Лихая шайка - Евгений Сухов

– Вайсман? – переспросил он. – Вы хотите сказать, что вы?..

– Да. – Лиза адресовала раненому еще одну сногсшибательную улыбку. – Я – одна из сестер Вайсман. Дочь Михайло Вайсмана. И вы, кстати, угрожали мне оружием. Помните?

– Простите. – По лицу Мартынова было видно, что на самом деле он нисколько не мучается угрызениями совести. – Но, боюсь, у меня не было выбора. То, положение, в которое я попал по стечению обстоятельств… Полагаю, теперь настала моя очередь представиться?

– Можете себя не утруждать. Я догадалась, кто вы такой. В последнее время вся Москва только и говорит об отчаянном налетчике Арсении Мартынове. Стрельба у «Славянского базара», а затем ваше появление с огнестрельной раной под лопаткой – красноречивее любых рекомендаций.

– Моя популярность опережает меня самого.

– Вы правы. Только должна вам сказать, – Лиза неспешно вставила в длинный мундштук папиросу и прикурила, – что эта ваша популярность едва не стоила вам жизни. Полиция имеет на вас большой зуб. Как вы думаете, чем бы все закончилось, если бы по счастливой случайности я не проезжала вчера мимо «Славянского базара»?

– Полагаю, меня бы убили, – спокойно ответил Мартынов. – Но до этого я бы успел захватить с собой на тот свет парочку легавых. А то и больше.

– Право, вы абсолютно бесшабашны, – сказала Лиза с небольшим укором.

– Что поделаешь? Таким уж я уродился.

– Вы – дворянин?

Лицо Мартынова на мгновение омрачилось. Лиза заметила это, но тем не менее продолжала выжидательно смотреть молодому человеку в глаза.

– Мне не хотелось бы поднимать эту тему. – Арсений прикрыл, а затем снова поднял веки. – Во всяком случае, сейчас. В моей жизни вообще происходило много такого, о чем вспоминать не слишком приятно. За исключением знакомства с вами. Если мы узнаем друг друга получше, то может быть…

– О! Вы еще и совершенно бестактны! – Лиза пустила вверх тонкую струю дыма.

– А вы обворожительны, сударыня! И я вынужден просить прощения за столь банальный комплимент.

– Я вас прощаю, потому как вы не совсем еще оправились и, вероятно, плохо владеете собственными мыслями.

– Уже гораздо лучше. – На этот раз Мартынов смог приподняться с подушек и принял на кровати полусидячее положение. – Благодаря вам, я ваш вечный должник, Лиза.

– Давайте поговорим об этом позже. – Лиза поспешно поднялась на ноги, и Мартынов не без удовольствия отметил, что ему все же удалось смутить собеседницу. С каждой минутой девушка нравилась ему все больше и больше. – Вам сейчас требуется отдых. Лежите и набирайтесь сил.

– А потом? – Арсений просящее заглянул Лизе в глаза. – Что будет потом?

– Потом мы обсудим ваше поведение. И ваш образ жизни. Что бы вы там ни говорили, но его необходимо менять.

– Я не хочу ничего менять!

– Часто жизнь вносит коррективы, невзирая на наши желания, – проявила философскую рассудительность Лиза.

– И что же это за коррективы?

– Прежде всего нужно быть осторожнее. И осмотрительнее. Для нашей с вами профессии – это первое дело. – Она лукаво улыбнулась при этом. – Подумайте, Арсений. У вас пока предостаточно времени для этого. Я еще навещу вас.

– Не уходите! Прошу вас! – взмолился Мартынов.

Как это ни странно, но сейчас ему казалось вполне естественным, что он вот так лежит на кровати, а Лиза находится рядом. Разговаривает с ним, улыбается, а он внимает каждому ее слову. Мартынову хотелось наслаждаться тембром ее голоса как можно дольше. Что-то подсказывало лихому налетчику, что той встрече у «Славянского базара» суждено было стать переломной в его судьбе.

– Я должна, – твердо произнесла Лиза и вышла из комнаты, мягко прикрыв за собой дверь.

Мартынов остался один. Осторожно ощупал раненое плечо. Тупая ноющая боль под лопаткой не казалась такой уж изматывающей. Арсений был уверен, что при надлежащем уходе не сегодня-завтра он сможет подняться на ноги. А еще через день вновь уверенно держать в руках оружие.

Оружие!

Мартынов повернул голову и не без удивления отметил наличие собственного «нагана» на сиденье сафьянового дивана в противоположном углу комнаты. Рядом покоилась и его верхняя одежда.

– Ангел, – беззвучно прошептал Мартынов одними губами, блаженно закрыл глаза и позволил себе задремать.

Во сне ему снова явилось очаровательное лицо Лизы.