Мажор. Умереть, чтобы родиться - Игорь Соколов

Разгар ночи в клубе – это совсем не то что вечер, когда молодежь только собирается. Когда начинается развлекательная программа. Тогда в зале много улыбок, приветствий, все друг другу рады. То и дело кто-то прижимается щечками. И ритмичная музыка веселит, заводит, и девочки на площадках, танцующие гоу-гоу, нравятся.

Ночь! Музыка бьет уже не по голове, она рвется в твоем мозгу, разбрызгивая усталость и алкоголь. В ней очень часто дымится травка, а в крови иногда и правит героин. «Герыч», как его называют в этой среде. Танцпол полон. До отказа… Тела близко друг к другу. Они не корчатся в танцах, они бьются в конвульсиях. Так кажется, когда ты одурманен и пьян. И ты сам корчишься вместе со всеми. И твои глаза видят такие же глаза, остекленевшие, пустые.

Игорь сидел верхом на стуле посреди танцпола. Он смотрел не на танцующих, а просто прямо перед собой. Его рука методично поднималась, поднося к губам горлышко бутылки коньяка. Голова задирается подбородком каждый раз все выше и выше. И вот музыка оборвалась, и вместо нее танцпол потряс восторженный вопль десятков голосов, взметнулись в исступлении вверх руки. Игорь потряс пустую бутылку, поднялся со стула и двинулся прямо на парней и девушек, которые расступались перед ним.

Увидев Игоря, бармен кивнул и поставил перед ним взамен пустой бутылки полную. Открытую. Пустая исчезла где-то за прилавком.

– Сокол! По-взрослому бухаешь! – Игорь обернулся и молча, без всякого выражения, уставился в лицо знакомого парня, который его позвал. Парень удивленно посмотрел на Соколовского: – Привет! Слышал, на Лерке женишься? На свадьбу не напрашиваюсь, но проставиться надо!

Засмеявшись, парень хлопнул Соколовского по плечу, но Игорь раздраженно сбросил его руку.

– Сокол, ты чего злой такой? – опешил знакомый.

Игорь молча поднялся, не притронувшись к бутылке, и двинулся к выходу, провожаемый удивленными взглядами. Ни на кого не глядя, он спустился по лестнице к туалетам. Здесь кипит своя жизнь. У стены в тишине и полумраке кто-то целуется, жадно лапая тела друг друга, кого-то рвет прямо в писсуар. Подойдя к крайней кабинке, Игорь постучал.

– Что желаете? – раздалось изнутри.

– Траву, – буркнул Игорь.

Достав из кармана купюру, он протянул ее поверх двери. Пальцы с несколькими кольцами ловко выхватили купюру из его руки. Спустя пару секунд над дверью появился небольшой сверточек. Подойдя к зеркалу, Игорь посмотрел на себя, убирая сверток во внутренний карман пиджака. Зрелище было не из приятных.

С шумом и топотом в туалет ворвались двое крепких парней в штатском. Один кинулся к Игорю, ловко завернул ему за спину руку и прижал к стене. Второй одним мощным ударом ноги выбил задвижку на двери крайней кабинки, распахнул треснувшую створку.

Игорь с трудом повернул голову, чтобы посмотреть на происходящее за его спиной.

– Спокойно! Полиция! – шумно выдохнул ему в лицо парень, державший его руку.

А в кабинке дилер выкручивался из рук второго парня и поспешно выбрасывал в унитаз пакетики и таблетки, избавляясь от улик. Он даже успел нажать на спуск воды, но второй заломил ему руку. На полу осталось достаточно рассыпавшейся травки и таблеток. Игорь мысленно усмехнулся. Песенка этого, в перстнях, спета.

– У тебя что? – спросил первый у Соколовского, когда дилера поставили рядом с ним у стены уже в наручниках.

Быстро похлопав Игоря по карманам, оперативник стал выкладывать на столик перед зеркалом ключи, портмоне… и служебное удостоверение. Дилер верещал рядом, извиваясь как червяк:

– Больно, злодей…

– Двигай булками! – рыкнул на него опер и толкнул в спину так, что дилер стукнулся лбом о стену. – Что у тебя? – спросил он напарника, державшего Соколовского.

– Свой, – отозвался второй, отпуская руку Игоря и возвращая ему удостоверение. – Без обид, отрабатываем клуб. Сам понимаешь.

Собрав в карманы свои вещи, Игорь оглядел с ног до головы испуганного, поникшего дилера в ярких шмотках. У опера зазвонил телефон. Он принялся докладывать:

– Одного взяли. Где еще? Мы вдвоем. Ладно. – Он спрятал телефон и оценивающе посмотрел на Игоря: – Не поможешь? Этого не выведешь? Рук не хватает. Там микроавтобус, слева от входа.

– Я вроде… отдыхаю, – пробормотал Игорь.

– Своим трудно помочь?

Оперативники убежали, предоставив Игорю возможность отконвоировать этого ушлепка к автобусу. Он шел позади задержанного дилера, глядя прямо перед собой. Игорь понимал, что его многие узнают, смотрят, кивают. А тут еще компания такая… в наручниках. Игорь подошел к дилеру вплотную и положил руку на плечо.

– Рядом иди. Наручники не показывай, – велел он неприязненным тоном.

– Менты научились стильно одеваться, – глянув на одежду Игоря, констатировал задержанный. – Куда катится мир!

Избежать пристального внимания не удалось. Игорь мысленно выругался, когда сбоку раздался голос того самого парня, который полез здороваться с ним еще в баре:

– Сокол, ты уже уезжаешь? И не сам… – Парень с усмешкой демонстративно принялся разглядывать дилера – явного педика, которого вел Соколовский. – Врали, что ли, насчет Леры?

– Он мент! – выпалил дилер и попытался вырваться из рук Соколовского.

– Сокол мент? Ролевые игры? – заржал знакомый.

Игорю очень захотелось садануть задержанному кулаком в бок, но сдержался. У выхода он услышал за спиной чей-то голос:

– Умеют люди отдыхать… Вот уж на Сокола не думал…

Настроение у Соколовского с утра было поганое. Как и самочувствие. Накладывалось все одно на другое. Хотелось снова уйти куда-нибудь и пить, пить, пить. Он даже не заметил, что давно стоит и дергает дверь рабочего кабинета. А она, видимо, заперта.

– Уже на службу? – раздался одобрительный голос Пряникова. – Первый в отделе? Стараешься – хвалю. Ключ у дежурного берут. Под роспись.

Игорь обернулся, дождался окончания похвальной тирады и поплелся в дежурную часть за ключом. Очень хотелось сесть, задрать ноги на стол. Забыться. Пришлось спускаться на первый этаж, потом подниматься снова к кабинету. Зевая во весь рот, Игорь отпер дверь и вошел. Дурацкий попугай что-то сказал невнятное и до тошноты хриплое. Игорь потрогал графин, в котором на дне засохли какие-то пятна. Давно в него не наливали воды. Вода обнаружилась в маленькой пластмассовой лейке, из которой Вика поливала свои цветы. Игорь с сомнением понюхал воду, осторожно попробовал на вкус, а затем припал с жадностью, стараясь не думать о том, что кто-то его застанет за этим занятием.

Игорь успел поставить лейку на место, когда распахнулась дверь. И день завертелся, заставив на некоторое время забыть о собственном самочувствии. Укоризненные взгляд Родионовой, язвительные смешки Данилы и Жеки, телефонный звонок, выезд. И уже через сорок минут дежурная машина стояла возле строительной площадки. Из коротких фраз, которыми перебрасывались в машине его коллеги, Игорь понял, что здесь имеет место труп.