Хозяйка книжного магазина - Наталья Солнцева

— Какой пес? — ухватился за ниточку Смирнов.

— Шавка рыженькая, кудлатая, Люськой зовут. Я бабке сколько раз говорила, нельзя собаке человеческое имя давать! Неприлично это. А она выйдет, спустит шавку с поводка, а потом кричит на весь двор: «Люська! Люська!» Видать, кто-то обиделся, прибил собачонку или отвез куда.

— Помнишь, у метро рыженькая собачка бегала? — обратился сыщик к Еве. — С ошейником?

Та подняла брови от удивления, но послушно кивнула, подтверждая.

— Точно! Может, это Люська?

— Тьфу ты! Тьфу! — в сердцах сплюнула дворничиха. — Вот ведь назвали шавку! Она паршивенькая — лапы кривые, уши обвислые, хвост как у крысы. Смотреть противно. Бабку только жалко, убивается.

— Давай зайдем к хозяйке собаки, — предложила Ева. — Скажем, что мы ее Люську видели.

Смирнов улыбнулся — молодец, мол, догадалась, к чему он ведет.

— Идите, — махнула рукой дворничиха. — Второй подъезд, синяя дверь. Бабка постаралась, обновила. Ей, видите ли, так нравится.

Бабкину квартиру они нашли без труда — ярко-синий цвет сразу бросился в глаза, как только вошли в парадное.

— Зачем ты придумал про собачку? — шепотом спросила Ева.

— А как иначе расположить к себе сердобольную старушку? И дворничиха не сказала бы адреса. Увидишь, бабка нас примет с небывалым радушием и выболтает все, что знает.

— Или не знает, — скептически поджала губы Ева.

На звонок открыла маленькая кругленькая старушка с румяными щеками. Услышав о Люське, она засуетилась, пригласила Всеслава и Еву в комнату, тесную от старой мебели, плюшевых портьер и всевозможных безделушек. Гости едва поместились за круглым столом, уставленным вазами и подсвечниками.

— Я электричество экономлю, — объяснила пожилая дама. — Пенсия маленькая, а дети не помогают. Да бог с ними! Хоть бы сами прокормились. Так где вы видели мою Люську?

Слово за слово, выяснилось, что рыженькая собачка, которая «бегала у метро», совершенно не похожа на пропавшую Люську. Но старушка уже прониклась благодарностью к Смирнову и Еве — не поленились, пришли, уважили пожилого человека. Сие нынче редкость.

Она охотно рассказала о «Хозяйстве Зеленая Роща» все, что ей было известно.

— Сидела там женщина, хорошая, вежливая, записывала на работу желающих. Не всех, а кто прошел собеседование. Многие уходили ни с чем. Потом, когда набрали нужное количество людей, контору, или… как это теперь называется… офис, закрыли. Я своей племяннице посоветовала обратиться в это хозяйство, но ей отказали.

Ева изобразила такое огорчение, что пожилая дама растрогалась, принялась ее успокаивать.

— Вы весной приходите! Они опять будут сотрудников набирать.

— Откуда вы знаете?

— Так моей племяннице сказали. Да и вывеска осталась!

Сыщик задал старушке вопрос о происшествиях и несчастных случаях. Она развела руками, повторила сказанное дворничихой. Напоследок он показал ей фотографию Марины. Бабулька долго щурилась, сетовала на разбитые очки, извинялась.

— Даже если видела, не признаю, сынок! Я черты лица не различаю без очков-то, сдачу в магазине сосчитать не могу. А на новые пока денег нету.

Уходя, Ева достала из кошелька пару купюр, протянула старушке.

— Возьмите, сделайте себе очки.

Та застеснялась, но деньги взяла со слезами на глазах.

На улице Ева глубоко вдохнула морозный воздух, на выдохе из ее губ вырвалось облачко пара.

— Вот что мы имеем, — уныло произнесла она. — Зря потерянное время.

— Можно еще съездить в Зеленую Рощу, — предложил сыщик. — Поговорить с той женщиной, которая занималась набором сотрудников в хозяйство.

— Нет, с меня хватит! Ну, допустим, приходила к ней Комлева, и что? Или не приходила. Какая нам польза от этого факта?

* * *

Книжный магазин «Азор» оказался небольшим, но со вкусом отделанным — черные деревянные балки, стеклянные, оправленные в металл светильники, узкие фрески на стенах, изображающие египетских писцов, греческих философов и средневековых астрологов. Торговый зал был разделен на три зоны: в одной продавалась художественная и эзотерическая литература, в другой — антикварные книги, в третьей, самой маленькой, — карты для гадания, свечи, статуэтки из поделочного камня, благовония, песочные часы и сувениры в восточном стиле.

Хромов робко ходил вдоль витрин и прилавков, разглядывая диковинные вещицы. В магазине толпились покупатели, торговля шла бойко. В залах стоял насыщенный аромат сандала и можжевельника, индийских палочек, жасминового масла, от которого у него начала побаливать голова. Возможно, запахи были тут ни при чем, просто он растерялся от увиденного.

«А чего ты ожидал? — спрашивал себя Валерий. — Что бумаги, переданные адвокатом Шелестовым, окажутся фальшивыми, как и указанная в них недвижимость?»

Он делал уже третий круг по магазину, от волнения покрываясь испариной.

— Мистика какая-то…

Решившись, Хромов подошел к прилавку с антикварными изданиями, где стояли только два покупателя, и обратился к миловидной продавщице:

— Мне нужен директор. Где его найти?

Девушка смерила Хромова оценивающим взглядом. Внешний вид мужчины, интересующегося директором, не вызвал у нее доверия. Дешевая куртка, мятые брюки, серая кроличья шапка на голове — приличные люди одеваются по-другому. Однако нагрубить покупателю продавщица не посмела.

— Вера Петровна у себя в кабинете. А зачем она вам?

— Поговорить хочу.

— Я могу вам помочь? — принужденно улыбнулась девушка.

— Вы? Нет, не можете.

Валерий провел тыльной стороной ладони по лбу, вздохнул — он ужасно переживал. Как ему разговаривать с директором такого респектабельного магазина? Кем представиться?

— Идите во-о-он туда, — показала продавщица на проход за прилавком с многотомными изданиями большого формата. Их корешки тускло поблескивали золотым тиснением.

На ватных ногах Хромов добрел до двери с надписью «Директор» и постучал. Он чувствовал себя путешественником в неизведанный мир, где на каждом шагу подстерегают опасности.

— Войдите!

У Валерия вспотели ладони. Потянув за ручку, он, ничего не видя перед собой, шагнул вперед. За письменным столом сидела дородная дама с высокой прической, в светлой блузке с жабо, делающим ее и без того пышную грудь необъятной.

— Что случилось? — спросила она. Приход Хромова удивил ее.

Он смущенно топтался, сопел и молчал.

— Вы ко мне? — начала раздражаться дама. — По какому вопросу?

«Сейчас она меня выгонит! — промелькнуло в уме Валерия. — И я ничего не узнаю».