На брудершафт со смертью - Марина Серова

– Жизнь научила и работа. Я многое еще умею, могу показать.

Он отпрянул:

– Это не смешно.

– А я и не шучу. Ты мне поподробнее о Борисе Леонидовиче расскажи и о Германе.

– О Германе? А о нем-то ты откуда знаешь?

– Леха, много спрашиваешь, мне надоело.

– Ну ладно. Германа Боря боится, точнее боялся, шестерил перед ним. Герман его на крючке чем-то держал, это было и дураку понятно.

– Боялся? А сейчас?

– Мне кажется, что он поуспокоился. Шеф нас в свои дела, конечно, не посвящает, но, судя по тому, что адреса этих квартир поменял, а Герману об этом ни слова, и нам настрого приказал не проболтаться, наверно, нашел способ заткнуть своему подельнику рот.

– А вы с Германом где общались?

– В гостинице «Волга». Он там живет, когда приезжает из столицы, всегда в одном и том же двадцать шестом номере.

– Ясно. А как ты думаешь, шеф ваш на убийство способен?

– Еще как способен, а я тут, как последний лох, сижу и болтаю.

– Лех – ты не лох, ты больше на пуганую ворону похож. Весь этот разговор между нами останется. Я спрашиваю только потому, что не знаю, чего можно ждать от Бориса Леонидовича.

– Тебе хорошо говорить, ты от него не зависишь.

– Не распускай нюни. Если хочешь, я тебе помогу на время исчезнуть. И вообще... Лечись, пока не поздно, но об этом потом...

– Исчезнуть я и сам могу. Мои координаты, если Ромка не доложит, Борис не знает, только ведь я без марафета долго не протяну. Дня на два только дома есть.

– Вот и хорошо, потом, может быть, все уляжется. – Я с облегчением вздохнула. – А почему ты решил, что шеф способен на убийство.

– Понимаешь, с полгода назад он велел последить за Германом: с кем он встречается, что да как. А оказалось, что тот сам за Борей следил. Когда мы это засекли, шеф так засуетился, что проронил фразу: «С ним надо кончать».

– Ну и что. Это еще ничего не значит.

– Ну да... Боря просто так ничего не говорит и не делает. Ты чо, еще не поняла, что это за человек? Я недоступно нарисовал? Они бизнес делали вместе, на беременных бабах, вернее, на их детях, но Боря его лихо кинул, якобы закрыл дело. Старые адреса он все свернул. Мы сами к Герману ездили, говорили, что менты что-то пронюхали, и другую всякую хрень несли. Сечешь?

– Ну. – Теперь я стала красноречивой.

– Баранки гну. Квартиры он в новых местах снял, а Герману – ни слова. Когда тот стал ему звонить, надоедать с угрозами, Боря нас послал следить за ним и даже предложил его травануть за хорошие бабки.

– Борис Леонидович что, открытым текстом приказал убить Германа? – Я говорила специально четко для записи.

– Почти что так. Мы тогда отказались: зачем нам мокруха нужна? А теперь вот влипли... – Он опять повесил голову.

Я не должна дать ему замкнуться и замолчать.

– Лех, а у Бориса Леонидовича есть еще кто-нибудь для таких пикантных дел?

– Не думаю. Зачем ему штат раздувать?

– Если вы с другом исчезнете, Боря попытается кого-то нанять?

– Слушай, ты человек Германа, что ли, правильно я понял?

Своим вопросом он меня поставил в тупик, и я замешкалась с ответом. А он в это время продолжил:

– Тогда скажи ему, пусть сматывается, иначе ему конец.

– Леша, я передам это Герману, спасибо. А как ты догадался, что я от него?

– Ну не дурак же я. Только про меня не надо, а то «паны дерутся, а у холопов чубы трещат».

Вот это да! Как завернул. Морфий явно на пользу пошел.

Я решила закончить наше «рандеву». Больше из него ничего не вытянешь. Теперь быстренько сплавить Леху и мчаться к Ленке с Левушкой.

– Леш, тебя куда-нибудь подкинуть? Может, в травмпункт?

– А мы в каком районе находимся?

– В одном из центральных, – отшутилась я.

– Давай, подкинь до Московской в травмпункт, пусть хоть нос поправят, а то девки любить не будут.

– Хорошо. У Бори не появляйся. У тебя телефон есть?

– У соседей, – он назвал номер, – скажешь, меня позовут.

– Ну с богом!

– Слушай, а где у тебя толчок?

– Выйдешь из комнаты – найдешь, у меня не царские хоромы из ста комнат.

Пока он вышел, я отключила магнитофон, вынула кассету и положила ее в сумочку.

Мы вышли на улицу. На сей раз я гостеприимно распахнула перед своим новым «другом» дверцу. Интересно, помнит ли он свою первую поездку в багажнике?

Машина пару раз чихнула, но завелась быстро, и через несколько минут мы уже подъезжали к травмпункту, где я и высадила Гуманоида. Надо признаться, кличка ему подходила.