...И в трещинах зеркальный круг - Агата Кристи

– А если она кого-нибудь шантажировала? –предположила миссис Бэнтри.

– Ну нет. – Эти слова мисс Марпл прозвучали суверенностью. – Женщина она была добрая, хорошая. И совершить что-топодобное просто не могла. Да и вообще, – добавила она с легкойдосадой, – вся эта история какая-то неправдоподобная. Скорее можноподумать, что…

– Ну? – подстегнула ее миссис Бэнтри.

– Я просто подумала: а вдруг ее убили по ошибке? –задумчиво произнесла мисс Марпл.

Открылась дверь, и в комнату легким ветерком ворвался докторХейдок, за ним, что-то щебеча, – мисс Найт.

– Ага, уже при деле, – с ходу заявил докторХейдок, глядя на двух дам. – Решил вас навестить, проверить, какздоровье, – обратился он к мисс Марпл. – Но можно не спрашивать. Самвижу: вы уже начали применять прописанное мной лечение.

– Лечение, доктор?

Доктор Хейдок указал на лежавшее на столике вязанье.

– Взялись развязывать узел, – сказал он. –Или я не прав?

Мисс Марпл мигнула: едва заметно, по-старушечьи.

– Вам бы все шутить, доктор Хейдок.

– Меня не проведешь, дорогая моя. Я слишком давно васзнаю. Внезапная смерть в Госсингтон-Холле… Эту новость перемалывают все языки вСент-Мэри-Мид. Верно? Результатов дознания еще нет, но все говорят об убийстве.

– Когда дознание? – спросила мисс Марпл.

– Послезавтра. Думаю, к тому времени вы, дамы, ужепроведете свое следствие, вынесете приговор и выясните многое другое. Чтож, – добавил он, – мне здесь делать нечего. Зачем тратить время напациента, которому мои услуги совершенно ни к чему? Щечки у вас порозовели,глазки горят, вы довольны. Интерес к жизни – что может быть лучше этого? Желаюздравствовать.

И вышел из комнаты.

– В любую минуту предпочла бы его Сэндфорду, –сказала миссис Бэнтри.

– Я тоже, – согласилась мисс Марпл. – Он ктому же старый и добрый друг. – Чуть задумавшись, она добавила: –По-моему, он пришел, чтобы сказать мне: вперед, путь открыт.

– Значит, это все-таки было убийство, – сделалавывод миссис Бэнтри. Дамы переглянулись. – По крайней мере, таково мнениеврачей.

Мисс Найт внесла две чашки кофе. Дамы с трудом дождались,когда она оставит их вдвоем. Едва за мисс Найт закрылась дверь, мисс Марплзаговорила:

– Итак, Долли, вы были там лично…

– Можно сказать, все произошло у меня на глазах, –не без гордости, но и скромно поведала миссис Бэнтри.

– Прекрасно! – воскликнула мисс Марпл. – Тоесть я имела в виду… вы знаете, что я имела в виду. Значит, вы можете точнорассказать, что происходило с самой минуты ее появления.

– Меня провели в дом, – начала миссисБэнтри. – Сподобилась попасть в число особо приближенных.

– Кто провел?

– О-о, такой подтянутый молодой человек, кажется, онсекретарь Марины Грегт или что-то такое. Он провел меня в дом, потом полестнице наверх. Там у них было что-то вроде встречи оргкомитета.

– Прямо на лестничной площадке? – удивилась миссМарпл.

– Они там все переделали. Снесли гардеробную и спальню,и получилось большое углубление, можно сказать целая комната. Вышло оченькрасиво.

– Понятно. Кто там был?

– Марина Грегг, сама естественность и очарование, воблегающем серо-зеленом платье – прелесть, да и только. Муж, разумеется, и этаЭлла Зелински, я вам о ней говорила. Их личный секретарь. И еще было… человеквосемь или десять. Кого-то из них я знала, кого-то – нет. Эти, вторые, скореевсего – киношники. Были викарий и жена доктора Сэндфорда. Сам он приехал позже,позже явились и полковник, и миссис Клиттеринг, и главный судья графства.Кажется, был даже кто-то из газеты. И молодая женщина с большим фотоаппаратом,она все время снимала.

Мисс Марпл кивнула:

– Дальше.

– Хитер Бэдкок с мужем прибыли сразу после меня. МаринаГрегг полюбезничала со мной, с кем-то еще… с викарием… потом появилась ХитерБэдкок с мужем. Она ведь секретарь бригады «Скорой помощи Святого Иоанна».Кто-то сказал, какая она, мол, трудолюбивая и незаменимая работница. МаринаГрегг отпустила ей комплимент. Тут миссис Бэдкок, которая, признаюсь вам,Джейн, показалась мне большой занудой, набросилась на Марину Грегг с какой-тодо жути канительной и бессвязной историей насчет того, как они с Мариной многолет назад где-то встречались. Это было не слишком тактично с ее стороны, потомучто она уверяла, что это было очень давно, даже называла год и так далее.Актрисы, кинозвезды, да вообще все на свете не любят, когда им напоминают об ихвозрасте. А миссис Бэдкок это, наверное, и в голову не пришло.

– Не пришло, – подтвердила мисс Марпл. – Онане из тех, кто думает о таких пустяках. Дальше?

– Дальше ничего особенного, правда, Марина Грегг повеласебя не совсем обычно.

– То есть выказала раздражение?

– Нет, вовсе нет. Я, кстати, даже не уверена, слышалали она хоть слово из того, что плела миссис Бэдкок. Она смотрела в одну точку,куда-то через плечо миссис Бэдкок, и, когда та закончила свой глуповатыйрассказ о том, как она, полубольная, выбралась из постели, выскользнула из домуи пробралась на встречу с Мариной и даже взяла у нее автограф, наступилакакая-то странная тишина. А потом я увидела ее лицо.

– Чье? Миссис Бэдкок?

– Нет, Марины Грегг. Казалось, она не слышала ни словаиз того, что сказала эта Бэдкок. Она смотрела через ее плечо – на противоположнуюстену. Смотрела… даже не могу объяснить как…

– Постарайтесь, Долли, – настойчиво попросила миссМарпл. – Это может оказаться важным.

– У нее был застывший взгляд, – с трудом подбираяслова, выговорила миссис Бэнтри. – Будто она увидела что-то такое…Господи, что-то описать – это всегда так трудно… Вы помните «Леди из Шалотта»?«…И в трещинах зеркальный круг. Вскричав: «Злой рок!» – застыла вдруг Леди изШалотта». Примерно так она и выглядела. Нынешнее поколение не принимаетТеннисона всерьез, меня же Леди из Шалотта в юности всегда завораживала,завораживает и сейчас.

– У нее был застывший взгляд, – задумчивоповторила мисс Марпл. – И она смотрела через плечо миссис Бэдкок на стену.Что же было на этой стене?

– На стене? Какая-то картина, – сказала миссисБэнтри. – Кажется, итальянская. По-моему, копия мадонны Беллини, но тут яне уверена. В общем, дева держит смеющегося ребенка.