Гувернантка в набедренной повязке - Ирина Хрусталева

– Радуйся, что ничего такого он не спросил. Хороши бы мы были, если б он действительно поинтересовался нашими документами, – со страхом проговорила Карина. – Я даже как-то и не подумала об этом, когда няней назвалась.

– Ты всегда задним числом думаешь, это твое нормальное состояние, – с сарказмом заметила Галя. – Мало того, что ты заставила меня подыгрывать, так еще и мужика подвела.

– Я никогда не думаю задним числом, – вскинулась Карина. – Почему я его подвела? – округлила она глаза, когда сообразила, что сказала Галя. – В чем это я его подвела, интересно?

– А в том и подвела. Ты назвалась няней? Назвалась. Ты сказала, что подумаешь над его предложением? Сказала. Он теперь будет надеяться, что ты останешься с ребенком, а на самом деле… ой, даже не хочу представлять, какими эпитетами нас наградит этот папаша, когда настоящая няня придет и он все поймет, – тяжело вздохнула Галина. – А все ты: «гувернантка» с двумя языками. Оторвать бы тебе твой единственный, который между зубов болтается, чтобы не трепал что не нужно, – недовольно проворчала она.

– Но ведь он же сказал, что няня действительно должна прийти. Придет настоящая, вот все и образуется, – возразила Карина. – И совсем не важно, что он там о нас подумает, лишь бы она действительно пришла.

– Сегодня суббота? Суббота. Завтра воскресенье, а он сказал, что через два дня должен улетать куда-то, значит, уже в понедельник свалит. Если няню и пришлют, то как раз только в понедельник, – начала объяснять Галина. – А если ему рано утром нужно уезжать, что тогда? И вообще, ты же слышала, что он про Сашу говорил: что это очень непростой ребенок. Ему еще та няня, которая после нас припрется, понравиться должна.

– А что это ты за мальчишку так волнуешься, вернее, за его папашу? – удивленно вскинула брови Карина. – Совсем не так давно ты готова была Романа в порошок стереть, после того, как увидела его «Ауди» у гаража. Что с тобой, подруга?

– Со мной ничего, со мной-то все в полном порядке, – огрызнулась Галина. – Я как раз не о Романе волнуюсь, а о ребенке, которому, похоже, придется остаться с садовником Васькой или с престарелой кухаркой.

– Ничего страшного с ним за несколько дней не случится… я так думаю, – возразила Карина.

– Сразу видно, что ты не мать, – вздохнула Галя. – А если бы имела своего собственного ребенка, не говорила бы сейчас так.

– Галь, я что-то тебя не понимаю. К чему ты мне все это сейчас говоришь? – нахмурилась Карина.

– Да ни к чему, – пожала та плечами. – Просто рассуждаю вслух, вот и все. С одной стороны, этот Роман совсем мне не симпатичен, потому что из-за него ты чуть не погибла. А с другой стороны, он мне тоже показался очень хорошим отцом, и… я даже не знаю, что тут можно еще сказать, – задумчиво проговорила она. – В общем, так, завтра воскресенье, и он будет еще дома. Думаю, если мы приедем и все ему объясним, он должен будет понять…

– Что понять? – нахмурилась Карина.

– Как это – что? То, что ты все ему наплела с испугу, не подумавши. Про няню, я имею в виду, – видя недоуменный взгляд подруги, объяснила Галя. – И прямо с места в карьер выложить ему претензии, которые ты к нему имеешь. Что здесь непонятного-то?

– Галь, ты хотя бы представляешь себе, как это будет выглядеть? – возмутилась Карина. – «Здравствуйте, вы меня, конечно, извините, но я – никакая не няня, а та самая пострадавшая, которую вы бросили на дороге! И теперь я приехала к вам, чтобы вы купили мне новую машину». Так, что ли?

– Именно так. А что здесь такого страшного? Ты что, приедешь к нему милостыню просить на пропитание? – фыркнула Галина. – Нужно ковать железо, пока горячо, истина старая. Откуда ты знаешь, как надолго он уедет в свою командировку? Пока он здесь, нужно действовать.

– Нет!!! – твердо проговорила Карина. – Я вообще больше никуда не поеду и никаких претензий предъявлять не буду.

– С ума сошла? – округлила Галя глаза. – С какой такой радости ты должна все это на тормозах спускать? Чтобы ему «понравилось» и он еще раз так же сделал? Запомни, подруга: зло следует наказывать.

– Он совсем не злой, – возразила Карина. – И я уверена, что он поступил так из-за сына.

– А если в следующий раз ему придется ради сына на убийство пойти? Этот факт ты тоже оправдаешь? – не на шутку рассердилась Галя. – Впрочем, если рассуждать здраво, то в случае с тобой он уже пошел на это.

– Не говори глупости, моей жизни ничего не угрожало, мне так доктор сказал. Подумаешь, перелом ноги, от этого не умирают, – не хотела уступать подруге Карина.

– А твоя грудная клетка? Она, между прочим, травмирована была, и твои ребра вполне могли быть сломаны… штук семь, – стояла на своем Галя.

– Не преувеличивай, – буркнула Карина. – Я думаю, Роман увидел, что со мной ничего страшного не случилось, поэтому и уехал.

– Я от тебя тащусь, подруга, – вздохнула Галя. – Слов нет, чтобы найти тебе определение! Ты сама подумай: как он мог узнать, что с тобой все в порядке? У него что, рентгенаппарат при себе был?

– Галь, хватит мне на мозги капать, – вспылила Карина. – Они у меня после травмы не успели отойти, а тут еще ты…

– Вот-вот, ты правильно сейчас подметила, после травмы. А эту травму ты заработала благодаря небезызвестному тебе Роману Александровичу Юдину. Думаю, что от него не убудет купить тебе новую машину и присовокупить к ней компенсацию на дальнейшее лечение. Где-нибудь в Израиле, на Мертвом море, говорят, там здорово нервную систему восстанавливают, – улыбнулась Галина, с готовностью разложив все по полочкам.

– Все, Галя, хватит переливать из пустого в порожнее, я хочу все забыть и тебе советую ко мне присоединиться, – строго сказала Карина и хмуро посмотрела на подругу. – Ты меня хорошо поняла?

– А что здесь непонятного? – пожала та плечами. – Дурак не рад, что ума нет. Да где ж его взять, если таким родился? – фыркнула она.

– Не дурей тебя, – улыбнулась Карина. – Хватит на меня дуться, я знаю, что делаю, поверь. Не хочу я потом себя корить за то, что поддалась гневу. Пусть это останется на его совести. Зато я не буду чувствовать себя виноватой.

– Да в чем виноватой-то? – закричала Галя, теряя терпение. – В том, что не заявила на него следователю и оставила на свободе? У меня уже слов не хватает, чтобы объяснить тебе все. Так и хочется тебя обложить трехэтажным!

– Галь, хватит кричать. У меня от твоего визга в ушах звон стоит. Ты пойми меня правильно, – сморщилась Карина. – Если бы сегодня не этот обман с няней, я, может быть, и приняла бы твои доводы, согласна, но… ты же понимаешь, что сейчас я уже не могу этого сделать. Мне мой характер не позволит. И давай мы с тобой забудем все это как страшный сон, который приснился однажды ночью. Я не хочу больше слышать ни о моих травмированных ребрах, ни о новой машине и, тем более, ни об этом Романе Александровиче Юдине ни слова. Ты меня поняла?

– Ага, – кивнула Галя головой. – Мне все с тобой ясно.