Русалка в золотой чешуе - Владимир Колычев

– Матвею скажет.

– И что?

– А если он мстить начнет?

– Он уже отомстил. Челюсть тебе сломал и уехал. А Жанна осталась. Почему он ее с собой не забрал? Потому что конченая она. Зачем ему такая? Кто за опущенных мстит?

– А вдруг?

Котофей задумался. Матвей Самойлов – темная лошадка, и неизвестно, как он себя поведет. Если сам не пойдет против братвы, то спецов из ФСБ подключит. Может, зачистить его, пока не поздно? У Котофея есть люди, которые могут справиться с ним, так почему бы не подключить их к делу?

Машина шла по грунтовой дороге мягко, двигатель работал тихо, нигде ничего не тарахтело, не дребезжало. Если закрыть глаза, то можно представить, что находишься в иномарке. Но Дана знала, на чем ехала. Матвей вез ее в Москву на «Ладе Приоре». Машина новая, но…

Впрочем, ее отец тоже когда-то ездил на «Ладе», и ничего, до сих пор с восторгом вспоминает свою молодость. Над «Приорой» он точно не посмеется, хотя сам по старой доброй традиции ездит на «шестисотом».

– Дом у тебя свежий и машина. Да и сам как новенький, – улыбнулась она.

– Для кого новенький? Для тебя?

– А если для меня?.. Может, пересечемся как-нибудь? – неуверенно сказала Дана.

Матвей все больше нравился ей. Надежный парень, основательный, такой если полюбит, то навсегда. Но этого не случится. Может, потому он и нравился ей. Сегодня они расстанутся, а завтра Дана уже и забудет о нем. Тогда зачем городить огород?

– Завтра, например.

– Завтра, – кивнул он. – В семнадцать ноль-ноль.

– Э-э… завтра у Зайки свадьба.

Он улыбнулся себе под нос. Ни досады в этой усмешке, ни обиды.

– Можно как-нибудь потом.

– Не напрягайся. – На этот раз он улыбнулся ей.

Надо же! Хоть бы чуть-чуть расстроился.

– Нормально все. Ты попала в беду, я тебя выручил. Люди должны помогать друг другу, так положено. Так что ты мне ничем не обязана.

– При чем здесь обязана или нет?

– При том!.. Мы из разных миров. Между нами могут быть точки соприкосновения, но для них нет гвоздика.

– Какого гвоздика?

– Который две половинки соединяет. Два кольца, два конца, а посерединке гвоздик.

– Ножницы.

– Угадала.

– А мы с тобой две половинки?

– Ты – да, чья-то половинка.

– А ты?

– А я сам по себе.

– По Жанне сохнешь?

– Уже нет, – сказал он, стараясь сохранять спокойствие.

– А было?

– Было.

– А я похожа на нее? Ну, внешне.

– Почему ты должна быть на нее похожа?

– Так меня же с ней перепутали.

– Перепутали… – Матвей бросил взгляд в зеркало заднего вида, и его брови сползли к переносице.

– Что-то не так? – Девчонка развернулась на сиденье, глянула в заднее окно.

За ними вдалеке катился черный внедорожник. Определить марку машины не позволяло расстояние.

– Пока не ясно.

– Может, просто едет?

– Может, просто.

Дорога проселочная, от реки к бетонке, идущей вокруг Москвы. Машины здесь скорее правило, чем исключение.

– Думаешь, за нами?

– Ты как в Багульеве оказалась?

– При чем здесь это?

Матвей повернулся и плотно посмотрел ей в глаза. У Даны возникло такое ощущение, как будто он при этом руку ей на плечо положил. Она тяжелая, хозяйская.

– В ночном клубе была. Что-то не то выпила. Очнулась, гипс… то есть кабина трейлера. Дальнобойщик на меня дышит, под платье лезет.

– Одна в ночном клубе была?

– Нет, с телохранителем.

– Где он?

– Не знаю.

– Он вместе с тобой пил?

– Нет, ему нельзя.

– Как же он тебя упустил?

– Ну, если точно, у нас девичник был. Мужики все за кадром остались.

– За кадром, это где?

– Алик в холле был.

– А оттуда он за тобой следить не мог?

– Наверное, мог. – Дана задумалась.

В стене между холлом и залом была не только арка, причем достаточно широкая, но и окна. Конечно же, Алик наблюдал за ней.

– Тогда как ты оказалась в трейлере?

– Да черт его знает!

– Без телефона, без денег…

– Да, и еще колье куда-то пропало.

– Может, сорвали?

– Не знаю.

Матвей пожал плечами, сунул руку в карман и вынул мобильный телефон.

– Звони!

Она взяла мобильник, покрутила в руках. Не айфон, конечно, но не из дешевых. Дисплей на весь телефон, сенсорный набор. Свежая модель, вряд ли ее питал убитый аккумулятор.

– Ты же говорил, что у тебя не заряжается…

– Звони отцу!

– Я не помню номер. – Дана мотнула головой. – Все в телефоне осталось.

– Хоть какой-нибудь номер помнишь? – Матвей посмотрел на нее так, как будто произошла чудовищная катастрофа.

Такими глазами смотрел на нее отец, перед тем как сообщить о том, что мамы больше нет. Этот взгляд вогнал ее в ступор. Если бы она и помнила какие-то телефоны, то забыла бы их вмиг.

– Почему ты на меня так смотришь? – От волнения ее голос едва не сорвался на визг. – Что случилось?

– Как что? Ты попала в историю. Разве это не происшествие?

– Такое с каждым может случиться.

– Да, но куда делся твой телохранитель?

– Я не знаю. Сейчас приеду домой и все выясню.

Матвей удовлетворенно кивнул, забрал у нее телефон и вернул его на место.

– Я же могу узнать об этом дома? – спросила она, с опаской глядя на него.

Вдруг ее дом сгорел, а отцовский банк разорился? Матвей об этом знает, но молчит?..

– Почему не можешь? Вполне, – без всякого сарказма сказал он.

– Тогда зачем гнать коней?

– Не надо этого делать, – сказал он, глянув в зеркало заднего вида. – Кони сами бегут, особенно когда за ними волки гонятся…

Они еще только выезжали на бетонку, а Матвей уже делал выводы. Может, и нет никакой погони, а он тревогу поднял? Не исключено, что этот парень – паникер по жизни. Такая мысль слегка успокоила Дану.

– Думаешь, это за нами?

– Не знаю, будет видно.