Мисс Кис. Ночь длинных хвостов - Роман Матроскин

– Да, ответственность велика, – согласился Ричи. – Ведь котята могут расшалиться. Памятуя о своем дворовом прошлом, они способны пойти на преступление. Нужно с этим что-то делать. Да и местные бандиты не дремлют, только и ждут шанса лапу на приют наложить либо сбить воспитанников с праведного пути.

– Ричи, вы сейчас говорите про этот самый приют? Это у них такие проблемы?

Кот замялся, а Мася продолжала:

– Какой ужас! Бедным котятам и так нелегко в жизни пришлось! Но ведь вы поможете им?

В глазах Маси застыла такая искренняя мольба, что Ричи ничего не оставалось, как согласиться:

– Я сделаю все возможное. Особенно если вы все-таки выпьете со мной этот коктейль. Клянусь.

Ричи и Мася вылакали по мисочке. Потом еще по одной. Они весело болтали, наслаждались шутками друг друга, рассказывали о себе.

– Скажите, мой друг, почему вы не появляетесь на кошачьих выставках? – осведомилась Мася. – Я посетила здесь уже две, но вас там не видела.

Ричи мысленно охнул, но тут, на его счастье, пригодилась припасенная заготовка.

– Верите, я собрал все имеющиеся призы и награды в родной Индии и сейчас не хочу тратить на это время. Я уже доказал сам себе все, что только хотел.

– Понимаю. – Мася кивнула. – Жаль, что национальные премии не котируются в мировом сообществе.

Ричи хохотнул в ответ и заявил:

– Что такое это мировое сообщество? Америка? Когда наши двуногие строили Тадж-Махал, индейцы из амазонского племени матсес засовывали себе в нос усы из жилок пальмовых листов, чтобы быть похожими на нас. Смешно!

Мася тоже хихикнула, но тут же посерьезнела и сказала:

– Знаете, я тоже не очень-то люблю все эти выставки. Там обязательно кружатся всякие дельцы, криминал, нелегальные ставки, даже похищения кошек. Отвратительно! Вместо того чтобы восхищаться нашей красотой, негодяи проворачивают свои темные делишки!

Ричи громко фыркнул вместе с ней. Конечно, ему-то на выставки путь был заказан, но представить отвратительных жирных котяр, пялящихся на прекрасную Масю, грациозно дефилирующую по рингу выставки, он не мог просто физически.

Засим последовал небольшой перерыв, посвященный прекрасно организованной мушиной охоте.

Кошка задумчиво понаблюдала за парой-тройкой не самых зрелищных прыжков Ричи и задумчиво заметила:

– Я нисколько не сомневаюсь в ваших словах, но и в самом деле интересуюсь экстерьером древних родов. У меня немного не укладывается в голове то, что я вижу, и то, что читала. Белое пятно на вашей грудке…

– Это и есть признак царственных родов! – перебил собеседницу Ричи, воинственно сверкнув глазами. – Увы, тех самых, которые стали изгнанниками! – Он свернул хвост бубликом и тоном профессора повел свой рассказ, к которому заблаговременно подготовился: – Предки черных кошек имеют финикийское происхождение. В храмах Древнего мира; черная кошка, практически невидимая в темноте, успешно охотилась на мышей, которых там были просто горы. Поэтому она чрезвычайно плодовита. В Средние века популяция черных кошек сильно выросла и стала подвергаться гонениям со стороны двуногих. Благородные животные, бесшумно двигающееся, с горящими глазами, стали ассоциироваться у двуногих фанатиков с нечистой силой. Женщин, питомиц черных кошек, объявляли ведьмами и сжигали на костре вместе с их хозяйками. Но если на черной кошке находили хоть один белый волосок, то это становилось спасением от смерти. Люди считали белые пятнышки вмешательством светлой силы. Мы – вечные изгнанники, но в этом и заключено наше величие! – На этих словах котектив постарался максимально втянуть живот, но тот надулся, как воздушный шар, после мисочки сливок, парочки форелек, филе бедрышка индейки да еще и дюжины маленьких мушат и совершенно не исчезал.

Тут Мася грустно покачала головой и сказала:

– У вас крупное тело и почти идеально круглый абрис морды. Такие коты, как вы, в Упанишадах называются луноликими.

Ричи всосал щеки внутрь рта, но они немедленно вывалились обратно с громким чмоканьем.

– Скульптурные подушечки усов, мужественные мускулистые лапы и мощный хвост, – продолжала Мася. – Насколько я знаю, у всех азиатов не выражены гендерные особенности. Оба пола славятся подростковым телосложением, этакой немного субтильной элегантностью. Шерстка у них прямая, а у вас очень густая и плотная. Это необычно. Вероятно, за такой внешностью скрывается очень любопытная история.

– Не уверен, что такая уж любопытная, – ответил Ричи, густо краснея под своей черной шкуркой. Ему никогда еще не приходилось так врать. – Я защищал одну даму на нелегальной цейлонской выставке. Да, мы с двуногим любим острые ощущения. Я отбивался от целой банды полудиких котов, но лил проливной дождь. В общем, я сорвался и упал с высоченного моста прямо на землю.

Мася вскрикнула, прижала ко рту лапки.

– Я, разумеется, ловко сгруппировался, но скользкий асфальт сыграл со мной злую шутку. Я ударился головой и повредил гипоталамус.

– Бастет! – снова воскликнула Мася. – Это же может полностью изменить гормональный баланс.

– Увы. – Ричи грустно опустил голову, сгорая от стыда. – После нескольких операций лучшие врачи Индии развели руками. Мой двуногий обращался даже к брахманам, да и я сам посетил не меньше десятка кошачьих врачей. Ничего не вышло. Мои идеальные формы остались в далеком прошлом, равно как и выставки, слава, восхищение ценителей совершенного экстерьера. А я предпочел удалиться, и свет позабыл обо мне.

Плечи Маси уже содрогались от всхлипываний, а Ричи продолжал, не в силах остановиться, так его захлестнули вранье и эта замечательная роль:

– Впрочем, я иногда выхожу в общество, чаще инкогнито. Предпочитаю оставаться в тени, вечно одинокий, позабытый, никому не нужный. – При этих словах голос его дрогнул, так ему стало жалко себя, пусть и вымышленного.

А Мася обвила его шею лапками и шепнула:

– Бедный мой, бедный!..

Этого Ричи уже никак не мог вынести. Он вырвался из нежных объятий и убежал из клуба.