Убойная должность - Кирилл Казанцев

– А палку вы там не перегибаете? Может, этой организации уже и нет, а этот Автаев давно на вольных хлебах?

– Тебе предоставить список экстремистских организаций, которые активно действуют на территории России, в том числе Урала, Поволжья и Западной Сибири? – резко и недовольно предложил Быков. – «Аль-Джихад» – Священная война, «Джамаати-Ислами» – Исламская группа, «Исламская партия Туркестана», «Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами» – Общество возрождения исламского наследия, «Исламский джихад – Джамаат моджахедов». Достаточно? Штаб-квартиры этих сообществ располагаются на Ближнем Востоке и в Южной Азии. И цель у всех одна – установление исламского правления во всемирном масштабе, свержение светских правительств во всех государствах. У нас в России они активно занимаются пропагандой религиозной вражды и вербовкой террористов.

– Я так понимаю, что заниматься мне теперь придется террористами? – обреченно спросил Антон.

– Заниматься ты будешь тем, чем занимался. А террорист тебе в довесок. Твоя задача выяснить, что за связь между этим Автаевым с Максимом и твоей Романовой с Ольховиковым. Что там вообще творится! Кстати, как ты намерен теперь выстраивать отношения с Романовой? Шум ты поднял большой.

– Посмотрим по обстоятельствам, – проворчал Антон. – Пару дней помучается, голову поломает, а там видно будет.

Быков с Сашкой отключили связь, а Антон еще какое-то время смотрел на сделанные им фотографии. С кавказцем все понятно, а вот Максим, если приглядеться, выглядит очень напуганным. Я бы сказал, что он в панике. Что же тебя, парень, с террористами связывает?

…О том, что прибыл эмиссар из центра, Автаев узнал за два часа до встречи. Это было плохо, потому что обычно о приезде предупреждали за несколько дней. И даже людей Автаева привлекали к обеспечению безопасности. Теперь все иначе. Что это, недоверие? Два года Лечи Автаев общался со своим руководством через кодированную связь. Это даже нельзя было назвать общением. В основном он получал задания стратегического характера. Изучать обстановку, подбирать людей, разрабатывать новую тактику, подкупать облеченных властью, особенно силовиков. А тут… Может, с приездом эмиссара поступит и долгожданное задание? Может, закончится этот бестолковый и нудный период практически бездействия.

Но Автаев, к своему огромному стыду, вдруг понял, что возможным изменениям не очень рад. Что это? Успокоился, понравилась сытая жизнь? А как же завещание предков, а как же клятва, борьба? Может, что-то стало с его ненавистью? Нет, ненависть все еще есть, все такая же лютая и жгучая.

Когда Автаев въехал на территорию загородного дома, купленного по подложным документам на другого человека, то сразу понял, что что-то случилось. Двое его боевиков, в чьи обязанности входила охрана дома, стояли понурившись. Рядом с ними находились трое незнакомцев, а со ступеней дома спустился навстречу машине Азамат – личность непонятная. Теперь Автаев сразу понял, что за личность этот Азамат. Понял, почему тот крутился все время рядом, но делами не занимался. Он был чем-то вроде снабженца, человека со связями, который мог достать все что угодно и связаться с кем угодно. Но он Автаеву лично не подчинялся. Как бы слыл помощником, которого можно использовать. Теперь как-то сразу стало ясно, что он был просто соглядатаем, глазами и ушами кого-то из Центра.

В каминном зале, куда Азамат молча проводил Лечи, стояли трое. Одного он знал – это был Вахит. Страшный человек, железный и беспощадный. Вахит курировал Урал и Западную Сибирь. А двое, стоявшие рядом с ним, были, кажется, даже не чеченцами. Один, скорее всего, араб, а второй… Сулейман! Друг его отца, сосед… старый Сулейман!

Лечи склонил голову, но его тут же одернули окриком и приказали смотреть в лицо. Обвинения сыпались одно за другим. Он забыл заветы предков, он предал память отца, память предков. Он живет, как на хорошем пастбище, забыв о долге и о чести. Он подвел тогда-то и тогда-то, он не справился два года назад, и погибли достойные сыны гор, он ошибся, потому что плохо подготовился в прошлом году, и во время захвата были убиты четверо достойных.

– Голос твоих предков говорит, что ты встал на путь позора, трусости, – вдруг сказал Сулейман, и его слова ударили как пощечина. – Кто-то хотел тебя обвинить в предательстве, но ты не предатель.

– Я…

– Ты докажешь, что ты воин! – прикрикнул Сулейман.

– Да, – холодно сказал Вахит, подведя черту. – Ты докажешь. И будет это один-единственный раз, у тебя будет только одна попытка. Или твоя земля проклянет тебя, твой народ отвернется от тебя.

– Я докажу! – закричал Лечи. – Я сын своего народа!

Он упал на колени и обхватил голову руками. В холле стало тихо, и только чье-то тяжелое дыхание еще слышалось неподалеку. Лечи застонал, потому что ему было легче умереть, чем сносить незаслуженные обвинения стать источником позора для своего рода.

Старческая рука легла ему на голову, и Сулейман произнес:

– Ты слишком успокоился, ты погряз в роскоши. Ты слишком привык жить хорошо. Вот в чем твоя беда. А ненависть надо подкреплять кровью, кровью врагов. Запомни это. Если ты будешь жить, то жить должен с честью. Если не сможешь так жить, то ты должен с честью умереть.

Антон и не сомневался, что теперь найти Максима будет сложно. Дверь в его квартире никто не открывал, а свет в окнах не зажигался. Быков пошел на хитрость и организовал сообщение хозяйке, которая сдавала Максиму квартиру. Он намекал, на то, что в квартире постоянно шум, пьянки и что жилец затопил соседей снизу. Хозяйка не замедлила прилететь, но убедилась, что ничего подобного не было. Даже затопленной квартиры этажом ниже. Правда, и Максима дома не оказалось. Это было отчасти хорошо, потому что Быков предполагал, что хозяйка просто обнаружит там труп молодого человека.

Итак, Максим исчез. В банке «Урал-Прогресс», где он работал, тоже ничего о нем не знали и тоже предпринимали попытки к розыску. Все же он считался лучшим IT-специалистом. В целях восстановления отношений Антон даже позвонил Галине. Судя по голосу, девушка была равнодушна к звонку. Обиделась, что он себя тогда так повел? Ладно, это сейчас не главное. Не бросила трубку и то хорошо. Главное, не наврала бы, что ничего не знает о Максиме и где его сейчас искать.

Поход по ночным клубам тоже ничего не дал. Да и не верил Антон, что напуганный угрозами чеченца Максим кинется развлекаться. За три ночи Антон не встретил ни одного человека, которого бы он во время тусовок видел рядом с Максимом.

Следующую новость на Антона обрушил поздно вечером Сашка Великанов.

– Не спишь, супермен?

Антон, который только вернулся из клуба и у которого раскалывалась голова, огрызнулся:

– Ты соскучился или по делу звонишь?

– Да лучше было бы, если бы я звонил, потому что соскучился, – дурашливо проговорил Сашка.

– Что случилось? Для кого лучше? – насторожился Антон.

– Где твоя знаменитая логика, Антоха? Сразу столько вопросов. Ладно, не буду томить, а расскажу все в хронологическом порядке. Значит, так, как говорит Быков. К нам тут наведывался небезызвестный тебе господин Ольховиков. И пребывал он в состоянии угрюмой прострации. Как он сам пояснил, причина в следующем: в один день с трех счетов трех разных банков путем взлома «личных кабинетов» было похищено три миллиона семьсот тысяч рублей.