Фокус с зеркалами - Агата Кристи

– И очень на меня сердита. – Миссис Серроколдзасмеялась серебристым смехом. – Она хотела бы, чтобы я щеголяла вроскошных туалетах и чтобы все тут плясали под мою дудку. Она здесьединственный человек, который совершенно не разделяет педагогическогоэнтузиазма Льюиса. По ее мнению, наши бедные мальчики – это преступники,которые не стоят наших забот. А еще она считает, что здешний сырой климат плохдля моего ревматизма и мне необходимо ехать в Египет или еще куда-нибудь, гдетепло и сухо.

– А тебя очень мучает твой ревматизм?

– В последнее время – да. Стало трудно ходить. Ужасносводит ноги. Но что же делать? – Она опять улыбнулась своей чарующейулыбкой. – Возраст.

Из застекленной двери показалась мисс Беллевер и поспешила кним.

– Кара, по телефону только что передали телеграмму:«Приезжаю сегодня вечером. Кристиан Гулбрандсен».

– Кристиан? – Керри-Луиза очень удивилась. –Я не знала, что он в Англии.

– Я думаю поместить его в Дубовой гостиной.

– Да, пожалуйста, Джолли. Чтобы ему не пришлосьподыматься по лестнице.

Мисс Беллевер кивнула и направилась к дому.

– Кристиан Гулбрандсен – мой пасынок, – пояснилаКерри-Луиза. – Старший сын Эрика. Он на два года старше меня. Это один изпопечителей Фонда, а точнее, главный попечитель. Какая досада, что Льюис уехал!Кристиан редко остается у нас дольше чем на сутки. Это чрезвычайно занятойчеловек. И, наверное, им с Льюисом надо было бы обсудить множество дел.

Кристиан Гулбрандсен приехал как раз к чаю. Это был крупныйчеловек с крупными чертами лица и размеренной речью. Он очень нежноприветствовал Керри-Луизу.

– Как поживает наша маленькая Керри-Луиза? Ничуть несостарилась. Ни на один день.

Он положил руки ей на плечи и смотрел на нее, улыбаясь.

Чья-то рука потянула его за рукав.

– Кристиан!

Он обернулся.

– Милдред! Как поживаешь, Милдред?

– Последнее время чувствую себя очень неважно.

– Плохо. Очень плохо.

Между Кристианом Гулбрандсеном и его сводной сестрой,Милдред, было заметное сходство. Но он был старше ее на тридцать лет, и ихможно было принять за отца и дочь. Его приезд явно обрадовал Милдред. Онараскраснелась, разговорилась и несколько раз в течение дня упоминала «моегобрата Кристиана» или «моего брата мистера Гулбрандсена».

– Ну а как поживает маленькая Джина? – спросил Гулбрандсен,обращаясь к своей очаровательной племяннице. – Ты и твой муж еще здесь?

– Да. Мы тут, кажется, надолго обосновались, правда,Уолли?

– Похоже на то, – сказал Уолли.

Маленькими, проницательными глазами Гулбрандсен сразу понял,что представляет собой Уолли. Тот, как всегда, был угрюм и недружелюбен.

– Ну вот я и в лоне семьи, – сказал Гулбрандсен.Он сказал это особенно бодрым и веселым тоном, но мисс Марпл показалось, чтоему не так уж весело. Его губы были угрюмо сжаты, а взгляд выражалозабоченность.

Когда его представили мисс Марпл, он окинул новоприбывшуювнимательным, оценивающим взглядом.

– Мы не знали, что ты в Англии, Кристиан, –сказала миссис Серроколд.

– Я приехал неожиданно.

– Как досадно, что ты разминулся с Льюисом. Ты к намнадолго?

– Собирался завтра уехать. А когда вернется Льюис?

– Завтра во второй половине дня или вечером.

– Тогда я, видимо, останусь еще на денек.

– Если бы ты нас известил…

– Милая Керри-Луиза, обстоятельства заставили менявыехать как можно скорее, совершенно неожиданные обстоятельства…

– Значит, дождешься Льюиса?

– Да. Мне непременно надо с ним поговорить.

Мисс Беллевер, обращаясь к мисс Марпл, пояснила:

– Мистер Гулбрандсен и мистер Серроколд являютсяпопечителями Института Гулбрандсена. А вместе с ними еще епископ Кромерский имистер Джилфой.

Мисс Беллевер, как и остальные, видимо, решила, что КристианГулбрандсен приехал в Стоунигейтс по делам Института. Но мисс Марпл не была вэтом уверена.

Раз или два старик, незаметно для Керри-Луизы, бросал на неепытливый и словно бы недоумевающий взгляд. Потом он приглядывался к остальным,как бы украдкой проверяя каждого. Это было очень странно.

После чая мисс Марпл тактично удалилась в библиотеку. Онауселась там со своим вязаньем и была крайне удивлена, когда туда пришелКристиан Гулбрандсен и уселся рядом.

– Вы, кажется, очень давняя подруга нашей милойКерри-Луизы? – спросил он.

– Мы с ней учились в школе в Италии, мистерГулбрандсен. Много-много лет назад.

– Да-да. И вы очень к ней привязаны?

– Да, конечно. – Мисс Марпл тепло улыбнулась.

– Я думаю, что ее любят все. Так и должно быть, потомучто она изумительный человек. Когда мой отец женился на ней, мои братья и ясразу очень ее полюбили. Она стала нашей милой сестрой. А отцу она былапреданной женой и помогала ему во всех его начинаниях. Никогда не думала осебе. Только о том, чтобы было хорошо другим.

– Она всегда была идеалисткой, – сказала миссМарпл.

– Идеалисткой? Да, вот именно. Поэтому она, возможно, ине замечает, как много в мире зла.

Мисс Марпл удивленно посмотрела на него. Его лицо было оченьсерьезным.

– Скажите, – спросил он, – как ее здоровье?

Мисс Марпл удивилась еще больше.

– По-моему, она здорова. Не считая артрита илиревматизма.

– Ревматизма? А сердце? Сердце у нее здоровое?

– Насколько я знаю, да, – сказала мисс Марпл,вконец заинтригованная. – Но ведь мы встретились с ней только вчера, я невидела ее много лет. О состоянии ее здоровья вам лучше спросить домашних,например мисс Беллевер.

– Да, да, мисс Беллевер. Или Милдред?

– Да, или Милдред.

Мисс Марпл слегка смутилась.

Кристиан Гулбрандсен пытливо на нее посмотрел.

– Как вам кажется? Между матерью и дочерью нет особеннотеплых чувств?

– Пожалуй, нет.

– Вот и я так думаю. Жаль. Ведь это ее единственныйребенок. А миссис Беллевер, по-вашему, действительно к ней привязана?