Мент в законе. Одиночество волка - Владимир Колычев

– Быстрые. Но не слишком, как оказалось.

Не было у Степана другого выхода, кроме как скинуть с себя постовых. Он отшвырнул одного, дотянулся до Вахмистрова, а затем уже опрокинул на спину второго. Его-то и покалечил. Слегка. Тут и подмога подоспела. На этот раз сотрудники ППС позволили Степану объясниться, но в отделение его доставили. Вместе с Вахмистровым.

– И тупые. Я человеку искусственное дыхание делал.

– Да тут у нас по ночам такое творится. Ваучеристы, онанисты, педерасты!..

– Вуайеристы.

– Все равно педерасты.

В дверь кто-то постучал.

– Да!

В кабинет ввели Вахмистрова.

– Здесь допросишь или с собой заберешь? – спросил капитан и зевнул.

– Нет, это он меня с собой заберет, – ответил Степан. – Человек на явке с повинной настаивает, в отделение, говорит, вези.

– А зачем тогда убегал? Или ему на том свете мозги прочистили?

Степан поднялся, поднял руки, как это делают священники.

– Покайся, сын мой!

Вахмистров отвернул голову и закатил глаза.

Заговорил этот тип позже, в машине.

– Сам не знаю, зачем я Любке сказал, – буркнул он.

– Про золото?

– Почему про золото?

– А что, по-твоему, в сейфе было?

– Ну да, тяжелый. Купюры столько не весят. Значит, золото?

– Где сейф?

– Любка забрала. Сказала, что у нее сохраннее будет.

– Странно. Она ведь сказала мне, что сейф у тебя, – слукавил Степан.

– А она и правда у вас?

– Тебе уже должно быть все равно. Ты сейчас свою шкуру спасать должен, а не о чужой заботиться.

– Как спасать?

– Ну, для начала чистосердечное раскаяние. Ты участвовал в нападении на гражданку Ялову?

– Так мы же ее не убивали. Даже не били.

– На балкон как попали?

– Миша лестницу подставил.

– Кто такой Миша?

– Любкин знакомый, – ответил Вахмистров и скривился, как от кишечных колик.

Мужик понимал, что этот Миша может быть не просто ее знакомым.

– Где он сейчас?

– С Любкой должен быть.

– А тебя она, стало быть, к маме отправила?

– Да, как будто мы поругались.

– Так вы и поругались. Если она с Мишкой сейчас…

– Так она не у вас?

Степан промолчал.

– Лучше бы она была в камере, – сказал Вахмистров и вздохнул.

– Раньше ревновать надо было.

– Да она повода не давала.

– Ну да, белая, пушистая. И пьяной на остановке не валялась.

– Так это случайно. Она хотела забыть старое. Не всегда получалось.

– Гражданку вы Ялову ограбили. Это тоже случайность.

Вахмистров уронил голову на грудь.

– Ну и что молчишь?

– Люба сказала, что это в последний раз. Мол, нам на всю жизнь хватит.

– Она знала, что в сейфе?

– Нет.

– Значит, обманывала она тебя.

Не смогла Карасева начать новую жизнь, тяга к авантюрам дала о себе знать. Сорвалась Люба. Что ж, Степан готов был предоставить ей возможность исправиться и перевоспитаться. Колонии для того и существуют.

– Где она сейчас?

– Не знаю.

– Вы ведь не расстались?

– Нет. Она сказала, что сама меня найдет.

– Уже ищет. В постели с Мишей, – заявил Степан и усмехнулся.

– Не надо! – Вахмистров нервно дернулся.

– Ищет, находит, сравнивает. У кого лучше.

– Замолчи!

– Уже сравнила. Лежит сейчас с Мишей в постели и смеется над тобой. Развели лоха на потроха.

– Я сказал, не надо! – Леня заскрипел зубами.

– Ты срок мотать будешь, а она с Мишей в Крыму загорать. Знаешь, почему в Крыму? Это сейчас заграница. Может, они уже там?

– Здесь они, – выдавил из себя Вахмистров.

– Где конкретно?

– Не знаю.

– Знаешь.

Степан не смотрел собеседнику в глаза, его занимала дорога. Но ложь он чуял нутром и знал, что Леня не сможет долго скрывать правду.

Сафрон ничего не понимал. Он сидел на межэтажной площадке, на полу, голова гудела, потрескивала, перед глазами плыло. Под потолком с тугим гулом крутилась большая муха, но существовала ли она на самом деле или же это была галлюцинация?

Его ударили и сбросили с лестницы, как какое-то ничтожество. Он потерял сознание и не знал, сколько времени здесь провалялся. Кстати, где пистолет?

Сафрон встрепенулся, сунул руку под куртку, нащупал рукоять «Беретты». Ствол на месте. Почему мент его не отобрал? Шмон для ментов – первое дело, это у них в инструкциях прописано. Нашел, изъял, привлек!..

В кармане у Сафрона лежало заявление о том, что он случайно нашел пистолет и собирается при первом же удобном случае занести его в милицию. Грамотный адвокат мог обратить эту филькину грамоту в железобетонную индульгенцию. Но мент мог отобрать ее, а затем в присутствии понятых изъять ствол.

Но заявление в кармане, ствол за поясом. А Сафрон на полу, прямо как бродяга бездомный. Осталось еще только сходить под себя для полного счастья.

Он попробовал подняться, но голова закружилась, и его чуть не стошнило. Похоже было на то, что мент отбил ему мозги. Или это не мент?

Сафрон превозмог себя, все-таки поднялся, передернул затвор «Беретты» и шагнул по лестнице вверх. Он должен был наказать своего обидчика.

Но на полпути он остановился. Ствол у него, конечно, есть, но вдруг и его враг вооружен? Ясно, что этот тип церемониться не станет. Шмальнет в лоб, и все дела. Или снова ударит кулаком в подбородок, да так, что глаза вылетят вместе с искрами.

Нет, тут пацанов нужно звать. Пробить, что за чувак в гостях у Марины, обложить хату со всех сторон. Сафрон же не волк-одиночка, у него своя стая. Горе всем, кто смеет идти против него.

Он уже собирался повернуть назад, когда щелкнул замок. Дверь открылась, на лестничную площадку кто-то вышел. Шаг легкий, мягкий. Похоже, это женщина.

Да, Сафрон увидел Марину. Она тянула голову, чтобы окинуть взглядом площадку между этажами, но Сафрон стоял на лестнице, у стены. Марина не ожидала его там увидеть, поэтому вздрогнула. Он навел на нее ствол.

Она сжалась в комок и жалобно пробормотала: