Приятель покойника - Андрей Курков

Прошло несколько дней. Квартира моя нагрелась и теперь, возвращаясь с пятнадцатиградусного мороза домой, я приходил в тепло и уют. Эта огромная разница температур по обе стороны окна держала меня большей частью внутри. Но внутри было скучно, жизнь ограничивалась питьем чая и чтением все тех же газет бесплатных объявлений. Дни наполнялись ожиданием, но ожидать я мог только одного - звонка Лены. Последний раз мы виделись больше недели назад. Обычно она звонила ближе к вечеру, но в этот раз звонок раздался в полдень. Она сказала, что сильно простудилась и лежит дома. Выздоровеет перезвонит.

Я еще не успел как следует огорчиться своему затянувшемуся одиночеству, как снова зазвонил телефон.

Звонил Дима.

- Приезжай вечерком. Погреемся, - сказал он.

Около восьми мы с ним закрылись в его киоске. Дима накрыл привычный стол, включил кассетник и разлил по стопкам лимонную водку.

В киоске было тепло - под стенкой стоял раскрасневшийся электрокамин.

- Знаешь, что с Костей случилось? - после второй стопки спросил Дима.

- В "ведомостях" читал.

- Он теперь твой должник, - сказал Дима. - Работу он не сделал...

Я махнул рукой.

- Что теперь говорить? Его уже нет... - я говорил осторожно, прислушиваясь к собственным интонациям, боялся услышать в своем голосе фальш. - И не надо уже ничего...

Дима напряженно посмотрел мне в глаза, облизал языком толстые губы, словно они пересохли. Я на мгновение испугался его взгляда. Показалось вдруг, что Дима что-то знает. С испугу я налил себе внеочередную стопку и выпил ее в четверть глотка.

Дима полез во внутренний карман своей джинсовой куртки. Его рука долго возилась там, так долго, что я устал от собственной нервозности и решил - будь, что будет! Припрет он меня к стенке вопросом - отнекиваться не буду.

Наконец он вытащил из кармана руку и я увидел на его ладони пачку долларов. Он положил доллары на стол и снова напряженно уставился мне в глаза.

- Мы с Костей работали на доверии. У меня он вперед денег не брал. Если хочешь - я могу поговорить с другим человеком...

- Не надо! - оборвал я Диму. - Уже не надо!

Он с пониманием кивнул. Потом вздохнул. Выпил.

- Ты с ним дружил? - осторожно спросил я.

- Какая сейчас дружба? Дружбы больше нет. Есть деловые отношения. Косте можно было верить. Нормальный был парень. Но что поделаешь, это жизнь... Кто-нибудь придет и на его место.

"Кто-нибудь придет и на его место?!" - повторил я мысленно димины слова. Повторил и подумал: а что именно он имел в виду? Смысл этой фразы раздваивался и даже растраивался, и все это явно без участия лимонной водки. Просто богатство языка, "великого и могучего".

И тут я себе показался до противного трезвым. И снова налил, и себе, и Диме. Хотя он уже был достаточно осоловевшим.

Доллары все еще лежали на столе, но лежали они скорее у него под рукой, чем у меня. Мне было бы спокойнее, если б их тут не было. Они приковывали к себе мое внимание, мне все труднее было оторвать от них взгляд. Дима заметил это и в его прищуренных, уставших то ли от света, то ли от водки глазах я заметил искорки смеха. Он вытащил из-под прилавка стограммовый стаканчик, перелил туда водку из стопки, потом добавил доверху из бутылки. Посмотрел на меня с горькой усмешкой и, кивнув: мол "поехали!", выпил. Потом взял толстыми короткими пальцами зеленую двадцатку, скатал ее в шарик и занюхал им.

Я никак на это не отреагировал. Может он и не ждал никакой реакции. Он был просто пьяным. А я ему завидовал, он был так далеко от реальности, что мне его было не догнать. Тем более, что ночевать я хотел дома.