Быть киллером - Артемий Люгер

Она ничего не спрашивала и только раз сказала:

— У тебя всё в порядке? По-моему, ты за последнее время как-то изменился.

А один раз она обняла меня и отпрянула, пробормотав:

— Какие противные духи…

— Люда, — сказал — я, посмотрела бы ты, какие к нам приходят дамы, иногда такие страшные — и я каждую под ручку вожу между машинами.

— Разве это дело охранника, — спросила Люда, — для этого есть администратор или не знаю кто…

— Конечно, — тотчас согласился я, — но иногда его не бывает на месте, а клиента упускать нельзя.

Как мне выйти из положения между двумя огнями я не знал — и решил положиться на судьбу — куда-нибудь вывезет…

Долго думать на эту тему не пришлось. В одну из суббот меня вызвал к себе Вадим Сергеевич, как всегда к себе домой и как всегда через Вадьку.

— Ну, как работа? — спросил Вадим Сергеевич, когда я зашёл к нему в кабинет, сел и закурил, по его предложению, свой «Кэмэл».

— Работа как работа, — сказал я, — в общем, нормальная.

— Нормальная — это хорошо, — сказал Вадим Сергеевич, — но, думаю, тебе пора переходить на следующий уровень. Полюбовался на машины — пора на них ездить. Теперешняя работа у тебя такая: у нас в Калининграде филиал, иногда мы отсюда туда перегоняем машины. Этим ты и будешь заниматься. Водишь хорошо?

— ГАИ не жалуется, — сказал я.

— Пожалуется — успокоим, — обронил Вадим Сергеевич, — но что не жалуются — хорошо. Едешь в Калининград через Литву, конкретно — через Вильнюс. В Калининграде, в Вильнюсе бывал?

— Не случалось, — сказал я, — один раз только в Таллинне, со школьной экскурсией.

— Ну, теперь посмотришь. Калининград — ничего особенного, а Вильнюс прекрасен. Гора Гедиминаса, Собор Петра и Павла, Арсенал, Барбакан… Поездки будут не утомительными, не бойся. До Вильнюса семьсот километров. Там тебя встретят и определят на ночлег. Утром едешь в Калининград. Там тебя тоже встретят. Отдашь машину, получишь расписку и билет на самолёт. Возвращаешься воздухом. Утром сразу сюда, отдаёшь расписку и, если будут, устные сообщения — и то и другое только мне. И два дня в твоём полном распоряжении. Два дня и две ночи, хватит и на Люду и на Дашу. Мне в твои года хватало.

И, заметив, что мне этот разговор неприятен, сказал:

— Извини. В Вильнюсе поставишь машину на привокзальной площади, у гостиницы «Гинтарас». Человеку, который тебя встретит (время я тебе скажу), Александру Петровичу (опять Петрович, с тоской подумал я) — подаришь сувенирчик, который я тебе дам. Переночуешь — и в Калининград. Там уже наш салон, адрес я тебе тоже дам. Отдашь машину Ивану Карловичу, получишь расписку, ну да что я тебе повторяю, голова у тебя молодая, запомнишь с первого раза. Транзит через Литву у нас налажен. Тебе уже делают паспорт с многократной визой, в среду получишь его и литы, это литовские деньги — и вперёд. Оплата не бог весть какая, но побольше, чем получал до сих пор. Хватит и на литовские цеппелины, и на японские суши по возвращении. Если будут какие вопросы — только ко мне. Ну, дуй!

За несколько дней до поездки я заехал к родителям, которых, особенно в последнее время, не баловал визитами. Мама говорила, что я наношу им «докторский визит» — ровно десять минут.

— Ты не приходи пару месяцев, — говорила она, — собери по десять минут, а потом приди на час, угощу тебя варениками, которые ты любил, пока не стал такой деловой.

— А что это за новая работа? — спросил более прагматичный отец.

— Пока ещё не знаю, — вяло отбрехивался я.

— Многие знания порождают многую печаль, — процитировала домашняя библиотекарша, — хотя нашему сыну такая печаль, по-моему, не угрожает. Выслушав все наставления и приведя в порядок купленную мною месяц назад микроволновку, я расцеловал родителей и сбежал.