Я пришел, чтобы судить - Кирилл Казанцев

– Ну что, теперь поговорим? – спросил он, и тряхнул парня так, что тот стукнулся о землю головой и прикусил язык. – Как тебя зовут-то, приятель?

– Пошел ты, сука… – огрызнулся парень сиплым голосом.

– Нет уж, – усмехнулся Антон, – если не хочешь общаться нормально, то пойдем мы с тобой вместе. А могу и отпустить.

– Ты полицай, что ли?

– Не полицай, а полицейский, – поправил Антон.

– А мне по х…, кто ты… я тебя найду.

– А вот это ты зря сказал! Теперь я тебя точно отпускать не буду. Поедете все в полицию, там ваши личности установят. А в дальнейшем если со мной что случится, то первым под подозрение попадешь ты. Даже если меня машина собьет. Раз угрожал, то с тебя и спрос. Сообразил?

Поняв, что разговаривать с этим типом пока бесполезно, Антон выпрямился, достал телефон и стал звонить в дежурную часть, чтобы сообщить о нападении на него и попросить прислать машину за задержанными.

Пока он ждал, можно было рассмотреть, наконец, и отобранный пистолет. Он оказался все же настоящим, но только наполовину, так как рукоятка была сильно повреждена в результате какого-то механического воздействия. Пустой магазин туда загнали чуть ли не молотком. А вот затвор и спусковой механизм находились в исправном состоянии. И в патроннике имелся боевой патрон. Видимо, стрелять из этого пистолета можно, но только самовзводом, предварительно вставив патрон вручную прямо в патронник.

Первый рабочий день в полиции закончился для Антона далеко за полночь. Сдав задержанных, написав подробный рапорт, он, наконец, вышел под звездное небо и со вздохом подумал, что еще один предварительный этап позади, теперь цель совсем близка.

Потом дни потянулись за днями. Он приходил в дом Рекуновых утром, ближе к обеду, вечером. Чаще всего выводил Ольгу в город, но иногда подружки приходили к ней, и он просто шатался неподалеку или сидел в сторонке. Дважды к мэру на вечеринки, собранные по каким-то поводам, приходили солидные мужчины и женщины, включая и самого полковника Кулевца. Было понятно, что собиралась городская верхушка. Антон в этих вечеринках не участвовал, как не участвовала в них и Ольга, однако лица гостей постарался запомнить хорошенько.

Интересную вещь удалось приметить – отношение гостей мэра к начальнику местного РУВД. Это не сразу бросилось в глаза, но когда Антон стал к гостям присматриваться, то довольно быстро понял, что в серьезных разговорах Кулевец не участвует. Один или два раза за вечер между гостями такие разговоры происходили. Они отходили в сторонку с бокалами или дымящимися сигаретами, и их лица меняли выражение с веселого и беззаботного, на строгое и какое-то угрюмо-деловое, коротко что-то обсуждали, иногда активно жестикулировали. Это могло продолжаться пять минут, десять или двадцать минут. А потом они возвращались к столикам и барбекю. В таких коротких «совещаниях» полковник никогда не участвовал. Он пил.

А еще Антон уловил, с каким выражением лица гости разговаривают с полковником и какие взгляды иногда бросают в его сторону. Сначала ему показалось, что это уважительные взгляды и бережное отношение к уважаемому и заслуженному человеку. Но потом он понял, что взгляды всего-навсего снисходительные, порой даже насмешливые, и образ «свадебного генерала» прочно утвердился в голове у Антона. Точнее, «свадебного полковника».

Приглядывался он и к личностям в компании Ольги. Расспрашивать, кто у кого родители и чем занимаются, он не собирался и по многим признакам смог определить и без расспросов, что это дочка или сыночек бизнесмена, а этот или эта – высокопоставленного чиновника. Несколько раз Антон вывозил Ольгу на пикники на озера к северо-западу от города. Для этого Михаил, по распоряжению Рекунова, пригнал откуда-то Антону «Хендай» и выдал доверенность на право управления.

На озерах в самом деле было красиво. Когда-то тут построили несколько плотин, и река разлилась. По весне талыми водами заполнились низины в пойме, может, и родники помогли, но со временем образовалась цепочка красивых небольших озер с поросшими мягкой шелковистой травой пологими берегами в окружении молодого елового леса. Сюда частенько съезжались из города любители активного отдыха, и по выходным по берегам можно было насчитать по два-три десятка машин, а на траве возле каждой – расстеленные одеяла, пледы, расставленные разборные столы и стулья.

А потом все неожиданно пришло к концу. Рекунов сказал, что завтра утром надо отвезти Ольгу домой в Екатеринбург и на этом его миссия телохранителя завершается.

Наступило утро. Девушка вместе с двумя сумками была загружена в машину, короткое прощание, и Антон выехал за ворота. Ольга была, по обыкновению, в приподнятом настроении и всю дорогу болтала. Оказывается, ее ждала поездка на море, и она была вся в предвкушении. Антон не стал испытывать судьбу и повез девушку по федеральной трассе Челябинск – Екатеринбург. Дорога оказалась перегруженной, целые вереницы груженых «КамАЗов» заставляли периодически плестись за ними со скоростью шестьдесят-семьдесят километров в час до очередного удобного для обгона места. Но Антону спешить было некуда.

Под руководством Ольги он, при его минимальном опыте езды по большому городу, смог без приключений добраться до нужного места. Благо она жила не в центре, а в одном из современных районов новостроек.

– Ну… пока, – засунув руки в карманы курточки, сказала Ольга, когда сумки были выгружены и они стояли возле ее подъезда.

– Пока, – улыбнулся Антона. – Счастливо тебе отдохнуть на море.

– А ты на будущий год меня опять поохраняешь? – спросила она, и в ее глазах мелькнула хитринка.

– Ну, если только ваша семья опять вляпается в какую-нибудь историю.

Оля некоторое время с улыбкой смотрела на своего телохранителя, потом шагнула вперед и неожиданно обняла его за шею.

– Ладно, езжай, супермен, а то начальство выговор объявит. – И, схватив сумки, почти бегом кинулась к двери, магнитным ключом открыла ее и скрылась в подъезде.

Ну вот, вздохнул Антон, и эта в меня влюбилась. И что у них за возраст такой влюбчивый?