Кузнец человеческих судеб - Юлия Алейникова

Нет. Лучше уж в ресторан. Возиться с ужином ей вовсе не хотелось, а он четко обозначил, что хочет есть. Что ж, имеет право.

– Хорошо, давайте заедем в ресторан, – проговорила она вслух и тут же обозначила: – Но я сама за себя плачу.

– Конечно, – легко согласился Максимов, и Яна почувствовала легкое разочарование.

Ресторан оказался небольшим и тихим, он действительно располагался на пути к Яниному дому. Девушка с удовольствием опустилась на мягкий удобный диван и взяла в руки меню. Может, и неплохо, что они сюда заехали, зато хоть поест нормально. С обедом у нее сегодня ничего не вышло, элементарно не хватило времени, сил на домашнюю готовку тоже не было, а так и волки сыты, она взглянула на Тимофея, сосредоточенно изучающего меню, и овцы тоже, закончила она на свой лад пословицу.

– Итак, ваши предположения? Откуда взялись эти документы, чем они опасны и кому и чем выгодны? – сделав заказ и дождавшись, пока официантка отойдет от стола, спросил Тимофей.

– Ну, вероятно, эта партия каким-то образом прошла таможню, вероятно, по поддельным документам, а в фирму попали настоящие, соответствующие контракту на поставку, – пожав плечами, предположила Яна. – Понимаете, мы раньше никогда не сталкивались с такими ограничениями, и потом, мой отдел работой с зарубежными партнерами не занимается, я вообще не понимаю, как они ко мне попали.

Последнее до нее дошло только сейчас. А действительно, почему эта документация оказалась у них в отделе, они никогда к внешним поставкам отношения не имели.

Тимофей спокойно ждал, глядя на Яну с умеренным интересом. Сегодня, в строгом деловом костюме, с прической и макияжем, она выглядела значительно солиднее, в ней сразу была видна деловая, независимая женщина, а не капризная дочурка шефа, этакий вздорный перестарок с тараканами. Тимофей вовремя удержался от усмешки.

– Странно, что Рогутский сразу же не позвонил Веселиной, теоретически эти договора в ее компетенции, – проговорила вслух Яна.

– Вы же сказали, что было уже поздно и сотрудники разошлись, – подсказал ей Тимофей.

– Да, конечно. Но мог позвонить на мобильный, – потягивая боржоми, продолжала удивляться девушка. – Хотя я тоже не сообразила. Мы с ним стали по базе проверять последние поставки и сверяться со старыми контрактами, а потом вроде бы решили отложить все на завтра, потому что надо было запрашивать документы из финансового отдела, подключать транспортников и так далее, – хмуря брови, продолжала вспоминать она. – Интересно, было на следующий день совещание?

– Действительно интересно, – согласно кивнул Тимофей. – Можно это выяснить?

– Не знаю. К начальству с таким вопросом не пойдешь, а секретарша может и не вспомнить, сколько времени прошло, – с сомнением проговорила Яна. – К тому же они могли собраться и не у Рогутского, а, например, у финдиректора или в конференц-зале.

– Ясно. Тогда давайте разберемся, что могло грозить фирме в случае выявления этой партии рыбы? Штраф, иск? Конфискация? – перешел к следующему вопросу Тимофей.

– Понятия не имею. Это скорее в компетенции юридического отдела. К тому же мы раньше не сталкивались с подобными ситуациями, да и фирма строго соблюдает эмбарго, мы сразу же заморозили все контракты с поставщиками из Европы, – произнесла Яна.

И чего ради он ее в ресторан потащил? Она знает ровно столько же, сколько и он. Ничего, с досадой подумал Тимофей. Эти «не знаю» можно было выслушать и в машине. Скорее бы еду принесли и Милана появилась. Он взглянул на часы и тут же поймал пристальный, цепкий взгляд Яны.

– Извините, Яна. Я вас не предупредил. Вскоре к нам должен присоединиться человек, который тоже работает по этому делу, занимается Мостовым, – пояснил Тимофей, отчего-то умолчав, что этот человек женщина. – Думаю, вам тоже будет интересно послушать отчет.

Девушка согласно кивнула головой.

Принесли еду, и некоторое время они с Максимовым молча жевали.

– Скажите, – первым вернулся к разговору Тимофей, – а мог кто-то из сотрудников провернуть ввоз этой партии без ведома начальства и извлечь из сделки личную финансовую выгоду?

Яна отложила приборы и задумалась.

– Ну, теоретически, вероятно, мог. Тот, кто имеет непосредственные контакты с поставщиком, связи на таможне, у кого есть хорошие знакомства в транспортном отделе. То есть одному человеку это не под силу. Но небольшой дружный коллектив вполне в состоянии с этим справиться. А для хранения партии можно вообще арендовать место на любой базе. Только, конечно, необходимо подкорректировать документы, – заключила спустя некоторое время она. – Думаю, что в принципе это возможно. А учитывая, что наши бывшие партнеры сейчас находятся в сложной финансовой ситуации, то наверняка дали большую скидку на такую крупную партию.

– А как в этом случае прошла оплата, через вашу фирму? – уточнил Тимофей.

– Действительно. Официально оплатить эту поставку мы не могли, в этом случае прохождение партии отслеживалось бы нашими сотрудниками. И тогда нарушение эмбарго стало бы легкодоказуемым. Может, оплатили с личного счета или наличкой? – неуверенно предположила она.

– Тогда почему эти документы вообще оказались в вашей компании? Для чего?

– Понятия не имею, – недоуменно проговорила Яна. – Действительно, глупость какая-то. Выходит, рыбу ввозила фирма.

– А раз так, ваш директор должен был знать об этом, – заключил Тимофей.

– Нет, он не знал. Совершенно точно. Он сам ничего понять не мог, – уверенно возразила она.

– Или делал вид, – предположил Тимофей.

– Нет. Точно нет, – не согласилась девушка. – Какой ему смысл? Если он об этом знал, мог бы просто сказать, что да, пришлось ввезти партию заранее оплаченной рыбы, или еще что-то в этом роде. В любом случае зачем ему врать? Я что, с этой информацией в налоговую побегу или еще куда-нибудь? Благополучие фирмы – это и мое благополучие в том числе. Так что проще было сказать правду.

– Возможно, вы правы, – неохотно согласился собеседник. – Но что-то с этой рыбой явно не так. Было бы хорошо найти эти документы и проследить путь всей партии, оплату, как ввозили, где хранили, куда дели. Но только осторожно. Ненавязчиво.

Яна согласно кивнула и хотела поделиться своими планами по добыванию информации, но не успела. К их столику подошла незнакомая девица.

Яна неприязненно взглянула на барышню и демонстративно вернулась к еде, предоставив Максимову от нее избавляться.

Девица была из тех, что считают себя пупом земли, при этом обладают всего одной извилиной и неисчерпаемым запасом наглости. И, разумеется, она была худой, длинноногой, ярко накрашенной и шикарно одетой. Раньше таких женщин считали дамами полусвета, а теперь, пожалуйста, шляются, где пожелают, и нисколько не стыдятся порядочных женщин. Эти пуританские суждения Яна, разумеется, держала при себе, поскольку в современном обществе со стертыми гранями и размытыми понятиями распущенность считалась чуть ли не добродетелью, а моральные устои – атавизмом, уделом неудачников и глупцов.