Свадебное путешествие в один конец - Дарья Калинина

— Пошли отсюда, — скомандовала она.

И с удивлением заметила, что покладистая Ирочка, целый день безропотно двигавшаяся за ней по пятам, на этот раз что-то тормозит. И двигаться явно не торопится.

— Что с тобой?

Ирочка подняла на Маришу печальные большие глаза. И промямлила:

— Боюсь.

— В смысле?

— Ну, мы ведь сейчас по домам разъедемся, верно?

— Да. Время уже позднее. Уже двенадцатый час.

— Вот. Ты к себе поедешь. А я… А я к себе ехать просто боюсь.

Некоторое время Мариша рассматривала Ирочку. А потом присела обратно за столик.

— В принципе я твой страх отлично понимаю. И что ты предлагаешь? Где ты будешь жить?

— Не знаю. Но как представлю, что вхожу домой, а там засада. Они же меня убьют! На этот раз точно убьют. А еще могут отвезти к этому Борису Львовичу…

И Ирочка затряслась. Мариша смотрела на нее с сочувствием. Да уж, неизвестно, что лучше. Умереть сразу. Или попасться в руки к этому садисту.

— Вот что мы сделаем! — сказала она. — Сейчас я провожу тебя до твоего дома. Мы вместе зайдем в квартиру. А когда убедимся, что в квартире у тебя полный порядок, я уйду. А ты закроешься на все замки. Хотя какие замки… Они ведь твои замки играючи вскрыли?

— Да. Было такое.

— Тогда на задвижку тоже закроешься. Надеюсь, задвижка у тебя есть?

— Да! — оживилась Ирочка. — Очень хорошая задвижка. Настоящий засов.

— А дверь у тебя надежная?

— О да! Если я внутри и на засов закрыта, дверь снаружи ни за какие коврижки не откроешь.

— Точно?

— Точней не скажешь! У меня как-то в прошлом году сестра двоюродная гостила с племянником. Так этот маленький паршивец, пока меня не было дома, а сестра мусор пошла выносить, закрылся изнутри на задвижку.

— И что?

— Спасателей пришлось вызывать. Но и они только автогеном смогли дверь с петель снять.

— А ребенок?

— Ему-то веселей всех было. Это мы за дверью с ума сходили. А он решил, что для него взрослые тети и дяди такое представление устроили. И хохотал так, что обкакался. Так что не волнуйся, дверь у меня крепкая.

— Вот и отлично. Значит, так и сделаем.

И Мариша пошла к выходу. Повеселевшая Ирочка послушно следовала за ней. Мариша решила девушку не пугать. И про тот вариант, что окончательно сбрендивший от страсти и жажды мести Борис Львович может попытаться вырезать Ирочку из ее квартиры автогеном, лучше просто не упоминать.

В конце концов, это все же маловероятно. А Ирочка все равно будет нервничать. Ведь в таком случае все становилось слишком жутко. Если уж в собственной квартире за тройной стальной дверью от него не спрятаться, то как же тогда вообще жить?

Домой к Ирочке они добирались долго. Можно сказать, чертовски долго.

— И откуда берутся все эти автомобилисты? — ругалась Мариша. — Куда им всем вечером в выходной день понадобилось? Сидели бы себе дома.

— Лето на дворе. Люди хотят на природу.

— Ночь на дворе. Спать давно пора!

— Но мы же не спим.

— Мы — это другое дело. У нас проблемы. А они все? Не похоже, чтобы у них тоже были проблемы.

И Мариша давила на газ, давила на тормоз, давила на сигнал и выворачивала руль изо всех своих немаленьких сил.

Оказалось, что Ирочка живет в симпатичном кирпичном четырнадцатиэтажном доме. По недавним меркам, почти что элитное жилье. Во всяком случае, квартиры в таких домах были просторные, с большими кухнями, светлыми комнатами, — и даже какой-никакой холл в них имелся. Единственное, что было плохо, это стандартные потолки — два метра пятьдесят сантиметров. От этого просторные двадцатиметровые комнаты приобретали какой-то сплюснутый вид. Вроде бы и места много, а сверху давит.

— Моя квартира на пятом этаже.

— Посмотрим.

Мариша отсчитала нужный этаж и уставилась на окна Ирочки.

— Там у тебя свет горит.

— Сама вижу.

Голос у Ирочки стал напряженный. И смотрела она на родные призывно светящиеся в темноте окна с таким видом, словно там притаился Кракен или какое-то другое, но тоже очень страшное чудовище.

— Ты же говорила, что одна живешь?

— Вот именно.

— Тогда кто свет зажег?

— Не знаю.

— Может быть, это ты сама свет забыла выключить?

Этот простой вопрос заставил Ирочку приободриться.

— А что? Я могла! Очень даже могла! В каком состоянии я собиралась ехать! Сама понимаешь.

Но тут же Ирочка снова заскучала.

— Конечно, может быть, свет я и забыла выключить. А если — нет?

Что же, этот вопрос можно было решить только одним способом. Подняться и посмотреть. Но ни Ирочке, ни Марише, какой бы отважной она ни была, делать этого не хотелось. Слишком рискованно.

— В конце концов, на такой случай есть милиция.

— Позвоним?

— А что еще делать?

Менты прибыли на удивление быстро. Можно даже сказать, примчались.

— Надо же, как они быстро! — в самом деле удивилась Мариша.

— Это потому что я их жалобами достала. За последний месяц я им не меньше трех заявлений написала. И еще жалобу накатала на их отделение. Что не делают ни фига.

— Тогда они должны тебя тихо ненавидеть.

— Пусть, лишь бы помогли.

Менты, судя по их взглядам, к Ирочкиным проблемам серьезно не относились.

— Снова поразвлечься решили? — поинтересовался один из них. — Только учтите, за ложный вызов штраф полагается.

— Заплатим, заплатим, — успокоила его Мариша. — Вы только посмотрите, что там в квартире творится.

Менты ушли. А подруги остались на улице. Ждать. Ментов не было подозрительно долго.

— Что их, перестреляли всех там?

— Стрельбы вроде не было.

— Тогда передушили?

— Или зарезали!

— Утопили!

— Отравили!

И подруги принялись вспоминать всевозможные виды умерщвления. На четвертовании из дома появился один из оперативников. Вид он имел загадочный и туманный. И на вопрос Мариши:

— Ну, как там?

Лишь таинственно пожал плечами.

— Но зайти-то ей можно?

— Хозяйке квартиры? Отчего же нет? Пусть войдет.

Обрадованная Ирочка поспешила в дом. Оперативник с медленно блуждающим взглядом направился следом. А Мариша замыкала процессию.