Мой неверный однолюб - Владимир Колычев

– Я даже раздеться могу. Ты еще не видел меня голой.

Паша пренебрежительно фыркнул. В принципе, стриптиз лучше, чем истерика, но лучше бы Ирка исчезла как вид.

Но она не исчезала. Зато куда-то подевалась блузка. Сняла Ирка и юбку.

Паша спохватился, глянул в проход. Вдруг сейчас Катя появится?

– Не бойся, двери закрыты, – сказала Ирка, снимая бюстгальтер.

Она осталась в одних трусиках и туфлях. Но Паша смотрел на нее глазами критически настроенного художника. Хотя на самом деле настроение стремительно поднималось. Что ни говори, а Ирка смотрелась очень даже. Грудь, бедра – все в лучшем виде. И живот не казался жирным. А еще она удачно приняла соблазняющую позу.

– Думаешь, мне это интересно?

– Чем я тебя не устраиваю?

– Я же голубой.

– Катька наврала!

– Врала ты! Но не соврала. Потому что я действительно какой-то не такой. Но только с тобой! Одевайся!

– Козел!

Ирка отыскала глазами лифчик, но только она его взяла, как с шумом распахнулась дверь. И в тир ворвался Алик. Паша потрясенно смотрел, как он приближается к нему. Ну как он мог довериться Ирке? Ясно же, что эта сцена с раздеванием была инсценировкой, ловушкой для лохов.

– Ты что здесь с моей сестренкой делал? – бешено вытаращив глаза, гаркнул Алик.

Паша понял, что нужно действовать, иначе хана. Он вскочил со стула, принял бойцовскую стойку и тут же ударил. Причем удачно.

Алик пропустил удар в подбородок и едва удержался на ногах.

– Это что было? – удивленно спросил он.

– Будет, когда тебя вперед ногами отсюда вынесут!

– Ты хоть понял, что сказал? – Алик покрутил головой, поиграл плечами.

Он готовился к сокрушительному броску, и Паша знал силу его удара. Ему стало не по себе, надо было искать выход из положения. Он, конечно, будет биться до последнего, но вдруг этого мало.

– Сейчас пацаны подойдут! – сказал он.

– Ты пугаешь меня своей кодлой? – возмущенно простонал Алик.

Ирка мотнула головой, предостерегающе глядя на Пашу. Она уже надела блузку и занималась юбкой, но это не мешало ей следить за тем, как развиваются события. Зря Паша сказал про своих ребят, на это Ирка и указывала.

– Если я своих пацанов сейчас приведу… – звонко хмыкнул Алик. – Но я не стану этого делать. Я сам тебя размажу.

Он приближался неторопливо, но ударил стремительно быстро. Кулак летел в лицо, но на полпути повернул назад. Это была «обманка», на которую Паша купился. Он среагировал на кулак, но прозевал ногу. А ударил Алик подло, в пах.

Острая боль скрутила Пашу в бараний рог, и тут же последовал еще один удар – в голову. Падая, Паша уронил стойку с тарелками и под их звон растянулся на полу.

Алик ударил его ногой в живот, но на этом не собирался останавливаться. Паша приготовился к очередному приступу скручивающей боли, но неожиданно получил сам Алик.

Ирка ударила брата по спине стулом с такой силой, что сломала деревянную ножку. Алик взвыл от боли, отвалил в сторону, держась за бок. А Ирка схватила Пашу за руку и потянула на себя. И он поддался этому порыву, вскочил, побежал вслед за ней. Слишком уж опасным казался ему Алик, чтобы не поддаться голосу, которым звал его за собой инстинкт самосохранения. А Ирку он всерьез воспринимать не мог. Потому что она, возможно, предложила ему игру, которую сама же вместе с братом и придумала.

Они выбежали из тира, Ирка закрыла за собой тяжелую железную дверь, трясущейся от волнения рукой вставила ключ в замочную скважину. Только она его провернула, как Алик дернул за ручку с внутренней стороны.

– Ирка, корова! – заорал он.

– Успокойся, придурок!

– Или ты откроешь, или я тут все переломаю!

– Что ты переломаешь? Там наше все!

– Открывай!

– Успокойся, открою!

Паша не знал что делать. Убегать позорно, да и некуда: все равно найдут и достанут. Драться с Аликом бессмысленно, потому как шансов нет. Можно, конечно, собрать толпу, но Алик тогда приведет своих. Потребует разбора «один на один» и размажет Пашу на глазах у всех.

Алик замолчал. Может, действительно пытается успокоиться.

– По-дурацки как вышло, – чуть не плача, глядя в пол, сказала Ирка.

Она и мотнула головой и кивнула одновременно.

– Само собой? – усмехнулся Паша.

– Сама не знаю, что на меня нашло, – едва слышно сказала она.

– Само по себе нашло или договорились?

– С кем договорились? – встрепенулась она.

И потрясенно глянула на него.

– Ты думаешь, что все это нарочно?

– Я ничего не думаю. Я хочу, чтобы ты исчезла со своим братом!

– Прекрати истерику! – Ирка вдруг хлопнула в ладоши.

И этот хлопок подействовал на Пашу отрезвляюще. Действительно, он же мужчина, ему никак нельзя скатываться в истерику.

– Возьми себя в руки! – На этот раз она глянула на него не требовательно, а как-то умоляюще. – И давай попробуем договориться с Аликом. Иначе он не оставит нас в покое.

– Нас?

– А думаешь, он меня не достает? Как началось тогда на даче… А сегодня, как ты думаешь, зачем он пришел?

– Псих он у тебя!

– Ну вот, ты и сам все видишь! – с радостью согласилась Ирка.

В дверь несильно ударили.

– Открывай! – громко, но уже без лютой злобы потребовал Алик.

– Успокоился?

– Все, все…

Ирка набрала в легкие воздух, как это делают, собираясь погрузиться в воду с головой. Вставила ключ в замочную скважину, открыла дверь.

Алик стремительно вышел из тира, танком надвинулся на Пашу, но бить его не стал.

– Алик! – Ирка взяла брата за руку.

– Я уже двадцать шесть лет Алик. И я еще ни разу тебя голой не видел!

– Паше можно, потому что мы любим друг друга.

Паша страдальчески закрыл глаза. Ну почему пол под ногами такой твердый? Почему он не проваливается?

– Если обидишь сестру, я тебя убью, – сказал Алик и больно ткнул Пашу пальцем в грудь.

На этом разговор и закончился.

– Ты же меня не обидишь? – спросила Ирка, когда ее бешеный братец ушел.

– Я тебе завтра об этом скажу.

Паше действительно нужно было время, чтобы все обдумать. Но лучше бы это «завтра» не наступало.

Из школы он уходил, как будто спасался от пожара. И думал о том, что завтра утром надо будет срочно сожрать ложку сахара, сдобренного щедрой порцией йода. Если температура поднимется до тридцати восьми, мама точно разрешит ему остаться дома.