Раненый зверь - Владимир Колычев

Изменился он очень. Год назад он и выглядел на свои двадцать лет, а сейчас ему и тридцатник можно дать. Повзрослел, загрубел, заматерел. И еще мощнее на вид стал. И на воле он качался, и здесь, в зоне. Кружок из таких же качков собрал, возглавил его. В своем отряде он в авторитете, в смотрящие, говорят, метит. Но какого ляда он здесь забыл? Может, его во второй отряд определили? Не хотел бы Павел жить и работать в таком соседстве. Этот беспредельщик запросто мог ударить из-за угла, никаких в том сомнений.

— Отвали! — Павел резко шагнул к нему, но Маркел даже не шелохнулся. Он хорошо знал, чем для него может закончиться рукопашная схватка с Павлом, но испуга в его глазах не было. И это неудивительно. Он же был не один, из-за его спины вышли три качка, взяв Павла в полукруг. И неизвестно, чем все закончится, если они начнут разом. А они могли начать — офицеров поблизости нет, солдат на вышке метрах в ста маячит, но ему все по барабану. А если вдруг и увидит кто, Маркелу ничего не будет. Пятнадцать суток штрафного изолятора — это для него не наказание. Октябрь месяц на дворе, погода вполне себе, вот если зимой, в лютый мороз в ШИЗО попасть, тогда жесть, а сейчас — ничего страшного. Поголодать, правда, придется, но это не смертельно.

— Чего дергаешься, мужик? — осклабился Маркел. — Думаешь, кто-то тебя здесь боится? Нет. Класть я на тебя хотел! А за Мишка я с тебя еще спрошу! — угрожающе сощурился он.

— А за тебя кто спросит?

— Ну, до меня еще дотянуться нужно… Хотя нет, дотянешься. Как Оксанка до меня дотянулась, так и ты до меня дотянешься. Задом наперед…

Павел уже понял, чем закончится эта встреча.

— Я смотрю, ты набычился, мужик! — ухмыльнулся Маркел. — Да ты не напрягайся, не надо. Я тебя не трону. Мне проблемы не нужны. У меня свидание завтра. Долгоиграющее. Так же, как и у тебя, на три дня. Оксана ночку отдохнет, а завтра мы с ней встретимся. Ты же с ней встречался, да? Ну вот, теперь моя очередь. Она баба добрая, а душа у нее широкая, на всех хватит. Ну, и не только душа…

Маркел говорил, а его «быки» ждали, когда Павел начнет драться. Стоит ему дернутся, как они тут же придут в движение. Разом ударят с двух сторон. И сам Маркел готовится поставить блок и отскочить назад. Он же знал, с кем имеет дело. А наговорил он выше крыши. И дальше собирался обливать Оксану грязью.

Душа, может, широкая, и задом наперед она могла, но не Маркелу об этом говорить. И не при всех…

— Или ты думаешь, она только ко мне приезжала?

Маркел провоцировал Павла на драку. Сам подставлялся, чтобы затем в дело вступили его «быки».

Но Павел его бить не стал. Он резко сместился назад и в сторону, сунув пакет в руки качку, который стоял справа от него. Парень повелся, поднял руки, чтобы принять драгоценную ношу, в этот момент Павел его ударил — ребром согнутой в пальцах ладони в шею. Он сместился в сторону, чтобы качки стояли перед ним не во фронт, как было, а в ряд. И в ряд, и в очередь. Точным ударом в шею он сократил их численность до трех. Пока «быки» соображали, он вывел из игры второго, локтевым «эмпи» пробив «солнышко». На этом эффект неожиданности закончился, и ему самому пришлось уходить от удара.

Маркел ударил кулаком в лицо — коротко, быстро и мощно, но Павел поставил блок и подушкой ладони заехал в подбородок. Тут же пришлось отбить удар его четвертого спутника. Уход, удар, снова блок… Как и в прошлый раз, саврасовский отморозок смог выдержать несколько ударов. Но, в конце концов, Павел вырубил его — пробив кулаком болевую точку в надбровье. Маркел вырубился наглухо.

На этом все и закончилось, а Павел отправился в штрафной изолятор.

* * *

Горячий чай с сахаром, свежие баранки, нарезанный крупной соломкой голландский сыр.

— Угощайся, старшина. В кондее не забалуешь, да?

Павел пять суток провел на хлебе и воде. А позавчера резко похолодало, и он две ночи мерз в карцере штрафного изолятора. Зато в кабинете начальника оперчасти тепло. Да и сытно может быть, если дать слабину.

— Да нет, начальник, спасибо. Я не голоден.

— Да ладно тебе, начальник, начальник! Как будто ты уголовник какой-то! — подливал елея «кум».

— А кто я? Вторая ходка у меня.

— А за что? Любовника застукал? Правильно сделал, что на инвалидность гада перевел. А то, что убил кого-то, так это случайность. Дикая случайность.

— Это не случайность. Меня убить хотели, я ударил в ответ. Я защищался, а меня сюда командировали. Где справедливость, начальник?

Павел пристально и угрюмо смотрел на молодого розовощекого капитана в отглаженной форме.

— А где ты справедливость видел, старшина?

— Я не старшина. Старшиной я там, за речкой был. А здесь я зэка…

— Старшина ты. Потому что за речкой был. Ты солдат, Каменев. И ты должен помогать нам бороться с уголовной мразью.

— Должен, — кивнул Павел.

— Ну, вот видишь! — обрадовался капитан.

— Только не буду. Во-первых, я сам по себе. А во-вторых, я ментов терпеть не могу, — скривился Павел. — Ни за что меня сюда отправили, начальник. Так что у меня с вашим братом свои счеты. Предъявлять их я не собираюсь, но помогать вам не стану. Так что давай закруглять разговор.

— А я помощи у тебя прошу? — нахмурился «кум». — Может, я предупредить тебя хочу.

— Предупреждай.

— Я же знаю, что с тобой на воле было. С Маркеловым у тебя конфликт вышел, так? Так. Сколько ты в реанимации провел? То-то же! И здесь у тебя проблемы с ним! Ты молоток, обломал рога этому козлу! Это правильно, так и надо. Но теперь очередь за ним. А я его знаю, он не остановится. В прошлый раз голову тебе проломил, а в этот раз тебя на перо возьмут. Сунут заточку в спину, и все дела. А может, снова башку проломят. Кирпич с крыши упадет или чугунная болванка…

— Чему бывать, того не миновать.

— А у тебя ребенок на воле, невеста… Кстати, ты наверняка о долгосрочном свидании мечтаешь, — нацелив на Павла остро заточенный карандаш, сказал опер.

— Стучать я не буду.

— Зачем стучать? Ты мужик суровый, крутой. Нам такие нужны. Возглавишь секцию профилактики правонарушений в своем отряде, будешь уважаемым человеком.

— Уважаемым козлом? — ухмыльнулся Павел. — Нет уж, спасибо за такую честь.

— Долгосрочное свидание получишь. Год срока тебе скостим. Что, мало?

— Ничего, я уж как-нибудь по звонку.

— До звонка еще дожить надо. Возглавишь секцию, я переведу Маркелова в другую колонию. Это просто. Вас вообще не должны были в одну зону отправлять. Возглавишь секцию, через год выйдешь на свободу и живи себе на здоровье.

— Нет.

— Проблемы с финансированием сейчас, Каменев. — «Кум» разочарованно посмотрел на Павла. — А перевод заключенного из одной колонии в другую — это финансовые расходы. Думаю, Маркелов останется здесь.