Мемуары мертвого незнакомца - Ольга Володарская

Прошлое…

Отец гневно уставился на Машу и переспросил:

— Что ты сказала?

— Я люблю Давида, — едва слышно повторила она.

— Этого башибузука? Да ты с ума сошла? Или как у вас, молодых, говорят? С катушек слетела?

Маша опустила голову. Она сидела на диване, смиренно сложив руки на коленях. Отец нависал над ней, упершись кулаками в журнальный столик. Мама стояла в стороне. Через плечо было перекинуто полотенце. Его краем она протирала тарелку, которая давно была сухой.

— Я запрещаю тебе, Мария, встречаться с этим башибузуком! — рявкнул отец.

— Перестань его так называть!

— А как прикажешь? Рыцарем без страха и упрека? Он головорез, Мария!

— Нет, он не такой!

— Мать, скажи ты! — воззвал он к жене.

— Доченька, мы желаем тебе только счастья… — начала та.

— Тогда дайте мне свободу! — воскликнула Маша и вскочила. — Сейчас она для меня синоним счастья!

— Чтобы ты себе испортила жизнь?

— Моя жизнь, имею право портить!

— А о нас с отцом ты подумала? — с горечью проговорила мама. — Твои ошибки — наша боль. Ты хочешь разбить наши сердца?

— Мамочка… — Маша рухнула обратно на диван и заплакала. — Я люблю вас, но вы поймите… Я и его люблю! Что мне делать? Выбирать между вами и им? Разорвать сердце пополам?

Мама торопливо подошла к Маше, села рядом, обняла.

— Это пройдет, доченька, — прошептала она успокаивающе. — Первая любовь хоть яркая, запоминающаяся, но проходящая. Забудешь ты своего Давида очень скоро. Главное, постарайся сделать это…

— Не понимаю, почему из двух братьев ты выбрала именно его? — вступил в разговор отец. — Против Зуры я бы не возражал. Умница, талантище…

— А как хорошо воспитан, — подпела ему мама. — Да и симпатичный. Мне он очень нравится. Опять же, между вами много общего, оба любите живопись, театр, книги. А что Дато любит? Бузить, драться, гонять на своем мотоцикле?

— Вы не знаете его, — заступилась за любимого Маша.

— Это ты не знаешь! — горячо возразила мама. — Потому что на твоих глазах розовые очки. Послушай двух взрослых, мудрых, а главное, желающих тебе добра людей и расстанься с ним.

Она поцеловала дочь в висок и, сделав мужу знак, вышла из комнаты. Он за ней следом…

Дверь за родителями закрылась.

Маша осталась наедине со своими мыслями.

Она понимала, что родители правы. Дато не тот, с кем нужно связывать жизнь. Может, и не башибузук, как называл его папа, но бузотер и драчун, как точно подметила мама. А еще неуч. Не дурак, бесспорно, но тройки ему ставят лишь затем, чтоб Дато получил аттестат и покинул наконец школу. Он совсем не готовит уроки и не читает книг. Даже кино его мало интересует. Театр терпит лишь из-за нее, Маши. От классической музыки его тошнит, зато хеви-метал может слушать с утра до вечера. Особенно гоняя на своем Казбеке (взамен велику пришел мотоцикл, его Дато назвал тоже в честь жеребца древнего царя). А агрессивный какой! Чуть что, сразу в драку. И так на протяжении всех лет, что они знакомы. Помнила она, как Дато, будучи еще совсем зеленым, отлупил пацана, пристававшего к ней. А сколько было после того, не счесть! И ведь ясно, что в ее отсутствие он ведет себя еще хуже. С Машей Дато, как он сам говорит, открывает свои светлые стороны. Бывает весел, нежен, заботлив, мил, внимателен, позитивен, открыт, романтичен. А взрывается, только если гармонию их маленького мира кто-то грубо нарушает. «Он топчет наш замок из песка» — иносказательно формулировал он претензии к тем, кто это делал. И шел защищать свои бастионы. Или мстить за то, что их все же разрушили.