Незримого начала тень - Елена Руденко

Северина замерла. Ее печальное лицо вдруг озарила улыбка.

— А ведь верно! — воскликнула она. — Получив весть о его смерти, я почувствовала будто моя душа, наконец, высвободилась из плена… Странная отрада сквозь невыносимую боль утраты… Мне стало легче, — повторила Кира, — я долго не хотела признаться себе в своих истинных чувствах, которые я испытала, узнав о смерти человека, которым была одержима… О, сладкое чувство радости от долгожданного освобождения!

Она прервала свою речь, вновь погрузившись в размышления.

— Иногда любовь может быть проклятьем, — произнесла я.

Барышня, улыбнувшись, кивнула.

— Вы верно подметили, — ответила она.

Оглядевшись по сторонам, Северина шепнула мне:

— Однажды своею злою шуткою я оскорбила старую княгиню Голицину, снискавшую славу ведьмы. Я назвала ее «княгиня усатая», за пушок над губами… Неужто когда-то столь уродливая старушенция слыла блистательной красавицей, один взгляд которой вызывал томное волнение поклонников… Признаюсь, не я придумала шутку про усы, она давно гуляет в свете… но я намеренно произнесла слова слишком громко, дабы княгиня услышала…

Кира вновь на мгновение перевала свои речи, собираясь с мыслями.

— Княгиня прокляла меня, сказав, что нашлет безответную любовь, — произнесла барышня, — я в ответ лишь рассмеялась и вскорости позабыла о ее словах… Выходит, старуха не солгала, — медленно прошептала Северина, — признаюсь, даже окунувшись в страдания от безразличия Кравцова, я не сразу вспомнила о злобной княгине…

История племянницы генерала заинтересовала меня. Неужто строптивая девица стала жертвой проклятия?

— Я долго отказывалась верить в проклятие пока недавно в Ставрополе, не встретила цыганку, которая, глядя мне в глаза, печально произнесла «у тебя безответная любовь»… «Я дам тебе червонец, если скажешь, как от нее избавиться!» — сказала я, протянув ей деньги. «Все просто, — улыбнулась она, — умрет он, умрет и любовь»… Цыганка оказалась права!

Рассмеявшись, Северина бросила на дорожку медальон с портретом Кравцова.

— Спасибо вам, Александра! — весело произнесла она. — Мне было надобно всего лишь высказаться, что является непозволительной роскошью в светском обществе…

Вновь рассмеявшись, Кира поспешила вдоль парковой дорожки. Иногда она подпрыгивала на одной ножке подобно ребенку. Возможно, надменная барышня с детства не испытывала на душе такой легкости.

Пожалуй, Константину будет интересно узнать о подобном проявлении чувств. Весьма любопытный способ исцеления от безответной любви. Верно говорят, человеческие чувства полны загадок, а если в них вмешиваются мистические силы, эти загадки становятся воистину непостижимыми.

Я подняла брошенный медальон. Глаза умершего внимательно смотрели на меня. У мертвых совсем иной взгляд, глубокий и светящийся…

Устроившись на парковой скамье, я попыталась настроиться на беседу с Кравцовым, понимая, что ежели он не захочет говорить, все попытки окажутся напрасными. Мои разговоры с умершими обычно представляют собой смену видений, очень редко я слышу голоса, а еще реже просто беседую с призраком тет-а-тет. Мертвым не дозволяется вмешиваться в дела живых, поэтому они столь немногословны с нами. Кравцов новопреставленный, и не истекло сорока дней со дня его гибели, значит, душа офицера еще не покинула наш мир и бродит по округе, прощаясь с близкими…

— С кем ты сейчас? — спросила я, вглядываясь в глаза умершего. — Ты прощаешься с сестрою?

К призракам я всегда обращалась на «ты», что недопустимо к живым, пристойно для умерших, и, наоборот, в нашем мире совсем иной этикет.

Я ни разу не почувствовала присутствия рядом призрака Кравцова, выходит, он не успел полюбить меня. От этой мысли я испытала облегчение. Особенно больно было бы осознавать, что погиб мой будущий возлюбленный. А, возможно… Я немедля прервала свои размышления. Значит, не суждено, такова наша судьба…

Призрак молчал. Я чувствовала, что он совсем рядом, но ему будто бы недосуг отвечать на мои вопросы. Он чем-то занят… и не хочет тратить свои силы… Да, верно, силы призраков небезграничны, и на земле они быстро слабеют… Не могу знать, почему я решила, что дело обстоит именно так… Через сорок дней он должен уйти!

Пред моим взором вновь промелькнула ночная сцена убийства. Прогремел гром. Я вздрогнула и уронила медальон. Раскаты грома прозвучали вновь, но тише. Через мгновение, я поняла, что гром прогремел наяву. Собиралась гроза. Надобно спешить домой, неприятно, когда дождь застает в дороге. Ольга говорит, что юной барышне негоже мокнуть под дождем.

— Ты кого-то хранишь, — прошептала я, поднимая медальон. — Удачи тебе, друг!

Не могу понять, почему я назвала Кравцова другом. В ответ я услышала легкий шелест деревьев. Он вновь повторил мне сцену убийства, значит, в ней есть подсказка… Константин догадается, я не сомневалась!

Внезапно погода переменилась. Засияло солнце. Гром гремел уже где-то далеко за горами. Интересно, кого хранит призрак Кравцова? Возможно, сестру…

Из журнала Константина Вербина

Получив весьма любопытный рассказ Аликс о заколдованной барышне, я нанёс визит к генералу Северину, отдыхающему на водах с сыном и строптивой племянницей, с которой мне следовало побеседовать. Пару дней назад она приезжала на квартиру Кравцову и публично умоляла его о любви. Ходили слухи, будто она договорилась с Кравцовым о ночной прогулке. Слухам я не верил и вознамерился немедля разузнать все лично. История проклятия любви, рассказанная Аликс, подогревала мое любопытство.

Ни генерал, ни кузен барышни никак не могут её образумить, девица будто нарочно делает всё наперекор им. Воистину, подобное поведение подобно безумию. Обычно столь строптивые барышни высоко ценят свою репутацию и любят выглядеть неприступными, предоставляя поклонникам совершать ради них безрассудства, но не наоборот! Прежде чем ответить на знаки внимания, они изведут поклонника, всласть наглумившись над его чувствами.

Кира Северина неспешной походкой вошла в комнату. Траурное платье очень шло барышне, и она, похоже, хорошо понимала это. Странно, что мадемуазель не успела переодеться. Ведь лицо ее, озаренное лукавой улыбкой, уже не выражало былой скорби.

— Я, наверно, была последней, видевшей Кравцова живым, — произнесла она печально. — На балу в ресторации я предложила ему совершить ночную прогулку. Поскольку я умею быть очень настойчивой, — барышня гордо улыбнулась, — и он не смог мне отказать… После бала я вернулась на квартиру переодеться в платье для верховой езды, Кравцов заехал за мной около двух часов ночи. Объясниться не получилось, Кравцов снова отверг меня, он даже был несколько груб, — она обиженно надула губки.

— Что было потом? — спросил я.

— Я поскакала прочь. Разумеется, мне стало понятно, что Кравцов будет беспокоиться, как я доберусь домой и последует за мной, — продолжала она. — Он сопровождал меня почти до самого дома, а потом повернул назад, — в ее голосе прозвучало нескрываемое возмущение, — Меня охватило изумление: почему Кравцов решился вернуться в горы? Ночью! Но, понимая, что там его не может ждать романтическое свидание, вскорости позабыла об этом…