Дьявол носит лапти - Дарья Донцова

– Она что? – ахнула Арина.

В эту секунду «горжетка» дернула ушами и чихнула.

– Живая! – взвизгнула Надя. – Не на батарейках.

– Вот несчастная киса, – пожалел мужик мурку, – из нее собрались сделать заплатку для леопардовой шубы.

– Снимите ее немедленно! – завизжала Арина. – Не хочу ходить с кошкой на шее.

– Сейчас! – пообещала Катя и протянула к ней руки.

Кошка оскалилась и подняла лапу с выпущенными когтями.

Катерина отступила.

– Ой, боюсь!

– Убери гадину! – заорала Арина. – Она вцепилась в меня!

– Лучше не кричите, – предостерегла я. – Животное вело себя мирно, пока не услышало громкие голоса. Успокойтесь. У вас есть что-нибудь вкусное?

– Печенье с кокосом, но оно исключительно для клиентов, – окрысилась Надя. – Вам не положено!

Я улыбнулась.

– Спасибо. Не собиралась просить у вас обед. Надо угостить киску, она полакомится и перестанет нервничать.

– Неси печенье, – распорядилась Катя.

– Сомневаюсь, что кошка польстится на него, – усмехнулся мужчина.

– Сделайте что-нибудь, – еле слышно произнесла Арина. – Я оставлю чаевые. Мне страшно, кошка когти выпускает.

– Надо ее за хвост дернуть! – предложила Надя. – Резко и внезапно. Вот так.

– Стой! – крикнула я. – Не трогай!

Но поздно: Надя вцепилась в филейную часть кисы.

– А-а-а! – заорала Арина. – Больно!

– Ишь, уцепилась! – возмутилась Надя. – Не хочет слезать.

– Замаячь перед тобой перспектива стать заплаткой на шубе, ты тоже сопротивлялась бы, – резонно заметил покупатель.

– Она воняет свиньей, – застонала Арина.

– Не может быть, – сказала я. – Это нелогично. От кошки пахнет кошатиной.

Мужчина почесал затылок.

– Я потерял веру в логику после того, как меня в детстве на пасеке укусила коза.

Я рассмеялась.

– И что тут странного? – спросила Катя. – У нее ведь есть зубы.

– На пасеке пчелы, – уточнил мужик. – Они жалятся. При чем здесь коза?

– Да, при чем? – эхом повторила Катя.

– Немедленно…! – заорала Арина. – Ой, она шипит!

– Кошки не любят громких звуков, говорите шепотом, – велела я.

– Хочу от нее избавиться, – просипела Арина, – я хочу! Точка! Исполняйте!

– Ну, какие будут предложения? – спросил покупатель. – Полагаю, если сказать кисе: «Арина приказывает тебе уйти», она не послушается.

– Надо позвать Куклачева, – ляпнула Катя. – Это кошачий дрессировщик.

– Отметается, – отреагировал мужчина.

– Дайте кошке поесть, – вздохнула я. – Пусть Арина сядет на диван, расслабится, мы спокойно поговорим, киса перестанет нервничать и слезет. Но печенье не подойдет. Сходите в ближайший магазин, принесите рыбы.

– На нашей улице одни бутики с одеждой, – пояснила Надя. – Ни супермаркетов, ни кафе. Ой! Аганезов!

– Даже не думай! Нас убьют! – замахала руками Катя. – Осетрина для него!

– У вас есть осетр? – зашептала Арина.

Катя сложила руки на груди.

– В восемь вечера приедет господин Аганезов с женой. Он ей всегда три-четыре манто за раз берет. Арам Ашотович обожает сэндвичи с рыбкой, специально для него их доставляют.

– Несите осетра, – заверещала Арина, – дуры!

– Давайте, девочки, – поторопил мужчина.

– Нельзя трогать бутерброды Аганезова, – жалобно пискнула Надя. – Нас накажут!

– Если кошка меня поранит, я вас засужу! – пообещала Арина.

Катя побежала в служебное помещение, быстро вернулась и протянула кошке блюдечко.

– Кушай, это вкусно.

«Заплатка» отвернулась от угощения.

– Вот стерва! – рассердилась Катерина. – Аганезов ест и причмокивает, а эта, помойная, рожу воротит!

Кошка неожиданно принюхалась, повернула морду к еде и лизнула кусок рыбы.

– Жрет, – заликовала Надежда.

– Отлично, – сказала я, – теперь подождем.

Через пять минут плотно закусившее осетриной животное странно изогнулось и подняло хвост.

– Ой! Фу! Дайте противогаз! – застонала Арина. – Ну и вонища!

Кошку стало корчить, изо рта у нее полезла пена.

– Мама! – зашептала Катя. – Хорошо, что мы Аганезова не угостили!

– Осетринка, похоже, несвежая, – констатировал мужчина. – Как бы не померла, бедняга!

– Не хочу сидеть с дохлой кошкой на шее! – заорала Арина и затрясла плечами.

Тут откуда-то из-под стойки с шубами на хозяйку кинулся Жорик. Я, забывшая про собачку, поджала ноги. Песик стал карабкаться на диван, кошка вздыбила шерсть и заорала утробным голосом.

– Спасите! – взвыла Арина.

Мужчина схватил стакан и резко выплеснул воду. Он явно метил в кошку, но попал в лицо покупательнице. Арина завизжала, начала тереть глаза руками, кошка спрыгнула с ее шеи и рванула под прилавок. Жорик ринулся за ней. По дороге он ухитрился завалить стойку с жилетками.

– Офигеть! Они их порвут! – хором завопили торговки и начали собирать с пола товар.

Арина перестала орать и отвела руки от лица.

– У нее глаза отвалились! – в ужасе сказал мужчина.

– Нет, всего лишь отпали накладные ресницы, – успокоила я перепуганного посетителя. – Ладно, пойду отсюда!

Очень осторожно, стараясь не наступить на разбросанные повсюду душегрейки, я добралась до двери и оглянулась.

Продавщицы спешно спасали меховые изделия. Задача была непростой, потому что Жорик, словно обезумевший, носился по залу и зубами сдергивал с вешалок манто. Если вспомнить реплику Арины о том, что песик ненавидит кошек, то справедливо будет спросить: а из чьих шкурок сделаны соболя? Арина, прикрывшись подушкой, сидела на диване. Покупателя не было видно, но он меня совершенно не волновал.