Пуля из прошлого - Алексей Макеев

– Куда ее?

– В Боткинскую обоих, – бросил тот, и машина быстро уехала.

«Итак, бармен плюс эта дама», – подытожил Гуров, прикидывая в уме возможных свидетелей. Если эти люди смогут рассказать хоть что-то, уже легче. Правда, женщина выглядела совсем плохо, и неизвестно, выкарабкается ли. Нужно быть реалистами, хотя и надеяться на лучшее.

Крячко прошел к барной стойке и наклонился, осторожно поднимая с пола автомат.

– Глушитель, – констатировал он. – Никто ничего не слышал.

Гуров повернулся к двери и посмотрел на болтавшуюся на ней табличку с надписью: «CLOSE». Крячко понимающе кивнул.

– Эх ты, а мы и внимания не обратили! – огорченно произнес подошедший Женя Акулич. – Значит, он намеренно перевернул табличку, чтобы все думали, что кафе закрыто, а сам в это время скрылся.

– Точно, – кивнул Гуров. – А люди просто проходили мимо, и никто не обращал внимания. Тем более что окна закрыты жалюзи, и что происходит внутри, никому не видно. Кстати, как вообще все обнаружилось? Кто вызвал милицию?

– Парочка одна позвонила, товарищ полковник, – принялся объяснять Женя, – вон они стоят.

Неподалеку от кафе испуганно жались друг к другу молодые парень и девушка. Гуров подошел к ним.

– Мы просто удивились, что кафе закрыто в такое время, и хотели спросить, когда откроют, – словно оправдываясь, заговорила девушка, приложив руки к груди лодочкой. Затем чуть подтолкнула своего спутника.

– Да! – очнувшись, подхватил парень. – Мы постучали, никто не открыл. Тогда я просто толкнул дверь и вошел. И… – Он замолчал, вытирая ладонью пот со лба.

Девушка тут же принялась всхлипывать и торопливо говорить, как сильно они испугались, какой это кошмар, и что она теперь вообще не знает, как выходить на улицу. Гуров узнал, в какое время они пришли в кафе, и перепоручил заниматься этой парочкой молодым сержантам – было очевидно, что к этому времени убийца успел уйти далеко, и ничего интересного эти молодые люди сказать не смогут. А на то, чтобы записать их адреса и точные паспортные данные, есть подчиненные.

– Автомат смотрели? – спросил Гуров у баллиста.

– Пока нет, Лев Иванович. Вас дожидались, – ответил тот.

– Можете приступать, я уже все видел, – сказал Гуров и отошел.

– Я вообще не понимаю, почему нам это поручили! – произнес вдруг один из лейтенантов. – Ежу понятно, что это теракт. Им ФСБ должна заниматься.

– Странный какой-то теракт! – не поддержал его другой. – Почему стрельба, почему не взрыв?

– Ну, теракты разные бывают…

– А ты их много повидал? – подмигнул лейтенанту Крячко. – Может, ты и название террористической организации назовешь, которая это сотворила?

– Я просто версию выдвинул, – обиженно проговорил лейтенант и отвернулся.

Гуров жестом подозвал Крячко.

– Судя по блеску глаз, у тебя уже есть какие-то соображения.

– Ну, версией о теракте пусть занимается ФСБ… – начал Крячко.

– И это все? – сощурился Гуров.

– Лева, по моему мнению, всех положил бармен.

– Аргументируй, – попросил Гуров.

– Он единственный остался в живых – раз, – начал загибать пальцы Крячко, но Гуров тут же его перебил:

– Не единственный. Есть еще женщина в очках и с крестиком.

– Неважно, она осталась в живых случайно и еле дышит.

– Лев Иванович! – подошел к друзьям Женя Акулич. – Мы выяснили имя женщины, ее зовут Кристиана Вайгель…

– Как? – поднял брови Крячко. – Еврейка, что ли?

– Немка, – поправил Женя. – У нее при себе были документы, поэтому выяснить личность не составило труда. Гражданка Германии, приехала в Россию только вчера – у нее в сумочке сохранился билет на самолет.

– Зачем приехала? – тут же спросил Крячко, глядя на Женю прокурорским взглядом. Тот, несколько смутившись, ответил:

– Точно неясно, но известно, что за столиком она сидела вместе с неким Сергеем Николаевичем Берестовым, который является пастором одной из евангельско-лютеранских церквей Москвы и членом лютеранской общины. У него при себе были визитки и еще какие-то религиозные брошюрки.

– Сектант, что ли? – покосился на Женю Крячко.

– Вроде бы нет, человек приличный, и вообще…

– Лютеранская община – это не секта в привычном смысле, – вставил свое слово Гуров. – Христианская организация, только они не православные и не католики, а протестанты.

– А ты откуда так хорошо разбираешься в этих вопросах? – подозрительно посмотрел на него Крячко. – Это же вроде не твой курятник?

– Читал много, – улыбнулся Гуров, – чего и тебе советую. Ладно, ближе к делу. Кого еще удалось опознать?

– Значит, Кристиана Вайгель, потом Берестов, еще Богатенко Иннокентий Леонидович… – принялся считать Женя.

– Чего-чего? – вытаращил глаза Крячко.

– Богатенко Иннокентий Леонидович, – повторил Женя, пожав плечами. – Толстый такой дядька, немолодой уже. А что?

– А то, – выдержав паузу, со значением поднял палец Крячко, – что это один из высших чиновников департамента строительства Москвы!

– А ты откуда знаешь? – повернулся к нему Гуров.

– Читал много! – отрезал Станислав и самодовольно улыбнулся.

– Да, любопытно, – протянул Гуров. – Пока что из всех этот Богатенко – самая выдающаяся фигура. Продолжай, Женя.

– Значит, дальше идет бармен – его зовут Костя Малышев, это он сам сказал, когда в сознание пришел. Еще неопознанная пара, девушка и молодой человек. За столиком в углу сидел мужчина, судя по лицу, сильно пьющий, похож на бомжа, который слегка привел себя в порядок. При нем никаких документов не обнаружено, даже сотового телефона нет. А с ним сидел рыжий парень, так вот он – репортер газеты «Вестник», некто Григорий Артемов. Неизвестно, вместе они были или нет, но сидели за одним столиком. Вот, собственно, и всё… – закончил Женя.

– Значит, Вайгель, Берестов, Богатенко, Малышев и Артемов, – повторил Гуров фамилии опознанных людей. – Плюс неопознанная молодая парочка и мужчина, которого пока что охарактеризуем как «пьющий человек».

– Или бомж, – вставил Крячко.

– От тюрьмы да от сумы… – пробормотал Гуров, думая о своем. – Всего восемь человек, из них двое живы, один даже не очень сильно ранен, по словам врача. Вот такой багаж. Что-нибудь еще выяснили?

– Ребята бегают, Лев Иванович, – кивнул Женя. – Всю округу прочесывают, всех опрашивают – может, кто чего видел, что-то знает. Вроде бы девчонку эту, неопознанную, частенько в этом кафе видели. И забегала она в основном в обеденный перерыв. Значит, есть вероятность, что работает где-то поблизости.

– Это кто сказал? – уточнил Гуров.