Тадж-Махал. Роман о бессмертной любви - Индира Макдауэлл

И волнения в Агре не просто спровоцированы, Шандар прав – они кем-то оплачены.

Ричардсон всегда твердил, что террористы – это те, кого используют. Я с ним согласна и уничтожала тех, кто использовал. А здесь невольно стала им помогать. Хитрый ход – использовать Эдварда и меня. И чем дольше я размышляла над тем, кто и как это сделал, тем хуже себя чувствовала.

С событий сдувалась мистическая и террористическая пена и оставалась голая страшная политика, которой не важны чьи-то жизни, алмазные сердца или вера в любовь.

Арора демонстрирует свою власть в Агре от самого въезда в закрытый полицией город – нас не просто пропускают, но сопровождают до ворот осажденного Тадж-Махала.

И там я вижу того, кого меньше всего ожидала увидеть в бунтующей Агре перед захваченным Тадж-Махалом, – мистера Чарлза Престона собственной персоной!

– Джейн, боже мой, что творится?! Там внутри наша группа. Алисия…

– Алисия погибла.

– Я знаю… Какой ужас! Джейн, людей надо спасти, отдайте им алмаз.

Я прищуриваю глаза:

– Мистер Престон, откуда вы знаете, что алмаз у меня?

Его взгляд становится жестким, уже без всякого слезливого причитания Чарлз Престон твердо советует:

– Делайте то, что вам говорят, мисс Макгрегори!

Ответить я не успеваю потому, что вижу еще одного человека, о котором не позволяла себе даже думать, – Арора прислал за алмазом Раджива Сингха! Амрита замирает, как перед броском, пытаясь при этом заслонить собой меня. Но Раджив коротко требует:

– Нет, только Джейн.

Во взгляде Престона сквозит насмешка. Все эта сволочь знала, причем с самого начала! Потому он и вез меня в Мумбаи сам – чтобы не сбежала.

Вот теперь я прекрасно понимаю, что обратно живой не выйду. Если меня не убьют чатристы, то отправят на тот свет люди Престона. Но теперь это уже не важно, потому что мы идем по территории Тадж-Махала и чем ближе к усыпальнице, тем отчетливее слышны голоса отчаявшихся людей, запертых там. Моя жизнь не такая уж большая плата за их жизни.

Сердце Индиры дало возможность прожить еще год, за этот год я поняла многое – не все люди одинаковы, нельзя забывать прошлое, каким бы оно ни было, но главное – я поняла, что любовь все-таки существует, и не важно, кого именно ты полюбила, главное, что она есть в твоем сердце. Даже сейчас, на краю гибели, сердце Индиры билось ровно и уверенно, оно давно перестало быть булыжником, это означало, что я поступаю правильно. Мы с ним поступаем правильно.

– Джейн, – тихо произносит Раджив, – будь осторожна и внимательна. С тобой все будет хорошо.

Я не отвечаю. Мне трудно даже смотреть на человека, которого я полюбила и который оказался в числе тех, кто меня использовал…

Нет, об этом лучше не думать.

Меня нарочно проводят мимо сидящих на полу захваченных людей – их темные силуэты выделяются на фоне белых стен Тадж-Махала даже ночью. Впрочем, скоро рассвет.

Мы спускаемся в подземную галерею и входим в помещение, где саркофаги. Это место мне хорошо знакомо. А там… Знакомые лица – Калеб Арора в каком-то роскошном одеянии, в тюрбане и со множеством украшений, Салман Кадера тоже в парадной форме, но более скромной, и… Эдвард Ричардсон уже не при параде. Еще трое каких-то важных мужчин и три охранника.

Ричардсон делает движение ко мне, но его останавливает один из охранников. Похоже, Эдвард здесь не самый почетный гость.

Незнакомцы разглядывают меня с любопытством. Я предпочла сменить шальвар-камиз на европейскую одежду, правда, рубашка выпущена поверх джинсов.

На саркофаге Мумтаз устроено подобие жертвенника – стоит большое изображение богини Кали и сложено уютное «гнездышко» для алмаза.

– Вы хотели побывать здесь, мисс Макгрегори? – Арора обводит помещение рукой. – Мы выполнили ваше желание.

Его голос насмешлив, а тон слегка вызывающ. Я понимаю – обманул агента британской разведки, такое не каждый день случается.

– Вы ведь не подозревали, что так ценны для нас, правда? Но справились со своим предназначением – доставили в Агру и алмазное сердце, и собственное.

Я пожимаю плечами:

– Оно не мое.

– Ах, да… Это сердце Мумтаз, так считают Хранители? Амрита и Джая рассказали вам о Хранителях?

Я выдаю свою коронную фразу:

– Я в мистику не верю!

Незнакомцы переглядываются и перешептываются, Кадера смотрит с тревогой, а Ричардсона и Раджива мне не видно, они сзади. Арора с удовольствием смеется:

– Тем лучше. Давайте алмаз.

– Сначала освободите людей, которые наверху.

– Мисс Макгрегори, на это уйдет время, а мы должны успеть до рассвета. Если мы не совершим обряд до первых лучей солнца, то освобождать будет просто некого.

– Но вы же в силах отменить этот приказ. Отмените приказ – и получите алмаз.

– Я получу его в любом случае, но у меня нет времени, совсем нет.

Он делает знак, и троица начинает какой-то обряд.

Возможно, он прав – вот-вот рассветет, но я вспоминаю слова Амриты «не верь чатристам, они обманут» и требую:

– Отпустите людей.

Он шагает ко мне, протягивая руку:

– Дайте алмаз.

А я вдруг думаю, что Амрита права, жертвой синей богини могу оказаться не только я, но и все, кто сейчас сидит в Тадж-Махале под дулами автоматов в надежде на спасение. Кали любит жертвы, почему бы не принести их много? На что они надеются? Сожгут алмаз, расстреляют людей, но они явно не намерены гибнуть сами. На что вообще рассчитывают чатристы? Даже если никого не убьют, сам захват Тадж-Махала серьезный теракт, сколь же высоких покровителей нужно иметь, чтобы выйти сухими из воды после такого.

И я вдруг понимаю, какого ранга эти покровители!

В помещении невесть откуда появилась еще одна фигура, в отличие от остальных, этот человек в плаще и лицо его спрятано под капюшоном. Но запах… Я поворачиваюсь в сторону таинственной фигуры:

– Мистер Престон, а вы можете гарантировать, что заложники будут отпущены?

– Откуда?..

– Откуда я узнала, что это вы? Запах «Макаллана» и сигар. Вы пили его и в кабинете Калеба Ароры, когда убили Томаса Уитни. Пришлось после того поинтересоваться вашим прошлым и некоторыми вашими делами. Господин Престон, прикажите освободить заложников, и я отдам алмаз.

В небольшом замкнутом помещении, где собрались одиннадцать человек, тяжело дышать. Если они еще и устроят костер перед богиней при помощи жидкости для розжига, боюсь, приказ отдавать будет некому.

Но ни Арору, ни остальных это не беспокоит, как же – карма или дхарма…

А меня беспокоит. Пусть сначала освободят заложников, в противном случае действительно может случиться беда.