Бешеная свора - Владимир Колычев

Кофеварка мало чем отличалась от аппарата, который установлен был в баре охранной фирмы. Заливается вода, закладывается чип со смесью, нажимается кнопка… Трофим выпил уже две кружки, а Марьяна все не появлялась.

Он заканчивал третью, когда она зашла в кухню. Волосы высушены, расчесаны, свежий макияж, легкий аромат духов, средней длины шелковый халат.

Трофим подошел к ней, мягко обнял ее за талию.

Она взглядом показала на переносную трубку стационарного телефона, которая стояла на барной стойке, и сказала:

– Девяносто-шесть-девяносто.

– Ты дала мне номер своего телефона, – догадался он.

– Домашнего. На мобильник лучше не звонить.

– Почему?

– Потому.

– Тропинина боишься?

– Кого-кого? – озадаченно повела она бровью.

– Я знаю его фамилию, знаю, где он работает и где живет.

– Откуда? – В ее глазах промелькнула тревога.

– Не забывай, он покупал у нас машину. А твою машину пригоняли к нему домой.

– Ну да, ну да, – расслабилась она.

– Я же не просто так подошел к тебе в супермаркете, следил за тобой. Ты сегодня у Тропинина ночевала…

– И ночевала, и жила с ним. Он к жене сегодня уезжает, поэтому я к себе перебралась.

– Куда уезжает?

– К жене и детям. Дом он в Италии купил, с видом на море. Семья уже там…

– Надолго собрался?

– Да нет, всего лишь на неделю…

Салтан рассчитывал поскорее решить проблему, но Трофим не виноват в том, что жертву вдруг унесла нелегкая. А раз так, то можно спокойно вкушать чудо, которое подарило ему Марьяну. Они будут вместе целую неделю… Марьяна за это время срастется и с его судьбой, и с его интересами. Она не осудит его, когда он выпишет счет ее бывшему любовнику.

– Маловато будет.

– Работа у него здесь.

– И самая красивая в мире женщина.

– Ну, не самая красивая… Но женщина, – улыбнулась она.

– Самая красивая!

– Ничего не говори! – Марьяна подошла к нему, приложила палец к его губам. И вдруг, оказавшись у него на коленях, прошептала: – И зачем ты такой взялся?

– Зачем?

– Сама не знаю, что со мной… Поцелуй меня! – попросила Марьяна.

Он поцеловал ее, на руках отнес в спальню, и волшебный сон повторился…

Когда они, уставшие и разомлевшие, лежали на кровати, Марьяна небрежно бросила:

– Можешь в душ сходить.

Трофим и сам подумал об этом.

В просторной ванной комнате в глаза бросалось роскошное джакузи, но была здесь и душевая кабинка. Джакузи никуда не денется, а пока в душ.

Трофим включил воду, достал телефон, позвонил Салтану:

– У меня все путем, я у Марьяны.

– Нормально, пацан!

– Тропинин уехал в Италию, на неделю.

– Да я уже в курсе… Ничего, мы не спешим. Ты с его девочкой поработай, про него не спрашивай, ну, если сама расскажет, запоминай.

– И долго работать?

– Да пока Тропинин не вернется. На занятия забей, я разрешаю. И не говори, что я злой и ужасный! – засмеялся Салтан.

– Так я и не говорил.

– Но думал… Давай отдыхай, потом сочтемся… Я на связи, если что, жми на кнопку!

Телефон Салтана был забит в память, и достаточно было нажать на пару кнопок, чтобы связаться с ним. В экстренной ситуации можно даже ничего не говорить, просто выйти в эфир, чтобы он все понял…

Трофим продиктовал адрес, сунул телефон в карман джинсов, разделся, зашел в кабинку.

Вода шумела сама по себе, к тому же она заливала уши, и он даже подумал, что это могло сыграть с ним злую шутку. Вдруг Тропинин со своими телохранителями заявится, а он упустит момент и попадет как тот кур во щи. Но эта мысль тут же исчезла.

Он вытерся, оделся, открыл дверь, и в этот момент что-то мелькнуло справа. Трофим заметил опасное движение, но среагировать не успел. Тяжелый кулак со страшной силой въехал в висок, и почва ушла из-под ног. Падая, пропустил не менее мощный удар, который и отправил его в глубокий нокаут…

Очнулся в гостиной на полу, связанный по рукам и ногам. Голова раскалывалась от боли, перед глазами все плыло, но все-таки он смог сфокусироваться на верзиле, сидевшем в кресле с вытянутыми ногами. В одной руке у него тарелка, в другой – вилка, во рту яичница с ветчиной, на журнальном столике бутылка пива.

Трофим рывком провернулся вокруг своей оси, выкрутился из-под ног этого урода. Руки были связаны за спиной, и это очень мешало двигаться.

– Очнулся? – с набитым ртом спросил верзила.

Лоб у него высокий, но узкий, надбровья в форме шишек, нос широкий, как будто вдавленный внутрь, подбородок прямоугольный как малая саперная лопата. Не человек, а образина какая-то.

– Ты кто такой?

– Гога я.

– А Марьяна где?

Амбал проглотил кусок, отхлебнул из бутылки, срыгнул и широко зевнул. Только тогда кивком головы показал на спальню: