Огнеопасная красотка - Ирина Хрусталева

Елизавета несколько раз пыталась дозвониться своей подруге, даже спустилась для этого в метро и купила телефонную карточку. Номер постоянно был занят.

«Наверное, опять трубка неправильно лежит», – подумала Лиза.

Так было уже не раз, потому что маленький сынишка Верочки очень любил играть с телефоном, изображая из себя взрослого.

Он смешно хмурил бровки и кричал: «Ае, ае», потом бросал трубку и несся в другую комнату или на кухню к маме.

Вера не всегда могла уследить за сынишкой, и очень часто трубка так и оставалась лежать рядом с телефонным аппаратом. По этой причине все знакомые и родственники советовали Вере купить себе мобильный телефон, чтобы хоть каким-то образом можно было с ней связаться. Мамочка отмахивалась и старательно учила сына класть трубку правильно, правда, пока что это еще не возымело должного действия. Димка продолжал хватать трубку, чтобы пару раз прокричать туда свое «Ае» и бросить ее рядом с телефоном. Ему шел второй год, разговаривать он еще не умел. Кроме слов – мама, папа, дай, ае – и еще некоторыx, ничего внятного сказать не мог. В основном он болтал на своем, «китайском», языке, который понимали только его ровесники в песочнице.

Потеряв всякую надежду связаться с подругой по телефону, Лиза решила рискнуть и отправиться туда без предварительного звонка. Она уже завернула во двор дома… и замерла как вкопанная. Во дворе стояла милицейская машина, за рулем которой сидел парень и лениво покуривал.

– Ох ты, черт, – шепотом выругалась девушка, – вот как раз с вами мне очень бы не хотелось встречаться! Думаю, до конца жизни буду страдать чесоткой при одном упоминании о нашей доблестной милиции. Подожду-ка я, пока вы отсюда уедете.

Она шмыгнула в соседний подъезд и, поднявшись на два пролета, остановилась у подоконника. В окно весь двор был виден как на ладони, и машина в том числе.

«А вдруг это уже меня ищут? – подумала Лиза, и от этой мысли у нее сразу же вспотели руки. – Верочка – моя лучшая подруга, ничего нет удивительного, что в первую очередь меня будут искать именно у нее. Если это действительно так, то нужно отдать должное этому молодому следователю – оперативно работает, уже и адрес подруги узнал, – горько усмехнулась девушка, – хотя что здесь может быть удивительного? Ведь у отца-то менты были еще днем, и он вполне мог сказать им про Веру. Точно, это по мою душу! Тогда даже не знаю, что дальше делать. Где мне ночевать-то, если меня обложили, как зверя? К отцу – исключено, домой – тем более…»

В это время из подъезда, где обитала ее подруга Верочка, вышли три человека. Один из них был тот самый молодой следователь Краснощекий, и с ним два парня с автоматами в руках.

– Ну вот, так я и думала, – охнула Елизавета, – а экипировались-то как! Боятся, наверное, что я их пистолетным огнем встречу. Знали бы вы, ребятки, до чего я боюсь всякого насилия, сидели бы тогда в своем отделении и думали, как поймать настоящих преступников, – всхлипнула девушка. – Гоняетесь за беззащитной женщиной вместо того, чтобы действительную преступность искоренять, – проворчала она и тряхнула головой. – Так, вернемся к насущным проблемам. К Верочке мне, значит, нельзя. В гостиницу я пойти не могу: у меня нет с собой паспорта. Где же тогда ночевать? Не на вокзале же? Там тоже милиция. Что делать-то? – Елизавета начала злиться и топнула ногой. Она так погрузилась в свои проблемы, что не заметила, что по лестнице кто-то спускается.

– Что это ты тут ногами топаешь? – услышала Лиза насмешливый голос и даже подпрыгнула от неожиданности.

Она повернула голову на голос и увидела мужчину, который спускался по ступеням и вяло улыбался.

– Ой, Сережа, привет, сто лет тебя не видела, – сказала Лиза и глупо улыбнулась.