Ненавижу женщин - Анна Сызранова

– Пошли, покурим?

Я обреченно вздохнула, взяла свою пачку сигарет (все равно же мои смолить будем), чашку с кофе, и мы пошли на лестницу. Артур отобрал у меня зажигалку, в очередной раз, проявив себя джентльменом, и спросил:

– Чё такая грустная?

– Сдохнуть охота, не поверишь.

– Пить меньше надо, Оленька.

И так он это ласково и мягко сказал, что ни капельки злости на Артура у меня не возникло. А пришли благочестивые мысли, вроде того, что действительно, так и алкоголичкой стать недолго, надо притормозить.

После я заглянула в большую комнату, как я ее про себя называла, чтобы выяснить обстановку. Весь народ был уже на местах, кроме Иры. Светочка говорила с клиентом, менеджеры писали себе план поездок на сегодня (им же надо развозить биллинги и счет – фактуры). Артур беседует с клиентом по приспособлению в ухе. Программист Дымыч что-то стучит по клавишам. Только на пустом столе Иры Харченко ее портрет в траурной рамке. Мне стало жутко, и я спряталась в бухгалтерию. Утро без Харченко – хорошо, но скучно. Иметь врага на работе – все равно, что любовника, только со знаком минус. Когда тебя никто не ненавидит – жизнь спокойнее, но и тише. Враги раскрашивают картину бытия пурпуром горечи, запахом пороха, вкусом соли. Моя жизнь настолько пуста, что ее приходится приправлять даже вот такими вещами. Почему так?

Рустам забрел в мою проходную каморку, видимо, по дороге в курилку, и, остановившись у стола, начал размышлять вслух:

– Ольга Андреевна, я замечаю, что, хотя с бухгалтерскими обязанностями вы справляетесь неплохо (это что за сомнительный комплимент?), но аналитических способностей у Вас для этой должности явно не хватает.

Да что ж такое?! Люди русские? Это существо без высшего образования, именуемое директором, будет считать себя компетентным оценивать мои аналитические способности? За убогую зарплату в его распоряжении главный бухгалтер, специалист по кадрам, секретарь, юрист, финансовый директор, экономист и бухгалтер-кассир в одном лице. Недоволен он мной, как аналитиком? Может быть, мне стриптиз, прости господи, в обеденный перерыв, танцевать? Или играть в ролевые игры – ты мой раб, а я твоя госпожа – главный бухгалтер? Шлепать его папкой с приказами? А по ночам я еще могу мыть полы в офисе!

Вся буря чувств отразилась на моем, загруженном проводками, лице, и Рустам поспешно ретировался в курилку.

Время незаметно подкатилось к обеду, и Рустам Иванович, как ни в чем не бывало, предложил:

– Поехали кушать?

Мы частенько уезжаем втроем. Типа, руководящий состав отбыл принимать пищу. Наверное, именно это злило Ирку Харченко. Ей тоже хотелось быть «приближенной к столику», как в романе Фазиля Искандера. Ей хотелось забыть про частный дом и собаку в будке. И туалет во дворе. Ей хотелось ездить на машине директора на бизнес – ланч. А ездила я. Женщина старше, с маленькой грудью и не такая красивая, по мнению Иры. Отсюда ее нападки. Ей не давала покоя эта жизненная несправедливость.

Что с того, что я это понимаю сейчас? Иру не вернешь. И мы поехали обедать в «Вилку-ложку».

По дороге произошло недоразумение. Раньше бы я не обратила на него внимания, но теперь я во всем видела намеки и знаки. Короче, Артур (сегодня он был за рулем) переехал белку. Она перебегала через дорогу, и он ее прекрасно видел. Более того, ее заметила я, сидящая на заднем сидении и развлекавшая руководителей анекдотами по пути в столовую. Я три раза громко крикнула: «Белочка!!», эта дурища еще долго думала, сидя на обочине, перебегать или нет. И все-таки Артур ее задавил. Тогда я думала, что случайно. Вполне бы можно было успеть сбавить скорость или обогнуть, встречных машин не было. Но он ехал прямо на нее. Раздался глухой удар. И мне же еще было высказано, что от моих криков уши закладывает. А у белочки уже ничего не болит, надеюсь, она умерла мгновенно. Не лежит себе, не ждет, что ее кто-нибудь прикатает к асфальту, избавив от страданий.

Обед прошел, как обычно, но веселились мы, как никогда. Рустам забыл, что он директор и рассказывал неожиданно смешные анекдоты. Мы с Артуром кормили друг – друга с вилочки, пробуя, кто что заказал. Потом мы все поговорили о чем-то умном и деловом, так, что создалось ощущения значимости разговора, нас самих и происходящего здесь и сейчас. Рустам всегда долго кушает, поэтому мы с Артуром спустились вниз и курили у машины. Я вспомнила еще один анекдот, и мы долго хихикали под псевдо строгим взглядом вышедшего, наконец, Рустама.

Кто бы знал, что все это было в последний раз.

На пути в офис Убийца Рустам Иванович объявил, что сегодня приглашает после работы нас с Артуром к себе в гости, посмотреть фильм «Страх и ненависть в Лас-Вегасе (или Лос-Анджелесе)», не помню. Потому что жена Рустама улетела к себе домой, в Казахстан, и он холостой мужчина на две недели.

«Резво же ты начал отмечать свободу, в первый же вечер» – подумала себе я. Сейчас Рустам меньше всего был похож на заботливого мужа и отца, каким предстал мне в субботу. В отсутствие жены мы и выведем тебя на чистую воду. Если меня не арестуют раньше. Кириной я звонить не решалась, из опасений узнать дурные новости. Не буди лихо, пока тихо.