Код от чужой жизни - Евгения Грановская

– Чучело, – с досадой сказала своему отражению Рита, отвернулась и, прикусив губу, чтобы не заплакать, пошла к автобусной остановке.

Она остановилась. Вспомнила, как это отвратительно – драить туалет, глядя на спины мужчин, выстроившихся у писсуаров, и чувствовать себя бесполым животным, пустоголовой вещью без признаков личности со шваброй в руках. При воспоминании обо всем этом ей стало противно до тошноты.

Дойдя до конца улицы и свернув за угол, она чуть не наткнулась на полного высокого мужчину в дорогом итальянском пальто и импозантной шляпе. Мужчина посмотрел на нее растерянным взглядом, улыбнулся и сказал:

– Excuse me, do you speak English?[1]

– Yes, I know a little[2], – ответила Рита.

Он облегченно вздохнул и заговорил снова:

– How can I pass on the street Volkhovskaia?[3]

Рита на секунду задумалась, затем сказала:

– Go straight to the end of the house here. Then turn right. There you will see a park. Pass through the park and you will go to the Volkhovskaia street[4].

– Thank U![5]– поблагодарил мужчина.

– It’s my pleasure[6], – с улыбкой ответила Рита.

Иностранец вежливо приподнял шляпу, снова нахлобучил ее на голову и зашагал своей дорогой. Рита посмотрела ему вслед. Он был очень забавен в своем мешковатом пальто, с намотанным на шею огромным шарфом и в этой мятой фетровой шляпе, похожей на ту, которую носил когда-то Ритин дедушка. Рита улыбнулась и тихо пропела:

– Do you like the clothes I’m wearing? Or do you think I just look mad![7]

Она тихо засмеялась и повернулась к книжному развалу, но вдруг замерла на месте, и улыбка медленно сползла с ее губ.

Что это только что было? Она что, в самом деле говорила с иностранцем… на английском языке? Рита тряхнула головой. Да нет, быть этого не может! Может, он и иностранец, но говорил он по-русски, иначе как бы она его поняла?

…И как она могла себе такое вообразить? Она и трех слов-то не помнила по-английски. Вот дурочка. Точно дурочка! Рита усмехнулась и иронично проговорил вслух:

– A friend of mine I thought was cool Just called me an «April Fool»[8].

Затем на секунду оцепенела, а потом выпучила глаза и с размаху шлепнула себя ладонью по губам.

Неужели опять?!

Нет-нет-нет-нет! …Да что нет? Точно! Она сказала это по-английски. Чепуха. Бред. Мистика какая-то. Но… что же теперь делать?

Надо успокоиться. Просто успокоиться. Все на свете можно объяснить. Нужно просто вспомнить – откуда она знает этот стишок? …Боже, да ведь она учила его на уроке в школе. …В тот день, когда Мишка Потапов, сосед по парте, украл у нее пенал.

Эпизод с похищением пенала живо встал у нее перед глазами. И вдруг она вспомнила всю череду уроков английского языка, словно старая кинопленка, шелестя своим целлулоидным телом, пронеслась у нее перед глазами.

– Боже… – выдохнула Рита.

Она и представить не могла, что школьные уроки английского языка, на которых она либо дремала, либо рисовала в тетради куколок и платья, покорно принимая двойки и зная, что за четверть ей все равно выведут тройку, чтобы не снижать общий уровень успеваемости, – она и представить не могла, что все эти уроки не прошли даром.

Рита помнила правила английской грамматики, которые монотонно бубнила перед доской учительница Светлана Михайловна, помнила словарики в конце каждого текста, и могла повторить их сейчас наизусть.

Предаваясь воспоминаниям, Рита не заметила, как ноги сами принесли ее к книжному развалу. Она остановилась, посмотрела на продавца и сказала:

– Я у вас брала книги. Сегодня утром. Можно мне поменять их на другие?

Продавец мрачно усмехнулся.

– Ага, щас! Разбежалась.

– Но они совершенно целые. – Рита достали из сумки одну из книг. – Посмотрите сами, они совсем не…

– А ну, иди отсюда! – неожиданно разозлился продавец. – Тут тебе не библиотека!

«Точно! – подумала Рита. – Библиотека – вот что мне нужно! И как я сама не догадалась?»

…Спустя полчаса она сидела в маленьком и безлюдном читальном зале районной библиотеки, обложившись англо-русскими и русско-английскими разговорникам, словариками и учебниками по английскому языку. Взгляд схватывал со страниц знакомые по школе конструкции и фразы, в памяти сами собой всплывали английские слова, которые она краем уха слышала на школьных уроках, словно рыбы, которых она выпутывала из наброшенной когда-то на рыбью стаю огромной сети. И рыб этих было много, десятки, сотни… Оказывается, все эти слова прочно засели у нее в памяти. Как? Почему? Неизвестно. Но все это никуда не делось.

Рита шелестела страницами, глупо улыбаясь, просматривала одну книжку за другой, откладывая их по мере прочтения.

– Женщина, мы закрываемся, – услышала она строгий голос старенькой, очкастой библиотекарши.

Рита оторвала взгляд от «Словаря деловых английских слов».

– Что?

Библиотекарша с легкой брезгливостью посмотрела на ее заношенную, «стариковскую», кофту, на немытые уже дней семь волосы, на лишенное косметики лицо и желтый синяк под левым глазом.

– Мы закрываемся, – сказала она. – Уже восемь часов вечера.

– Сколько? – Голос Риты сел от ужаса. – Восемь?

– Восемь-восемь. Приходите завтра. А сейчас, будьте так добры…

– У меня ж смена в кафешке!

Рита вскочила из-за стола, едва не опрокинув стул, и повернулась к двери.

– Эй! – крикнула библиотекарша грозно. – А книги я за вас должна уносить?

– Извините! – бросила Рита через плечо. – Я очень спешу!

И вышла из зала. Библиотекарша несколько секунд стояла, глядя ей вслед яростным взглядом, потом тихо выругалась и перевела взгляд на стол с разбросанными по нему словарями, разговорниками и учебниками. Усмехнулась и неприязненно проговорила: