Часы - Агата Кристи

– И поэтому ты все еще околачиваешься вокруг военно-морскойбазы в Портлбери?

– Да, кончики этой истории мы обнаружили и в Лондоне, и вПортлбери. Мы знаем, когда, где и как Ларкин получал свой гонорар. Но это невсе. Где-то находится мозг всего предприятия, оставляющий следы, которые семьили восемь раз сбивали нас с толку.

– А чего ради Ларкин этим занимался? – с любопытствомспросил Хардкасл. – Он что – политикан-идеалист? Пытался самоутвердиться? Илипросто загребал деньги?

– Ларкин отнюдь не был идеалистом, – ответил я. – По-моему,он делал это исключительно ради денег.

– Так почему вы не поймали его гораздо раньше? Он ведьтратил деньги, а не копил их.

– Нет, он только и делал, что швырялся деньгами. Откровенноговоря, мы арестовали его немного скорее, чем рассчитывали.

Хардкасл понимающе кивнул:

– Ага! Разоблачив Ларкина, вы начали его использовать?

– Более или менее. До того как мы напали на след Ларкина,ему удалось передать немало важной информации, поэтому мы позволили ему продатьеще кое-какие сведения, на вид также достаточно ценные. На нашей работе частоприходится прикидываться дураками.

– Не думаю, чтобы твоя работа мне понравилась, – задумчивопромолвил Хардкасл.

– Да, она не такая захватывающая, как иногда считают, –сказал я. – В действительности это довольно скучноватое занятие. К тому же,находясь на секретной службе, особенно остро ощущаешь, что в наши дни никакихсекретов вообще не существует. Мы знаем их секреты, и они знают наши. Оченьчасто наши агенты оказываются одновременно их людьми и наоборот. От этогопостоянного двухстороннего надувательства в конце концов можно сойти с ума!Иногда мне кажется, что все осведомлены о секретах противника, но договорилисьпритворяться, будто ничего не знают.

– Да, я понимаю, что ты имеешь в виду, – кивнул Хардкасл и слюбопытством посмотрел на меня. – Мне ясно, почему ты до сих пор шатаешься вПортлбери. Но ведь Кроудин в добрых десяти милях оттуда.

– В данный момент я занимаюсь полумесяцами, – ответил я.

– Полумесяцами? – удивился Хардкасл.

– Да. А иногда лунами – новыми, восходящими – и томуподобным. Я начал свои поиски в Портлбери. Там есть пивная «Серп луны». Япотратил на нее немало времени, так как название звучит великолепно. Затем вместечке, именуемом Симид, я обнаружил «Луну и звезды», «Восходящую луну» и«Крест и полумесяц». Это ни к чему не привело, и я забросил луны, перейдя кполумесяцам. Несколько улиц с таким названием имелись в Портлбери – Лэнсбери-Крезент,Олдридж-Крезент, Ливермид-Крезент, Виктория-Крезент.

Я бросил взгляд на ошеломленную физиономию Дика ирасхохотался:

– Не делай недоуменного лица, Дик. Я добыл кое-что, с чегоможно начать.

Вытащив бумажник, я достал оттуда листок и протянул ему. Этобыл бланк гостиничной писчей бумаги, на котором был нацарапан рисунок:

### Рис.

Отель «Бэррингтон»

Бернерс-стрит

Лондон, 2

– Нашли в бумажнике у Хэнбери – отличного парня, солиднопоработавшего по делу Ларкина. В Лондоне он попал под машину – номера никто незаметил. Видимо, Хэнбери набросал или скопировал этот рисунок, считая еговажным. Быть может, ему в голову пришла какая-то идея или он видел или слышалчто-то, связанное с полумесяцем, числом 61 и инициалом «W»? После смертиХэнбери я взял на себя его работу. Я все еще не знаю, что именно ищу, ноуверен: тут есть что искать. Непонятно, что означает 61 и «W». Я начал действоватьза пределами Портлбери. Три недели упорного и неблагодарного труда. Кроудинвходит в мой маршрут. Честно говоря, Дик, я не ждал многого от этого места.Здесь только один полумесяц – Уилбрэхем-Крезент. Подходит к букве «W»,верно?[5] Я собирался пройтись по этой улице и заглянуть в дом 61, прежде чемполучить от тебя информацию о его обитателях. Вот что я делал сегодня наУилбрэхем-Крезент, хотя дом с таким номером так и не нашел.

– Как я тебе говорил, в доме 61 проживает местныйархитектор.

– Да, но я ищу совсем не то. У него нет иностраннойприслуги?

– Возможно, есть. В наши дни ее нанимают многие. Завтра япроверю, и, если у них иностранная служанка, мы ею займемся.

– Спасибо, Дик.

– Завтра я должен допросить обитателей двух домов, соседних сдомом 19. Может быть, они видели, как кто-то туда входил. Думаю также проверитьдома позади дома номер 19, чьи сады примыкают к нему. По-моему, дом 61 как разнаходится за домом 19. Если хочешь, могу взять тебя с собой.

Я охотно принял предложение:

– Я буду твоим помощником, сержантом Лэмом, и возьму на себястенографирование.

Мы условились, что я явлюсь в участок завтра в девятьтридцать утра.

* * *

На следующее утро я прибыл точно в назначенное время изастал своего друга вне себя от ярости.

Когда Дик отпустил злополучного подчиненного, я деликатноосведомился, что произошло.

Несколько секунд Хардкасл, казалось, был не в силахпроизнести ни слова. Затем он выпалил:

– Эти чертовы часы!

– Снова часы? Что теперь с ними случилось?

– Одни часы исчезли.

– Исчезли? Какие именно?

– Часы в кожаном футляре с надписью «Розмари» в углу.

Я свистнул:

– Выглядит весьма странно. Как это произошло?

– Эти проклятые идиоты~ Впрочем, я тоже принадлежу к ихчислу.

Дик всегда был честным парнем.

– Кто-то ведь должен за все отвечать. Вчера все часыблагополучно стояли в гостиной. Я попросил мисс Пебмарш обследовать их исообщить, если они покажутся ей знакомыми. Но она ничем не сумела помочь. Потомпришли забирать труп.

– Ну?

– Я вышел к калитке понаблюдать за процедурой, затемвернулся в дом, поговорил на кухне с мисс Пебмарш, предупредил, что мнепридется забрать часы, и оставил ей квитанцию.

– Помню. Я слышал, как ты это говорил.

– Потом я предложил девушке отправить ее домой в одной изнаших машин и попросил тебя проводить ее до автомобиля.

– Да?