Мажор. Умереть, чтобы родиться - Игорь Соколов

– Будешь пить по ночам – не будешь здесь служить, – тихо сказала Родионова, сбавив шаг и поравнявшись с отчаянно зевавшим Игорем.

Продолжения не последовало, потому что за углом строящегося дома открылась неприятная картина: накрытое белой простыней тело девушки. Рядом со своим чемоданчиком уже колдовал Иван Петрович Смоленцев, криминалист их РОВД, которого Игорь уже встречал.

– Здравствуйте, Иван Петрович, – первой поздоровалась Родионова, подходя к эксперту.

– Здравствуйте, Виктория Сергеевна. Всем здравствовать, – кивнул Смоленцев Родионовой, потом оперативникам. Его взгляд чуть задержался на Соколовском. – У вас новенький в отделе? Без опыта?

Игорь сразу понял, о чем шла речь и на что эксперт обратил внимание. Его после ночной попойки и так подташнивало, а тут еще труп. И Игорь старался держаться от него подальше. И смотреть в другую сторону.

– Догадались, – без улыбки кивнула Вика.

– Это несложно. Все мертвецов сначала боятся.

– А у вас новенького нет?

– Нет, Виктория Сергеевна. Не может Пряников судмедэксперта найти. Как работал за двоих, так и работаю.

– Я тоже третьего в отдел долго ждала. И дождалась! – Вика выразительно посмотрела на Игоря.

Соколовский понял этот взгляд и решил взять себя в руки. Он сделал несколько шагов к телу. Тело накрыто почти полностью, только рука торчит. На руке кровь. Чтобы не думать о крови, Игорь стал рассматривать маникюр на пальцах. Очень интересный маникюр, оригинальный. Он такого еще не встречал у девушек. Долго думать о маникюре не удалось, и желудок Соколовского сам собой вывернулся наизнанку. Игорь согнулся пополам и отошел к стене дома.

– Не помощник, – скупо констатировал Смоленцев.

– Хуже. Вреда больше, – ответила Вика. – Чей-то сынок, навязали.

Родионова наклонилась и приподняла край простыни, разглядывая тело.

– На первый взгляд – смерть от падения с высоты. Если скрывали убийство, то умерла незадолго до падения. Анализ крови, содержимого желудка сделаю потом. Попробую быстрее, но за двоих работать у меня плохо получается, – эксперт развел руками.

– Что-то нашли?

– Вещей нет. В кармане мелочь. – Эксперт приподнял пластиковый мешочек и продемонстрировал. – Документов, телефона нет.

– А время смерти?

– Пять пятнадцать утра. Сторож услышал.

– Поздновато для самоубийства, – с сомнением покачала головой Родионова. – Обычно ссорятся раньше, к этому времени уже успокаиваются. Под утро минимум самоубийств.

– Постараюсь быстрее, Виктория Сергеевна, – снова пообещал эксперт.

Вика повернулась к подчиненным. Даня стоял рядом и задумчиво курил. Игорь вытирал рот платком у стены. Жека был около него и что-то внушал. Наверное, опять насмехался, а парню и так не сладко. Вика кивнула Дане и пошла в сторону Игоря и Аверьянова. Жека с готовностью замолчал и повернулся к ней.

– Пока ничего не ясно, – сказала Вика. – От самоубийства до чего угодно. Женя, давай по территории. Когда Игорь в себя придет – поможет.

– Я сам, – попытался возразить Аверьянов, но Вика железным тоном добавила:

– Пусть учится.

– Что делать нужно? – морщась и снова вытирая рот, спросил Игорь.

– Женя объяснит. Даня, пошли со сторожем поговорим.

Данила показал на мужчину азиатской внешности, который стоял возле сторожки. Он жадно выпил один стакан воды, зачерпнул из оцинкованного ведра второй. Было заметно, как у него дрожит рука. Увидев подходивших полицейских, он поставил стакан и принялся старательно вытирать рот рукавом, поглядывая на подплечную кобуру, видневшуюся под курткой Данилы.

– Как вас зовут? – поинтересовалась Вика.

– Сторож, – закивал мужчина.

– Вы сегодня дежурили ночью? – снова спросила Вика, переглянувшись с Даней.

– Я сторож, – снова закивал рабочий.

– Будут проблемы, – многозначительно сказал Даня в сторону.

– Вы нашли тело девушки? – снова принялась расспрашивать сторожа Вика.

– Сторож я.

Говорил сторож с сильным среднеазиатским акцентом. Наверное, он по-русски вообще понимал очень плохо. Или понимал, но очень плохо изъяснялся. И сторож тут же продемонстрировал это умозаключение Родионовой. Он принялся показывать руками на верх строящегося здания, потом его палец проследовал сверху вниз, сопровождаемый свистящим звуком, который издавал сторож. Потом шлепок ладони о ладонь. Затем сторож снова попытался заговорить.

– Сторож, – изрек он и изобразил трубку телефона, прижатую к уху. – Шайтан.

– При чем тут шайтан? – вздохнула Вика.

– Начальника, наверно, так зовет, – хмыкнул Данила.

Жека шел по территории быстрым деловым шагом, внимательно осматривая все вокруг. Игорь пытался не отставать от него, но это удавалось с трудом. Кроме того, его все еще тошнило.

– Что ищем-то? – попытался отвлечься от своих ощущений Игорь.

Жека остановился, посмотрел на Игоря с сожалением, как на убогого, и посоветовал:

– Слушай, шел бы куда-нибудь. Без тебя разберусь. Помощи от тебя все равно ноль.

– Да как скажешь, – охотно согласился Игорь и сразу двинулся в другую сторону.

К машине возвращаться было нельзя, там его могла увидеть Родионова. И Игорь пошел в ту часть площадки, где были сложены строительные материалы. Он увидел аккуратно сложенные ящики в глубине площадки. Их, кстати, было не видно со стороны. Со стенаниями и вздохами Игорь уселся на ящик, закрыл ладонями лицо. Потом откинулся и совсем улегся, закрыв глаза. Лежать было хорошо. Но скоро где-то очень близко раздался голос Родионовой:

– Что со стволом, Даня?

– Вторую ночь в канализации, – ответил Данила. Наверное, они шли вместе. – С мастером лазил – ничего. Утащило куда-то. Утром дождь был.

– Ты пиши рапорт. Я должна Прянику доложить. Нельзя больше тянуть.

– Сегодня вечером будут решетки чистить, – не очень радостным голосом ответил Данила.

– Какие решетки?

– Там есть такие большие решетки. В них всякий мусор остается. Их чистят периодически. Сегодня будут вечером. Пистолет, скорее всего, там.

– А если нет?

– Ему просто некуда деться, Вика. Мне схемы показывали. Стоки туда идут. Он где-то там на решетке остался.

– Завтра будет два дня, – начала строго убеждать Данилу Родионова. – Если не найдешь – Пряник нам головы оторвет. Тебе и мне. За то, что скрывали.

– Вика… а если найду? А рапорт уже напишу? Глупо…

– Глупо табельное было терять, – резко бросила Родионова.

– Это мажор этот, урод сопливый, – зло ответил Данила. – Пнул его в сток.