывать цель своего путешествия на случай, если кто-то заподозрит, что она помогла сэру Ганнибалу сбежать.

Вскоре художница обнаружила баронета в шляпе, надвинутой на самые глаза, закутавшегося в свое длинное пальто. Не сказав ни слова, он сел в коляску, и уже через минуту они тряслись по пустынной дороге, которая привела к железнодорожной станции в шести милях от Санкт-Эвалдса. Только когда они оказались достаточно далеко от города, Тревик заговорил:

— Не знаю, как отблагодарить вас за помощь, — сказал он совершенно искренне.

— Я рада, что сумела вам помочь, — ответила мисс Стреттон, уставившись на сэра Ганнибала, и в ее взгляде затаилась какая-то смешинка. — Неужели вы и правда не сердитесь, что я подслушала ваш разговор?

— Как я уже говорил, моя дорогая девочка, между нами не должно быть никаких секретов, — с нетерпением ответил сэр Ганнибал. Он хотел завладеть рукой девушки, но она держала вожжи. — Теперь, когда лед между нами тронулся и вы знаете, что я люблю вас, я не буду ничего от вас скрывать. Мы поженимся?

— Я пока об этом не думала, — задумчиво пробормотала Энн. Она не была уверена, что готова выйти замуж за сэра Ганнибала, пока он не получит деньги. Становиться женой нищего, даже самого обходительного и аристократичного, эта девушка не собиралась.

— А почему мы не можем пожениться, пока я буду в Лондоне? — настаивал баронет.

— А как насчет вашей дочери? — поинтересовалась мисс Энн.

— Дерики? — сэр Ганнибал неопределенно махнул рукой. — Думаю, она будет рада. Она любит вас, моя дорогая Энн.

— Я так не думаю, — сухо ответила женщина. — Тем не менее она не может помешать нашему браку.

— Конечно, нет. Я сам себе хозяин.

— А где она сейчас?

— Она поехала повидаться с другом и сказала, что скоро не вернется.

— Боюсь, она будет сильно удивлена, обнаружив ваш отъезд.

Сэр Тревик пожал плечами:

— Ничего не поделаешь. Я полагаю, она скоро узнает, что причина моего отъезда — настроение горожан в Санкт-Эвалдсе. Кстати, эти вандалы вошли в дом?

— Нет. Я сказала им, что вы в Грандже, и они отправились за вами туда.

— Как же вы умны! Дорогая моя, таких, как вы, — одна на тысячу. Я всегда уважал и любил вас.

Они продолжали обмениваться подобными комплиментами, пока не доехали до станции. Мисс Стреттон была уверена, что теперь быстро обработает сэра Ганнибала и станет распоряжаться доходом в шестьдесят тысяч в год. Ее немного мучила совесть из-за того, как она поступила с господином Пенрифом, который тоже хотел стать ее мужем, но открывающееся перед ней прекрасное будущее того стоило. В целом художница была даже довольна, что сэр Тревик попал в столь затруднительное положение и в какой-то миг стал полностью от нее зависим. Однако она не радовалась бы так сильно, если бы узнала, что когда баронет сел в вагон первого класса, то обнаружил, что в этом же вагоне вместе с ним едет и Дерика. Девушка сидела, удобно устроившись в углу и убрав все свои вещи на полку над головой.

— Что ты здесь делаешь? — удивился ее отец.

— Я еду в Лондон, — ответила она, удивленная столь же сильно. — А ты, папенька, зачем собрался в город?