Коллекционер женщин - Марина Серова

— Ваша дочь вне подозрений…

Ваша старшая дочь, господин Королев.

— …хотя, судя по всему, убийца — женщина. Но у Маргариты Вадимовны железное алиби, не беспокойтесь.

— Женщина, говорите? Вы уверены? Вы хорошо проверили?

Какого черта, извиняюсь, ты мне платишь? Чтобы во всем сомневаться?

— Разве Смолин не сказал вам, что в квартире моей дочери милиция нашла отпечатки пальцев этого самого арестованного соседа — как там его?..

— Василий Семенович.

Королев не слушал: он еще не закончил фразу.

— …все улики против него.

— Безусловно. Но, кроме «пальчиков» Голубкова, милиция обнаружила также и ваши, и вашей жены, и обеих дочерей…

— И вы подозреваете…

— Ну что вы!

Вы, сударь, слишком хорошо платите мне, чтобы я осмелилась… Впрочем, какой резон убивать своего зятя: поперек дороги он вам не становился, с дочерью вашей жил хорошо, детей любил — сами рассказывали.

— Я просто констатирую факт. Не следует полагаться только на отпечатки пальцев. К тому же непосредственно перед убийством соседи слышали доносящиеся из квартиры Баргомистровых крики, шум, женский голос — ваша дочь, кстати сказать, в это время отсутствовала, — потом стук каблучков. Есть основания полагать…

Но, кажется, известному бизнесмену было все равно, какие у меня основания.

— Полагаю, вы скоро найдете истинного убийцу. Если, как вы утверждаете, к Виктору приходила женщина, когда Риты не было дома…

— …а Голубков в это же время спокойно спал, пьяный, в своей квартире, — вставила я.

— …получается, что у моего зятя была любовница?

Я пожала плечами.

— Получается.

— Но этого не может быть! — твердо сказал Королев. — Вероятно, какая-нибудь общая знакомая.

— Которая в пылу ссоры и ударила Виктора подсвечником (предположительно — подсвечником) по голове. Разумеется, случайно.

Кобра, не следует выпускать яд! К счастью, «известный бизнесмен» по своей всегдашней привычке не слишком вслушивался в мои слова.

— Ну что ж, желаю успехов… — Наверное, Королев исчерпал весь запас времени, предназначенный для разговора со мной. — Прошу своевременно информировать меня о том, как продвигаются дела.

— Обязательно.

Королев любезно попрощался и положил трубку.

Я повертела в руках книгу, которую все это время держала. Кажется, она уже не понадобится и есть совершенно не хочется. Настроение испортилось.

В общем, Давыдов был водворен обратно в шкаф, сыр, колбаса и торт — в холодильник, кофе… Ладно, пусть пока постоит — потом вылью.

Я легла на диван и взяла Церена. Так, на чем мы остановились? «Обе фигуры — быка (или носорога) и фантастического существа — равномерно перемежаются, покрывая весь фронтон, внутреннюю поверхность ворот… — Это мы читали. — …и заднюю сторону всей постройки.

Сами ворота были двойными: внутренние, главные ворота в два раза больше наружных. Ни один музей мира не смог бы поместить их под своей крышей. Поэтому берлинская реконструкция ограничивается лишь воспроизведением наружных ворот.

Из обломков кирпичей Касра…»

Я не заметила, как уснула.